«Малков, я в жизни так не краснела. Но это правильно, что ты рассказал о своей слабости… Не всякий мужчина ценит красивое белье. Обычно мужикам до него как до лампочки», – умничает она.

«Много у тебя их было? И те – калеки на голову. Божена, когда уже этот балаган закончится?»

«Лишь бы суд разделил опеку, Миш. Остальное неважно. Пусть малыш живет с мамой, ты же не против?»

«Конечно, нет. Я найду возможности видеться с Борей чаще».

Адвокаты заканчивают пламенную речь. Суд объявляет перерыв. Лена деловито поднимается с места и касается экрана айфона. Звонит кому-то. Сегодня она выглядит по-другому – свежей и отдохнувшей. И деловой костюм ей идет. Может, повторить свою идею про трудотерапию?

– Суд постановил расторгнуть брак согласно взаимному согласию обоих супругов… Брак считается расторгнутым со дня вступления решения в законную силу… Право опеки сохраняется у обоих родителей.

И прочие предупреждения, увещевания и советы...

Ну, наконец-то… Я орать хочу от счастья. Но орет Лена…

– А ты не охуел, Малков? В договоре не хватает нуля?

Да, да… Я долго думал и решил выплачивать на содержание Бориса всего пятьсот тысяч рублей. Не пять миллионов…

– А что такого нужно покупать ребенку? Разве этих денег не хватит? Ему обязательно одеваться в дорогих московских бутиках? Не волнуйся, образование я ему дам, когда придет время.

– Какая же я дура! – истерично всхлипывает Лена, швыряя в меня бумаги. – Зачем я тебе поверила? А вы, – зло щурится она, окидывая своих адвокатов гневным взглядом. – Почему не проверили все до заседания?

– Условием денежной компенсации был развод. Сторона истца не пожелала оглашать условия до судебных прений…

– Ах, не пожелала? Мне теперь куда деваться? Жить на эту подачку по цене приличной сумки?

– Ничего, Лена. Будешь заказывать вещи и сумки на Вайлдберриз. Пора спускаться с небес и жить по средствам. Когда-то ты была женой олигарха, а сейчас все…

Я не слушаю ее дикий ор. Разворачиваюсь и бреду к машине. Заеду на работу обсудить с Темычем ситуацию с патентом, а потом домой…

– В офис, – коротко произношу, устроившись на заднем ряду сидений.

Тему выпустили из СИЗО после признания в организации покушения эксцентричной, рыжей особы.

Он ждет меня в приемной. Сидит, склонившись над планшетом. Что-то печатает, сосредоточенно пялясь в экран.

– Ты похудел, бро… Вера Сергеевна, сделайте нам два кофе.

– Еще бы… Я пересрал не на шутку. Думал, все… – бурчит он. – Менты не стали бы долго думать. Не ожидал я от этой стервы такой подставы! Прости, Миш… Хорошо, что у нее, пусть запоздало, но заработал мозг.

– Вы поговорили? Ты ее видел? – спрашиваю, не решаясь рассказать другу о беременности Виолы. Не мое это дело… Если девчонка к нему приходила, Темыч знает.

– Так ты все знаешь? – бросаю, выуживая из тумбочки пачку сигарет.

– Ну, конечно. Она же дала признательные показания, следак все записал. Дальше пусть сама выкручивается. У нее хватит папиных денег решить свои проблемы.

– Ты про «Розовый бриллиант» знаешь?

– Узнал вот… Она сказала. Я был шокирован. Думал, обычная мажорка с Рублевки, а она... Хочу забыть Барби как страшный сон. Давай перейдем к делу.

С патентом вроде как все получается… Юротдел готовит документы для продажи формулы предприятиям химической промышленности. Вайсман приедет через неделю для участия в ток-шоу на федеральных каналах. И я там буду мелькать… Может, и Божу уговорю присутствовать?

– Темыч, поехали ко мне? Божена там такой ужин приготовила. Давай, а? Ты же лично не знаком с ней.

– Поедем, брат.

По дороге покупаю бутылочку красного вина. Темыч уговаривает меня остановиться возле цветочного бутика. Собирает моей невесте шикарный букет по индивидуальному заказу – белые розы, немного розовых, а в центре – бордовая.

Отпираю дверь и кричу с порога:

– Божа! Родная, я с Темычем пришел. Чем так вкусно пахнет? Не… понял… – протягиваю, завидев в ее руках Бориса.

– Пиздец подкрался незаметно. Привет, Божена, я Артем. А как он… Лена тоже здесь? Ау...

– Нет, ребят. В дверь позвонили. Я открыла, а на пороге ребенок. И записка, – всхлипывает она. – Я думала, с ума сойду. А если бы я замешкалась или побоялась открыть? Как так можно? Как? Это не люди… Это нелюди. Сволочи.

«Живи сам на свои подачки. Я рассказала Антуану про сына, он категорически отказался брать его на Бали. Я улетаю завтра. Воспитывай ребенка, Малков. Уверена, что твоя курица сбежит от тебя очень быстро. Доверенности и прочее составят адвокаты. Вещи сыну не положила – закажешь на Вайлдберриз».

