– Проблемы? – рявкает он, напрягая шею так сильно, что вздуваются вены.

– Нарушение, Пирс! – командует Тео, но Рою, кажется, все равно.

– Да, блядь. Кажется, ты только что заработал себе парочку проблем, – огрызаюсь я, игнорируя Тео.

– Быстро разошлись. – Фигура Тео возникает между наших с Роем тел.

Он разводит нас в стороны, но я продолжаю буравить Пирса взглядом, оставаясь в напряжении. Я никому не позволю обращаться со мной подобным образом. Я не собираюсь терпеть. Пусть знает об этом. Пусть боится. Да, я виноват, но моя вина перед командой не остудила мой пыл и не ослабила меня. Если понадобится, я вытряхну из Роя любые сомнения на свой счет.

Рой сдается первым. Его плечи опускаются до того, как он набирает полный рот слюны и харкает мне под ноги.

– Пирс, покинь зал! – повышает голос Тео. И когда Рой колеблется, он прикрикивает: – Немедленно!

Проглотив негодование, Рой разворачивается и собирается уйти, но Тео задерживает его одной фразой:

– После тренировки и занятий вернешься сюда вымыть полы.

– Какого черта?! – возмущается Рой.

– Следи за языком! – обрубает его Тео. Я ухмыляюсь. – А ты, Сантана, поможешь ему, – в этот раз Тео обращается ко мне.

– Что? – недоумеваю я.

– Что слышал. А теперь на позиции! Быстро! И покажите мне настоящую игру, а не урок в балетной школе, принцессы. Тебя это в особенности касается, Сантана. – Тео окидывает меня недовольным взглядом.

– Как скажешь, Сантана, – огрызаюсь я.

– Тренер, – поправляет Тео.

– Тренер Сантана. – Во мне закипает гнев.

Жгучая смесь подкатывает к горлу, и я уже готов выплеснуть ее на Тео, но парадная дверь в зал громко хлопает, заставляя всех заткнуться. Я проглатываю недовольство и едва сдерживаю кашель, когда передо мной появляется Ревендж.

Ее кудрявые каштановые волосы собраны в длинную косу. Она в спортивном костюме расцветки «Каролина блю», как и мой брат, но ей чертовски идет этот цвет. Резко захотелось снова затащить ее в подсобку для инвентаря и прижать к стене, чтобы насладиться ее запахом и чувством страха. Она не признается, что боится меня, но мне слишком нравится ее пугать, поэтому с ней я буду самой худшей из всех возможных версий Дарио Сантаны. Однажды я усмирю ее напускную дерзость.

Вот увидишь, Ревендж. Ты будешь сходить по мне с ума.

Из мыслей о подсобке и Ревендж, вздрагивающей под моим телом, меня выводит рой пошлых комментариев в ее адрес:

– Ни хрена себе малышка.

– Я бы вдул.

– У нас новая чирлидерша?

– Я готов провести ей углубленную экскурсию по кампусу.

Кто-то присвистывает, а у меня скрипят челюсти. Хочется развернуться и втащить каждому за моей спиной. Я уже сжимаю кулаки и даже открываю рот, чтобы раз и навсегда заткнуть этих недоумков, но меня опережает сама Ревендж.

– Здравствуйте, парни. Я новая помощница тренера Сантаны. – Она становится рядом с Тео и складывает руки на груди. – Астра Аллен. Не чирлидерша, которой кто-то из вас мечтает присунуть свой недоразвитый член. А что касается тебя, четвертый, глядя на форму твоей черепной коробки, я сомневаюсь, что ты способен запомнить дорогу до своего общежития, не говоря уже об экскурсии по кампусу.

В то время, как парни переглядываются, я скрываю улыбку, обхватив рот ладонью.

Восхитительное представление, Ревендж. Я в тебе не сомневался.

Эта с виду хрупкая девушка, на две головы ниже любого из игроков команды, запросто заткнет каждого из них за пояс. Парни наверняка уяснили, что миниатюрная фигурка моей звездочки обманчива, за образом нежного цветка скрывается та еще дикая хищница, и я не могу перестать улыбаться, наблюдая за ней.

– И раз наше знакомство прошло успешно, самое время продолжить тренировку, – добавляет Астра, и тут ее взгляд наконец-то касается меня. – К тебе это тоже относится, двадцать третий. Может, ты и восходящая звезда, но я еще не заметила твоего сияния. Поэтому хорошенько напрягись, моряк, чтобы я увидела яркий ореол, а не очередное падение.

Черт, она подразнивает меня. Маленькая, гадкая, самоуверенная звездочка. Она еще не знает, с кем связалась.

Внутри меня бурлит лава. Злость, протест, раздражение и возбуждение смешались в один флакон, он треснул, и теперь эта ядерная смесь пропитывает мою кровь.

Мне хочется схватить Астру и наказать, но я борюсь с этим желанием. Мне хочется взять ее и показать, кто здесь главный, но я терплю. Мне дико хочется укротить ее, но вместо этого я смотрю ей в глаза. Они поблескивают едва заметным огоньком, как и в ту ночь, когда она развела меня на игру. Именно поэтому я и пошел за ней. Я увидел в ней то, что способно раздуть мое тлеющее пламя. И если для этого мне придется сдаться в этом матче – идет. Но это не значит, что я проиграю турнир.

