Она взяла три тарелки, приборы, поставила на стол и села, подперев щеки ладонями.

Ирина и Герда тоже уселись, но последняя не унималась:

— Если ты его не знаешь, то, что он делал в твоей квартире?

— Да он просто ворвался! Отодвинул меня в сторону и запер за собой дверь. Я от него чуть умом не тронулась. Можете мне поверить. — Тина встала, достала шампанское и разлила по бокалам. Затем стала рассказывать о случае с фотографией с агентством и закончила: — Я уже давно обо всем этом забыла, ведь прошло аж четыре года!

— А как же он тебя нашел?

Тина только пожала плечами.

— Самой хотелось бы знать — просто ума не приложу.

Ирина подняла бокал.

— Хватит хандрить! Парень этот уже ушел, Тина успела оправиться от страха. А мы так редко все вместе встречаемся, что не стоит портить настроение из-за пустяков. Так содвинем же бокалы. За нас! Прозит!

— А где ребята? — спросила Тина, у которой явно поднялось настроение.

— С ними Бернд занимается. А я сейчас на пути к занятию гимнастикой для беременных. Наша «дорогая фрау Мартуссен» не могла прийти из-за приема у врача. Так что пусть он теперь сам хлебнет, что значит возиться с детьми.

Тина с удовольствием восприняла это.

— Ты молодец? Прямо не узнать тебя…

Позже, когда Герда вышла из комнаты, она заметила Ирине:

— Знаешь, я чертовски беспокоюсь за нее. Представь себе — этот тип, который меня осаждает… и Герда совсем одна здесь. Если что случится, я не прощу себе.

— Ты и впрямь полагаешь, что он снова заявится?

— Не знаю. Скорее всего нет. Но мало ли что… Оскорбленные мужчины способны на все.

Ирина свернула на песчаную боковую дорогу и с сомнением покачала головой:

— Определенно мы заблудились! — сказала она.

Вместе с Симоном, Гарди и Рики они направились в хозяйство, где можно было покататься на пони. Это где-то между Браунау и Виттибройтом. Ребята хотели однажды провести там выходной и даже раздобыли где-то адрес.