– Идиотка… Сука… гребаная, – рычу я. – Боря, иди сюда, – судорожно хватаю пацана на руки. – С тобой все нормально? Божена, он не замерз? Сколько он стоял в подъезде?

– Я сразу открыла, Миша. Нет, не замерз. Я его покормила. Артем, входи. И спасибо за цветы… Это же мне? – отмирает она. – Букет составлен очень необычно.

– Тебе, конечно. Ох, ребята. Когда же покой наступит. Привет, Ральф. Где твой друг Барсик?

– Божена, что теперь делать? Это ведь… Это…

– Это всего лишь ребенок, Миш. Иди сюда, Боренька, иди на ручки к тете Божене. Будешь еще супчик?

Пацан кивает. Охотно садится за стол и бойко работает ложкой. Надо бы стульчик детский купить… Все купить. У него даже сменной одежды нет.

– Ты согласна стать моей женой? Не бросишь из-за…

– Из-за ребенка от мужчины, которой всем сердцем люблю? Дурак ты, Малков…

Глава 50.

Глава 50.

Глава 50.

Божена.

Господи, кажется, мое сердце разорвется… Боюсь, я не справлюсь с ролью мачехи. Слово-то какое гадкое… Не могу успокоить Борю. Он рыдает, отталкивает меня, Мишу…

– Сынок, иди ко мне, родной. Божа, что делать? Я не знаю.

– Миш, я не знаю… Если бы Лена хоть какие-то инструкции дала, а то… Даже документов не оставила. Медицинской карты, рекомендаций. Я куриным супом-лапшой его накормила, может, животик болит?

– Ну ее… Сучку драную. Пусть только посмеет явиться сюда. Я через суд добьюсь лишения родительских прав. Записку я сохранил. И сфотографировал. Божа, что делать? Он же не грудной?

– Нет. Я даже грудь ему попробовала дать, но он кричит и выгибается. Соску сосет. Миша, наверное, я все забыла? Вадик-то уже взрослый.

– Боренька мой, сыночек… Иди к папе…

Ральф воет, как волк на луну, Барсик испуганно прячется за диваном. Борька орет как резаный. Он тоскует по матери, которая его бросила. Страдает. Испытывает чудовищный стресс от одиночества. Не понимаю, как можно так? Ума не приложу. Сама плачу, стирая с лица слезы. Мне его так жаль…

– Не плачь, родная. Пожалуйста, – хрипло шепчет Миша. – Давай я ему аудиосказку поставлю. Красавица и Чудовище. Борька, не плачь, сынок.

– Мама… – всхлипывает он.

Он жил с ней… Спал в одной постели, сосал грудь. А тут почти чужие люди. Отец, с которым общался всего-то пару раз.

Борька устает рыдать и ложится на грудь отца. Я пристраиваюсь рядом, глажу его по спинке и едва дышу. Прислушиваюсь к детскому дыханию. Оно становится глубоким и ровным. Боря засыпает. А с ним и Миша…

Обнимаю родных и проваливаюсь в сон. Завтра в гости придет Мария Ивановна, да и моя мамуля с Вадиком прилетают вечером. На мне ужин… Только как все успеть, если новоиспеченный сынок плачет и не принимает меня?

– Божа, я пришлю тебе помощниц, – произносит Миша, собираясь на работу. – Ты не домработница, а моя жена. Хватит уже… Не хочу, чтобы ты…

– Глупости это все, Малков. Я люблю готовить и люблю тебя. Мне в радость, понимаешь? Но от помощницы по дому я не откажусь. Терпеть не могу глажку.

– Вечером поужинаем. Наши мамы познакомятся, да? Да и Вадик пусть пообвыкнет. Надо бы с Жориком наладить отношения. Не хочу, чтобы он препятствовал нашему с Вадиком общению. Он может…

– Может. Но он не станет. Он знает, кто ты. Боится связываться.

– Все равно хочу мира. Глупое желание, да?

– Нет. Не переживаю насчет Лены. Мне кажется, она вернется. Нагуляется и…

– После такого вряд ли. Она хорошо подумала, прежде чем так поступить. Боре будет лучше с нами. Ты станешь для него хорошей матерью. Божа, тебя мне судьба подарила… Родненькая моя… Хорошая, добрая… Спасибо тебе за заботу о моем сынишке.

– Иди уже, Малков. Замариную мясо, а потом мы с Борюсиком пойдем гулять.

– Ты бледная, лучик. Тебе отдыхать надо, а я нагрузил тебя…

– Хватит, Малков. Няня – самое худшее, что может быть для Бориса сейчас. Пусть привыкает ко мне.

Вечером приезжают мама и Вадик. Их встречает водитель Миши. Привозит домой, помогает занести чемоданы и ждет распоряжений.

– Спасибо вам, можете быть свободны, – деловито произношу я.

Учусь не краснеть и вести себя, как настоящая бизнес-леди. Невеста самого Малкова.