– Леш, – слышу хрипловатый голосок.

– Мама, – кричит Васька и мечется по комнате.

Вхожу с ней на руках к Полине, и та начинает рыдать.

– Я уж подумал, что ты выполнила норму слез за эти девять месяцев.

– Не бурчи, дай поплакать, – обнимает нашу дочку, которая легла к ней на кровать и кажется скоро уснет сама.

– Мама, нань-нань.

– Что?

– Я показал ей Настю. И она назвала ее так.

– Оригинально. Как там родители?

– Поздравляют нас и ждут дома.

– Кажется Василек спать хочет, – гладит ее светлые волосы.

– Я бы и сам завалился рядом с тобой, только бы и меня так погладили.

– Тебе Уваров не светит подобного еще долго.

– Ты слишком жестока.

– Сам виноват. Я говорила подождать годика два. Ты сказал, что от одного раза не будет ничего. И твое ничего родилось пару часов назад.

– А я и рад.

– Еще бы ты не был рад.

– Как тут наша мамочка себя чувствует? – входит медсестра с ребенком на руках.

– Ой, моя девочка.

Забираю уснувшую все-таки Василису и переношу в соседнюю комнату, укладывая в кроватку, которую попросили специально поставить тут, вот как знали.