***

После тренировки я остаюсь в раздевалке один. Никто из команды не желает поддерживать со мной какие-либо отношения: умные не хотят создавать конфликт, понимая, чем им это может обернуться, а тупые, как обычно, держатся в сторонке, бросая на меня косые взгляды. Не могу сказать, что мне есть до этого дело, но… мне некомфортно. Все-таки отношения между игроками сильно влияют на общий дух команды. Нужно что-нибудь придумать, чтобы успокоить парней и загладить свою вину. И кажется, у меня есть идея. Но для этого мне нужна Синди Уолш.

И каково же было мое изумление, когда моя бывшая сама явилась в мужскую раздевалку, чтобы поприветствовать меня лично.

– Это банан у тебя под полотенцем или ты так сильно рад меня видеть? – соблазнительно улыбается Синди, оттолкнувшись от жестяного шкафчика.

Уверен, она специально поджидала меня здесь после душа, чтобы я явился ее глазам в самом уязвимом виде. Но она точно знает, что нагота никогда не говорит о моей беззащитности. Скорее – о боевой готовности. И взгляд ее голубых глаз, скользящий по моему обнаженному, влажному торсу из-под медленных взмахов ресниц, только подтверждает, что эта девочка знала, куда и на что шла.

– Зачем мне банан в ду́ше? – подыгрываю я.

– Тогда я тоже скучала, Дикий.

– Ты говоришь обо мне или… – Мой взгляд опускается к моему пробудившемуся члену и быстро возвращается к миловидному личику Синди. Она закусывает губу, смазанную розовой помадой, и, виляя задницей в короткой голубой юбке чирлидерши, подходит ближе ко мне.

– О вас обоих.

Ее ладонь накрывает мой член, и он дергается, принимая ласку умелых рук. Дружок помнит Синди. Помнит ее хватку, порочный ротик и пластичность ее стройного тела. Ему нравилось, как она обращалась с ним чуть больше года назад. Но это было единственное, что нравилось мне. Поэтому наши трехмесячные отношения состояли из сплошного безумного секса без единой беседы по душам. Меня это устраивало. Я не из тех, кто заводит серьезные отношения. А она не из тех, кем довольствуются долгое время.

Ладонь Синди интенсивно наглаживает мой стояк через полотенце, а ноготки свободной руки обрисовывают напряженные мышцы моего пресса.

– Мне нравится, куда ты ведешь, – лукаво ухмыляюсь я, вздергивая бровь. – Но, если ты не ослабишь хватку, полотенце упадет.

– Я не глупая, Дарио.

Она толкает меня в дверь, ведущую в душевую, а сама хватается за полотенце. Мокрый кусок ткани летит на пол, обнажая мою мощную эрекцию. Сидни возбужденно сглатывает, облизывая губную помаду. Да, мне нечего стыдится, и я не привык отказывать таким красоткам, как Синди. Тем более после того, как она получит то, чего хочет, девочка станет более покладистой и поможет мне в моем деле. Плюс, я не помню, когда в последний раз нормально трахался.

Синди стаскивает через голову топ, оголяя свои большие сиськи, которые чудом умещались под тесной формой чирлидерши. Я не в восторге от таких объемов, но… Черт, вот это я понимаю – радушный прием. Хоть кто-то рад меня видеть. Я беру ее за руку и быстро тяну за собой в душевую. Устроившись рядом с одной из кабинок, я включаю воду на полную мощность.

– Так нас никто не услышит, – поясняю ей, упираясь спиной в кафельную стенку.

– Помнишь, что я люблю покричать? – хихикает Синди.

– Только когда твой рот не занят моим членом.

Она понимает мой намек и беспрекословно опускается передо мной на колени. Я стягиваю ее белокурые волосы в кулак, а сам запрокидываю голову, упираясь макушкой в стену, когда ее губы обхватывают головку и, дразня языком, нежно вбирают плоть в горло.

Да, она знает, как мне нравится. Не торопясь. Растягивая удовольствие. Погружаясь в нее глубже и глубже. А потом резче. Подключая бедра. Я начинаю трахать ее рот. Теперь Синди заглатывает меня полностью и опускает руку к своей киске, чтобы ласкать при этом и себя.

Черт, мне хорошо, но… Кажется, я не кончу. Синди очень старается, не прекращает пропускать меня до основания в свое горло. Я опускаю на нее взгляд, и пока она не смотрит на меня в темноте душевой комнаты, я позволяю себе представить другую.

Я сжимаю ее волосы, собранные в каштановую тугую косу. Проскальзываю между ее губ, накрашенных красной помадой, как в ту ночь. Я трахаю Ревендж. И кажется, вот-вот финиширую.

Из моего горла вырывается хриплый стон. Моя голова откидывается набок, и, черт побери, передо мной стоит настоящая Ревендж.