– Карма – та еще сучка, дорогой Ари, – пропел Линкольн, проезжая мимо. Я показал ему средний палец, а затем, после того как игра возобновилась, толкнул его в бортик, кажется, сильнее, чем было необходимо – просто для полноты картины.
Как только меня отправили на скамейку, я приказал тому же сотруднику «Кобр», который помогал в прошлом – Дэну, принести Блэйк новую джерси. И заставить ее надеть, иначе я остановлю игру и поставлю Блэйк в неловкое положение перед всей ареной. Глаза Дэна широко раскрылись, он выглядел немного напуганным, когда побежал выполнять мой приказ.
Я не сводил глаз с Блэйк в тот момент, когда Дэн подошел с новой джерси и заставил надеть ее.
Вот теперь все чертовски правильно.
Я вернулся на лед, пытаясь скрыть свои эмоции. Счет был 1:1, а время шло. Может, я и любил свою старую команду, но, черт возьми, не хотел проигрывать им.
– Мы справимся, Дисней, – рявкнул я Уолкеру, когда тот остановил
Линкольн и я сражались вдоль бортов, соперничая за контроль над шайбой.
Наши клюшки столкнулись, звук эхом разнесся по арене.
Благодаря приливу адреналина мне удалось одержать верх, тело прижалось к телу Линкольна, и шайба отлетела на другую сторону катка.
– Тебе нужно придумать что-то получше, Дэниелс! – крикнул я ему. Шайба пролетела по воздуху пятном на фоне льда, туда, где, ожидая ее, находился Томми.
Томми остановил шайбу и, не сбавляя темп, тут же взял все в свои руки и направился в сторону ворот. Кас Питерс пытался остановить его… но… не был мной.
Удар Томми был быстрым и точным. Далтон, застигнутый врасплох, совершил отчаянный прыжок, но это была тщетная попытка. Шайба нашла свою цель, проскочив мимо протянутой перчатки, и с удовлетворительным стуком влетела в сетку.
Как раз в тот момент, когда прозвучал сигнал окончания матча.
«Даллас» был ошеломлен. В девяти случаях из десяти мы бы проиграли, но не сегодня.
Черт возьми, не сегодня.
Несколько минут спустя Линкольн обнял меня, и я дал пять всем старым товарищам по команде, будучи в полной эйфории.
Сегодня я изрядно попотел. Кас Питерс был отстоем. И все внутри твердило, что я вернусь сюда с Блэйк в следующем году.
Жизнь была чертовски хороша.