В эту ночь я долго не спал. Все не мог наглядеться на свою любимую и на нашего малыша, который мирно посапывал рядом с нами. Да, я был счастлив до этого, но рождение сына   подарило мне новое, доселе неведомое чувство отцовства. Наверное, впервые я понял, сколько заложено в этом слове. Теперь я ответственен за нас троих. Вот здесь, прямо под боком, сосредоточилось все, что есть у меня ценного. Я долго мотался по свету в поисках смысла жизни, а, оказывается, все становится так просто, когда в твою жизнь входит истинная любовь. Ник почмокал губами во сне, и Джу сразу открыла глаза. Она нежно погладила сына, который продолжал безмятежно спать, и наши взгляды встретились.

– Люблю тебя, моя родная.

В следующее мгновение я уже целовал её чуть припухшие губы, шею, грудь и не было в этот миг людей ближе и счастливее на свете. Преисполненный неведомой доселе столь трепетной нежностью, я ласкал её опустевший живот и шептал, словно в бреду, слова любви. Рассвет мы встретили в объятьях друг друга, только крик проснувшегося и проголодавшегося Николаса Кристофера Винсента Фаррелла смог вернуть нас с неба на землю. Джу кормила малыша, а я с обожанием смотрел на них.

Глава 36

Глава 36

Джулия

На сороковой день после рождения мы крестили ребенка. Храм, венчавший нас чуть больше года назад, распахнул двери перед новым христианином. Бабушка Анна и в этот раз позаботилась о наряде для нас. Синий костюм сидел как влитой на Роберте, а голубого цвета шелковое платье для меня подгонялось за день до торжества. Я быстро возвращалась в форму, не жалея себя на тренировках.

Крестным мы пригласили Самурая, и он прилетел из России с молодой женой сегодня ранним утром.

– К декабрю тоже ждем маленького, – шепнула мне Лена, перед началом таинства. – Я так тебе благодарна, что ты познакомила меня со слоненком, и за то, что вытащила его из плена.

– Обращайся… Как Конни, не знаешь? – только сейчас я поняла, что совсем забыла про старого приятеля.

– Не стоит, наверное, в такой светлый день…

– Что с ним? – схватила я ее за руку и чуть мягче добавила. – Скажи, как есть.

– С Аней разговаривала недавно. Плох он совсем. В Германии под наблюдением врачей, – вздохнула Лена.

– Что же мне не позвонил? Эдвард чудеса творит.

– Там уже ничего не сделаешь.

– Юльчан, дай-ка крестника подержать, – прервал наш разговор Самурай, и я положила ему на руки Ника, запеленутого в хлопковую голубую, с вышитым тетушками гербом Фарреллов, пеленку.

– Репетируй, – я выдавила улыбку, мысленно пообещав себе завтра же позвонить Конни.