Самое ужасное в этой ситуации то, что это Оливер не знает нас с Джейком. Мы вдвоем объединились и начали продумывать план, исходом которого должно стать расставание с Констанс. Если бы я любила человека, пусть и не самого приятного, а мои друзья за спиной раздумывали бы, как уничтожить мою личную жизнь, то я бы посчитала это как минимум предательством. Впервые за все последнее время я задаюсь простым, но очевидным вопросом: что я творю?

– Я не первый день знаю Джейка, Олли и… Просто хочу сказать, чтобы ты не переживал за меня. Он меня не обидит. И можем мы, наконец, поговорить о чем-нибудь другом, а не об этом парне?

– Вообще-то именно за этим я и пришел. – Отложив записки, Оливер улыбается. – Я ведь еще не подарил тебе подарок на день рождения.

Пожалуйста, пусть это будет поцелуй.

– Одевайся, подарок ждет тебя в секретном месте.

Ладно, надежда на поцелуй все еще остается живой. Оливер уходит на кухню к маме, а я снимаю спортивные штаны и влезаю в джинсы и толстовку. Расчесав волосы, провожу кисточкой блеска по губам и наспех крашу ресницы. А затем смотрю на новую пару кед, раздумывая: надеть их или нет. В итоге я влезаю в старые, может, потому, что не хочу, чтобы Оливер весь вечер говорил о Джейке, а может, потому, что сама не хочу думать о нем.

– Присматривай за ней, – просит мама. – И проводи до дома.

– Мам, ну хватит, я ведь не маленькая.

– Конечно, миссис Рамирес, – отвечает Олли, сжимая мои плечи. – Обещаю, пока я рядом, ее никто не обидит.

Я выхожу из дома с радостным предвкушением, в животе наконец-то порхают не летучие мыши, а бабочки. Даже не пытаясь скрыть глупую улыбку, я сажусь на переднее сиденье и кладу на приборную панель папку с рисунком будущей обложки к песне Оливера.

– Намекнешь, куда мы? – спрашиваю я.

Улыбнувшись, Олли качает головой.

Я изо всех сил пытаюсь не поддаваться мечтательным картинкам, где Олли привозит меня в романтичное место, признается в любви и просит быть его девушкой. Получается плохо.

Мы подъезжаем к парку Шелби Фармс, но парковка остается позади. Оливер поворачивает руль, мы огибаем парк, и я понимаю, что мы едем к открытому кинотеатру. Я обожаю это место, летом проводили неделю фильмов старого Голливуда, мы с мамой приходили через день, и уверена, что, если бы не работа, то мы провели бы здесь всю неделю.

– Какой фильм сегодня показывают? – спрашиваю я, ерзая в нетерпении.

– Скоро узнаешь.

Мы объезжаем холм, и перед нами открывается вид на большой экран, рядом с которым уже собралось полно народу, а задние ряды переполнены машинами. Мне всегда сложно выбрать, где я хочу сидеть: поближе к экрану, сидя на траве, или же оставаться в салоне машины. Атмосфера потрясающая, в воздухе пахнет попкорном, шоколадным драже и сладкой газировкой, звучит множество приглушенных голосов, которые стихнут с началом фильма. Кругом компании друзей и влюбленные парочки, которым нет никакого дела до происходящего на экране.

– Самое потрясающее, что я здесь видела – финал «Мстителей». Помнишь, какая была атмосфера?

– Черт, конечно помню, я тогда сорвал голос несмотря на то, что смотрел этот фильм, наверное, уже в сотый раз.

– А я смотрела в первый раз. Жаль, что я пропустила начало битвы, только отошла, а все уже кричат, – вспоминаю я, глядя на мелькающую рекламу на экране. – Все из-за Джейка. Придурок.

Замедляя ход, Олли пытается не рассмеяться, но выходит у него плохо.

– Прости. – Прочистив горло, он вскидывает ладонь. – Он поступил как полный урод.

Это так. Я никогда не была фанатом фильмов о супергероях, в отличие от Олли. В начале позапрошлого лета в открытом кинотеатре объявили месяц «Мстителей» и днями напролет крутили все части, Олли заставил меня посмотреть все предшествующие фильмы о других супергероях, чтобы я лучше понимала вселенную «Марвел». Я втянулась, была готова к финальному фильму и очень ждала показ, чтобы узнать, чем все закончится и как победят Таноса. Мы пришли на сеанс большой компанией, а за несколько минут до начала битвы ко мне подошел Джейк и сказал, что только что видел мою маму, якобы она меня срочно ищет и будет ждать у палатки с замороженным йогуртом. Я тут же пошла искать маму, и мне потребовалось пару долгих минут, чтобы понять, что тут нет никакой палатки с замороженным йогуртом. А еще я была настолько глупа, что догадалась позвонить маме только после того, как прилично прогулялась вокруг. В итоге финальную битву я досматривала в окружении незнакомцев, потому что не могла сдвинуться с места и с восторгом следила за происходящим на экране. Чертов Джейк Элфорд лишил меня полноценного финала «Мстителей», я готова была убить его.

Нет, этот парень определенно не заслуживает даже летучих мышей в животе, не говоря уже о другом. Сегодня утром у меня просто было помутнение рассудка.

– Да где они? – Замедлив ход машины до минимума, Олли высматривает что-то.

