Хочет, чтобы я вел себя как гребаный сталкер? Ладно. Но это она сама вынудила меня на крайности, заблокировав мой профиль. Номер ее телефона я не знаю, но помню, где она живет. Я выяснил это после первой же встречи в парке.

Да, признаюсь, мы со Штормом проследили за ней. Но я не маньяк. Правда. Я просто хотел убедиться, что она доберется до дома без происшествий. Этот район Роли не самый благополучный, и бегать одной среди ночи по безлюдному парку – не лучше времяпрепровождение для хрупкой девушки. Поэтому я просто не смог позволить себе остаться в стороне.

Звучит, как тупое оправдание моих маниакальных замашек? Ну и ладно. Я сам знаю, что выглядит эта ситуация чертовски странно. Мне никогда раньше не доводилось следить за девушками, а уж тем более – проникать в их дома около часа ночи. Однако я трижды ругаю себя и Астру за то, что я осторожно вламываюсь в ее кухню через заднюю дверь, которую она забыла запереть. Уверен, после сегодняшней нашей встречи, она будет ежедневно проверять перед сном, не заперты ли все двери и окна в ее доме. Я преподам ей урок. И уж лучше я, чем какой-то настоящий маньяк.

Но когда я прокрадываюсь к ее спальне, откуда из приоткрытой двери льется слабый приглушенный свет, я забываю обо всем, что входило в мои планы, и роняю челюсть на пол, давясь собственным вздохом.

Глава 13. Охотник на кроликов

Глава 13. Охотник на кроликов

Начало сентября

Астра

Мое тело по-прежнему нуждается в разрядке. Не помогает ни утренняя, ни вечерняя пробежки. Теперь бег не расслабляет меня, потому что за каждым деревом или кустом мне мерещится Дарио-чертов-сталкер-Сантана. Но я не успокоилась, даже когда он не выскочил за моей спиной этой ночью.

Не помог и горячий душ.

Тогда у меня появляется идея воспользоваться стопроцентным способом, который еще ни разу меня не подводил.

Во время целибата разрешается ведь пользоваться секс-игрушками, верно?

Я новенькая в этом и не знаю всех правил, поэтому разрешаю себе небольшое снисхождение. Тем более это всего лишь безобидный «кролик»40, который поможет мне немножечко развлечься и выплеснуть негатив перед сном.

Достав вибратор из прикроватной тумбочки, я стягиваю пижамные шорты и задираю футболку, оголяя себя до груди. Устанавливаю для «кролика» оптимальный режим и, согнув ноги в коленях, развожу их в стороны. Мягкое силиконовое покрытие позволяет игрушке приятно скользнуть вдоль клитора, сорвав с моих губ первый вздох удовольствия.

Я откидываюсь на матрас, уперевшись макушкой в подушку, и увеличиваю скорость основного двигателя. «Кролик» начинает работать усерднее, проникая внутрь меня. Я прогибаю спину и выдыхаю в потолок, опуская веки. Интенсивная вибрация умело стимулирует клитор, заставляя меня дышать чаще.

Мне этого не хватало. Гребаный моряк сорвал последний возможный безудержный одноразовый секс. Сукин сын. Чертовски горячий сукин сын и придурок.

Моя голова запрокидывается. Подбородок устремляется к потолку, как только стержень вибратора начинает касаться заветной точки.

Мой последний ночной кошмар, а точнее – эротический сон, связанный с мужской раздевалкой и Дарио между моих ног, снова встает перед глазами, словно яркий кадр из жаркого порно.

В своих фантазиях я позволяю ему зайти дальше. Глубже. Его извилистый язык проникает внутрь моей разгоряченной плоти и срывает с моего рта стон за стоном.

Я не должна этого делать, но, черт возьми, запретные мысли только подгоняют меня к пику оргазма. Раздражение смывается волной возбуждения, и я сжимаю зубы, вцепляясь свободной рукой в откинутый край одеяла.

Я готова кончить, представляя, как длинные пальцы моряка впиваются в мою ногу, заброшенную ему на плечо, а его рот продолжает ласкать меня с еще большей жадностью. Мой несдержанный всхлип обжигает губы, и я стягиваю пододеяльник в кулак, предвкушая мощный оргазм. Я подаюсь бедрами навстречу частым вибрациям. Мои соски пульсируют. И открыв глаза перед цунами блаженства, я поворачиваю голову набок и вижу в дверном проеме своей спальни очертание чьего-то силуэта.

