Эпилог

– Поздравляю, у вас девочка, – акушерка протягивает мне мою дочь, проходя мимо Вовы.

Тот заворожено смотрит на меня. На родах он не присутствовал. Я не хотела. Ни в какую не соглашалась. Считала, что мужчине нечего делать на родах и после только убедилась в этом. Поэтому пока нас не перевели в палату, Вова даже не знал, кто родился.

Малышку кладут мне на грудь. Пора ее кормить. Моя дочка. Маленькая малышка.

Точнее Вовина и моя. В сердце расплывается приятное тепло.

Малышка такая маленькая на моих руках. Лежит, скрутив пальчики в кулачок. Смешно морщит носик, фыркает. Я готова рассматривать ее часами, потому что это моя доченька. Разве я могла ее отдать?

Самая прекрасная малышка на свете. Вова подходит ко мне и целует в макушку.

Смотрит на дочку. Мешки, залегшие под его глазами так и не проходят. В той аварии погиб Виктор, его брат. Вова тяжело отходит от произошедшего. Люда, мать Ильи, тоже не выжила. Вот так за одно мгновение не стало сразу двух людей. Мне даже не верится.

Эля выжила, но тоже ей пришлось нелегко. Она три дня пролежала в коме, врачи боролись за ее здоровье. Теперь еще восстанавливаться, а это тоже длительный процесс.

Помню, после похорон Виктора, мы были у них дома. Я как всегда отлучилась в туалет, где нашла тест на беременность с положительным результатом. Оказалось, что это Элин. Но точно не от Вовы. Да и она сама призналась, что у нее все это время был любовник. Точно, она же не знала, что проблема не в ней, а в Викторе. То, что Виктор не мог иметь детей.

Она даже сказала, что раз станет матерью, то и от контракта отказывается. Зачем ей чужой ребенок? Она родит своего.

Кто бы мог знать, что все так все сложится?

Вова ходил в прострации после смерти Виктора. Ему было тяжело, и я пыталась всячески его поддерживать, хотя он даже не реагировал на происходящее еще долгое время. Он любил своего брата. Искренне любил. Иначе зачем вообще давал ему шансы? С ребенком, с фирмой. Я не знала, как его вытянуть из того ужасного состояния, но Вова в какой-то момент вышел сам.

Стал больше уделять время мне, моим детям и нашему будущему ребенку.

Нашему. Точно нашему. Неважно, чья там яйцеклетка.

Пол мы решили не узнавать. Хотели, чтобы это было сюрпризом. Я, конечно, чувствовала, что будет девочка, но Вове ничего не говорила.

Вот я лежу уже в роддоме. Мне приносят нашу дочку и приходит Вова.

– Она прекрасная, – с восхищением говорит он.

– Можешь подержать, когда доест, – говорю я.

Никогда не подумала бы, что можно увидеть столько страха в глазах у взрослого мужчины. Он будто боится даже коснутся ее.