Светлый фон

После этого дверь содрогнулась. Нэнси от неожиданности ослабила хватку, давая мне вдохнуть.

— Он что, дверь ломает? — Она посмотрела на меня, округлив глаза. — Серьёзно?

— Эрик! — из последних сил крикнула я. — Помоги!

— А ну заткнулась! — Нэнси резко развернулась и пнула меня под рёбра. — Стерва. Везде находишь выход.

— Ай!

— Джо! — заорал на весь дом Эрик и выбил дверь.

Грохот сломанного дерева и падения Нэнси заглушил все остальные звуки. Приподнявшись на локтях, я растянула губы в улыбке и уронила голову. Бог мой, это было близко.

Оценив обстановку, Эрик подскочил к Нэнси и с размаху влепил ей пощёчину. После этого схватил с кровати её же шарф и как следует привязал за руки к ножке кровати.

— Ты как, в порядке? — Мой спаситель аккуратно приподнял голову и с тоской осмотрел шею и разбитое лицо. — Вот, стерва.

— Ещё один защитничек нашёлся, — фыркнула Нэнси, брезгливо нас осматривая. — Что, считаешь себя рыцарем или принцем каким? — Её гортанный смех спугнул птицу за окном. — А ты хоть рассказал ей, кто ты?

— Что? — Я повернулась к поджавшему губы Эрику. — О чём она говорит, Эрик?

— А, так ты не сказал. Зря, — снова загоготала бывшая подруга. — А давай я, у нас сегодня день откровений.

— Отвали, сумасшедшая, — цыкнул Эрик, помогая мне подняться. — Ты как, сможешь идти? Я отцу позвонил, он сейчас приедет.

— А я скажу, — пропела Нэнси, покачиваясь. — Всё-всё скажу.

— Тебе кляп вставить, чтобы ты замолчала, идиотка? — Эрик бросил на Нэнси злой взгляд.

— Да плевать мне уже. Я не смогла избавиться от этой клячи, так что катись всё к чёрту. Эрик сын Терезы Грей и бывшая модель «Дьяболи», мне Оскар по секрету рассказал, — хмыкнула она. — А ещё…

— Если ты не замолчишь, то очень пожалеешь об этом, — предостерёг её Эрик, поднимаясь и делая шаг в её сторону.

— Боюсь, боюсь. — Нэнси рассмеялась и сплюнула на пол. — Эрик Андерсен, он же Эрик Александр Грей Андерсен, сын Томаса Андерсена и Терезы Грей, — Нэнси на секунду замолчала и выдавила, давясь от смеха: — Пятнадцать лет.

— Стерва, — отвернулся Эрик, сжимая кулаки.

— Малолетка.