– Они?

И тут я замечаю светлую копну волос. Бэйли. Стоя под увешанным гирляндами деревом, она яростно взмахивает руками, разговаривая с Ником.

– Ты про них? – спрашиваю я, указывая пальцем.

– Решил, что после вчерашнего тебе надо забыться и провести время в хорошей компании. Ты ведь не против?

Глядя на то, как Бэйли показывает Нику средний палец, а тот в ответ лишь смеется, я не могу сдержать улыбки.

– Я только за.

Оливер паркуется между двух машин, и в одной из них я узнаю машину Джейка – летучая мышь в животе взмахивает крыльями. Дерьмо.

Я выхожу из салона, и Бэйли тут же подбегает, чтобы обнять меня.

– Слава богу, ты здесь, я была в шаге от убийства!

– В шаге от убийственного секса, – поправляет Ник, усаживаясь на накрытый пледом капот.

– Поверить не могу, что он влез в окно твоей комнаты, – шепчу я Бэйли на ухо перед тем, как отстраниться.

– Я тоже, теперь буду держать перцовый баллончик под подушкой.

– Останемся здесь или пойдем поближе к экрану? – спрашивает Оливер, вытаскивая из машины плед.

– Здесь, – бросает Ник. – Я пойду за попкорном и содовой, потому что Баунти принесла еду из сторис Кендалл Дженнер.

– Это сэндвичи с авокадо и вялеными томатами! – говорит она, указывая на корзинку для пикника на капоте. – Это вкусно и полезно.

– Когда поженимся, готовить буду я, – отмахивается Ник. – Олли, идешь?

Парни уходят за едой и напитками, а Бэйли топает ногой от злости и идет ко мне, чтобы помочь расстелить плед на капоте.

– Он меня так раздражает! Чего ты смеешься, Микки? Я серьезно! Ты слышала, что этот кретин сказал о моих сэндвичах? Парни спросили в чате, на ком еда, хотели заказать пиццу, но я вызвалась приготовить сэндвичи…

– У вас есть общий чат?

– Да, Оливер создал, чтобы обсудить сегодняшний вечер. Микки. – Бэйли прикладывает ладонь к груди. – Я пыталась быть дружелюбной и ни с кем сегодня не ругаться хотя бы ради тебя, но он меня словно специально выводит. Влез в окно моей комнаты, всю дорогу оскорблял Айзека, теперь смеется над моими сэндвичами. Я убью его, я действительно готова сесть в тюрьму за убийство.

Снова рассмеявшись, я поправляю край пледа и забираюсь на капот.

– Возможно, отец убьет его раньше, он ведь сбежал из-под домашнего ареста?

– Точно. Я в шаге от того, чтобы позвонить мистеру Роверу.

Ее раздражение на Ника настолько гиперболизировано, что выглядит наигранным. Сев рядом, Бэйли достает из корзинки завернутый в бумагу сэндвич и протягивает мне.

– Пора признать, что он тебе нравится, – говорю я, разворачивая сэндвич.

Замерев, Бэйли моргает.

– Кто?

– Ник. – Надкусив сэндвич, я тут же жалею, что сделала это: он сухой и пресный, но, чтобы не обижать Бэйли, я медленно жую, делая вид, что меня все устраивает.

– Ты… Я не… Мне не… – Раскрыв рот, она растерянно качает головой. – Да как ты вообще могла такое подумать? Он грубый, наглый и бестактный. О, тебе смешно? А знаешь, что? Тебе не достанется мой сэндвич. Дай сюда.

– Ты права, я сболтнула глупость и не заслужила его. – Пытаясь скрыть радость, я заворачиваю бумагу, но Бэйли взмахивает рукой.

– Не надо, я пошутила. Ешь. Достанется всем, кроме Ника.

Пожав плечами, я ерзаю, устраиваясь поудобнее, и откусываю еще немного.

– Как ты там сегодня спрашивала? Если Ник тебя поцелует, что ты почувствуешь?

– Я вырву ему кадык, а потом пойду на маникюр. – Протянув руку, Бэйли все же забирает сэндвич из моих пальцев. – Кстати, повернись, там Вилли Вонка на двенадцать часов.

Поворачиваю голову и вижу Джейка с Рэмом. Они поднимаются вверх по холму, Рэм не отрывает взгляда от экрана телефона, из-за чего спотыкается. На Джейке темные джинсы и расстегнутый черный тренч, под которым виднеется простая белая футболка, шнурки на Вансах настолько белоснежные, что запросто могут ослепить. Не хочу признавать, но в тренче этот парень выглядит слишком горячо.

Заметив меня, Джейк подмигивает, и чертова летучая мышь уже не одна, она, кажется, привела с собой подругу. Я напрягаю мышцы живота, пытаясь избавиться от этого чувства, но оно не проходит.

Подходя, Джейк смотрит на Бэйли и коротко кивает ей, та улыбается в ответ.

– Хотите сэндвичи, парни?

– Спасибо, Барби, но я сытый, – отвечает Элфорд.

– У меня аллергия на это, – бросает Рэм, глядя в телефон.

– На что именно?

– На невкусную еду.

– Грубиян. – Скрестив руки на груди, Бэйли отворачивается, наблюдая за Ником и Оливером, которые несут попкорн и напитки.