– Ага, так все говорят.

– Не сейчас. Он другой. Прости меня.

Сделала шаг и обняла его.

– Если бы мое сердце не было однолюбом, я бы уже давно отдала его тебе, но я так не могу.

– Ты слишком для него хороша, София. Я всегда буду рядом, даже если с тобой будет, он.

– Спасибо.

Разорвала объятия и ушла, надеясь, что он однажды меня разлюбит.

В квартире было тихо. Прошлась по комнатам, но не нашла Марка. «Значит в детской».

Заглянула в приоткрытую дверь и увидела, как он сидел на коленях перед кроваткой сына, с нашей общей с Игнатом фотографией в руках.

Не смогла двинуться дальше.

– Прости меня малыш… – донеслись его слова. Сердце сжалось, как перед броском или взрывом, и он произошел, после его новых слов. – Я бы отдал полжизни, чтобы вернуться в тот момент и побежать за ней. Остановить ее, и никогда не отпускать. Но твой отец думал, что знает лучше всех. Большего кретина ты не найдешь. Даже примером для тебя не смогу стать. Меня не было рядом все самые тяжелые моменты твоей и ее жизни, и меня это убивает. Я дерьмовый отец, человек, и мужем, видимо, был таким же… Я не принес твоей маме счастья и не могу ничего исправить. Как заслужить ее прощение, ведь слова ее, это не истина сердца. Она всегда будет помнить о том, что я предатель… И я тоже…

– Значит, тебе придется очень постараться, Марк Игнатович, – сказала ему и стала подходить ближе.

Медленно ступая по мягкому ковру детской сына.

– Так стараться, чтобы я не захотела вспоминать, что однажды осталась без тебя. Тебе придется удивлять меня. Любить так, как никогда и никого до этого. Любить наших детей, настоящих и будущих. Не иметь права на опоздания на все семейные вечера, школьные мероприятия и дни рождения. Помнить в первую очередь, что у тебя есть семья, и всегда выбирать нас. Ставить на первую ступень важности жену, сына и дочь, наших мам. И, это еще не полный список твоих новых обязанностей. Если ты согласен с этими условиями, тогда ты на правильном пути моего прощения…

Протянул мне руки, и я вложила свои в его большие ладони.

Потянул меня вниз, и я села сверху его ног.

– Принимаю каждое твое правило и сотню тех, что ты придумаешь сверху. Только бы видеть, как ты улыбаешься, – погладил меня по щеке. И прильнул к губам коротким поцелуем.

Потом еще одним. Еще и еще…

Стали целоваться, как сумасшедшие…

Марк поднял меня на руки и понес в мою комнату, не отрывая своих губ от меня.