– Доченька, папа устал с дороги… – почти вынудила себя произнести, не представляя, как объяснить девочке, что он скоро опять уйдет, и как прежде не будет уже никогда.

– Тогда идем спать! – Даша с готовностью обвила руками шею Павла, намереваясь отправиться в спальню прямо на его руках. Сердце заныло от чувства вины и перед дочерью, и перед мужчиной, добровольно сдавшимся в детский плен. И перед тем, кого сейчас так хотелось увидеть.

Они расстались с Дмитрием вечером три дня назад после очередной поездки по городу, когда Даша потребовала доставить ее домой, чтобы она могла навести порядок к возвращению папы. Девочка так откровенно выказала свое желание остаться вдвоем с мамой, что мужчина не стал возражать. Лишь поспешил попрощаться, незаметно проведя ладонью по Сашиной щеке. И все последующие звонки ничуть не уменьшили потребность быть рядом и жгучую тоску по нему. Днем еще удавалось отвлечься работой, а вечерами, пока Даша щебетала и носилась по квартире, в который раз переделывая одни и те же дела для отца, женщина понимала, что скучает все сильнее. Ей мучительно хотелось поговорить, просто побыть рядом, вдохнуть его запах и удостовериться, что все хорошо.

Павел отнес девочку в ванную и вернулся к Саше.

– Я уложу ее. Сейчас, вот только умоется.

– А потом уйдешь?

Это и так было очевидным, но вопрос сорвался с губ помимо ее воли. Однако муж покачал головой.

– Нет. Не уйду. Она очень соскучилась, да и я слишком давно не был рядом.

Саша уставилась на него в недоумении.

– Но… как же?

Он усмехнулся, потрепав ее за плечо.

– Все в порядке, Саш. Не придумывай проблем там, где их нет.

Вернувшаяся дочка не дала возможности уточнить, что именно он имел в виду: Павел вновь подхватил девочку на руки и унес в комнату, оставив Сашу наедине с ее мыслями и сомнениями.

Она никак не хотела засыпать, даже после нескольких прочитанных сказок. Дергала мужчину то за руку, то за волосы, то начинала теребить пальцы, как в те времена, когда была совсем крошечной. Ворочалась возле него, стараясь устроиться поудобнее.

– Папа… Ты ведь больше не уедешь, правда?

От ее слов закололо в груди, но солгать девочке он бы не сумел, да и был не вправе.

– Дашунь… Я не уеду из города… и мы с тобой будем часто видеться… Каждый день… Но жить мне придется в другом месте.

Глазенки в один миг распахнулись, делаясь огромными, словно блюдца, и тут же наполнились слезами.

– Тише, тш-ш-ш-ш… Солнышко мое… ну что ты? Я тебя люблю…

– Не хочу! – она отчаянно замотала головой. – Не хочу, чтобы ты жил в другом месте. Вы с мамой поссорились? Или это из-за него? Из-за Димы?