Мой громкий визг сотрясает стены комнаты быстрее, чем я успеваю отбросить вибратор и обтянуть футболку, прикрывая свою обнаженную, готовую к разрядке вагину.

– Кто ты, мать твою, такой?! – кричу я, резко соскакивая с кровати и вытаскивая из-под нее деревянную биту. – Я звоню копам! – Замахиваясь одной рукой, второй пытаюсь нащупать на тумбе телефон.

– Успокойся, это всего лишь я. – Здоровенный мужчина толкает дверь и заходит в помещение, стягивая с головы капюшон. – Дарио.

В этот момент я не понимаю: стоит ли мне успокоиться или все-таки размахнуться и врезать по тупой сталкерской голове этого придурка.

Черт возьми, он ведь видел, как я…

О, боже!

Я хватаю биту обеими руками и изо всех сил бью по Дарио, но он ловко прикрывается дверью, и удар приходится в деревянный массив.

– Чертов маньяк! Сталкер! Психопат! – ору я, продолжая наносить удары по двери собственной спальни. – Я убью тебя! Клянусь, черт возьми, я проломлю тебе череп, где и так нет мозгов!

– Ты сама не заперла дверь! – по ту сторону раздается его испуганный и хриплый голос.

– Это не значит, что ты имеешь право пробираться ночью в мой дом!

– Ты не разблокировала мой профиль! Что, по-твоему, я должен был делать?! – теперь и он повышает тон, потому что я снова впечатываю биту в дверь.

– Конченный маньяк!

– А ты психопатка!

– Открой дверь и скажи мне это в лицо, сосунок!

– Опусти биту.

– А поздним ужином тебя не накормить?

– Я бы не отказался от чего-нибудь сладкого. – Он осторожно приоткрывает дверь и просовывает в проем голову. – Как насчет твоей киски? Думаю, она достаточно сладкая и сочная, чтобы сойти за десерт.

Я рычу и с размаха ударяю в дверной косяк после того, как Дарио снова удается скрыться за дверью.

– Ладно, успокойся! – просит он. – Я ничего не видел, договорились? Как и ты не видела той сцены в мужской раздевалке. Мы оба стали свидетелями чего-то… личного. И мы никогда больше не будем говорить об этом, идет?

Запыхавшись, я опускаю биту и отхожу от двери, которая начинает плавно открываться.

– Я безоружен и не хочу пострадать. – Широкоплечий силуэт Дарио просовывается в мою спальню. Он держит руки поднятыми кверху. – Извини, что отвлек тебя от влажных… Кхм… Важных дел. Могу помочь все быстренько закончить.

– Гребаный придурок! Я так и знала, что тебе нельзя верить!

Я снова замахиваюсь, держа биту двумя руками, но раньше, чем я успеваю нанести удар по Дарио, он сносит меня с ног, обхватывая мою талию, и валит меня на кровать. Бита выскальзывает из моих рук и с грохотом катится по полу. Дарио пользуется моментом и, сжав оба моих запястья одной рукой, заводит их мне за голову. Его тело придавливает меня сверху. Я не могу пошевелиться. Он слишком тяжелый и сильный. А я безоружна, зла и полураздета. Черт побери, на мне ведь нет даже гребаных трусиков!

– Попалась, звездочка, – лукаво ухмыляется он, удерживая мое бедро второй рукой. – Будешь знать, как не запирать на ночь дверь. Признайся, ждала гостей на свое маленькое шаловливое шоу? Так я прибыл. Готов заплатить за место в первом ряду.

– Как только ты отпустишь меня, я вырву тебе яйца, – шиплю я ему прямо в лицо, но он лишь усмехается.

– Не злись, бейби. Я ведь и вправду могу тебе помочь. Кажется, я прервал тебя на самом интересном месте. – Его крепкая ладонь с натиском скользит вверх по моей талии, задирая край футболки, а потом плавно спускается обратно к бедру и сжимает обнаженную кожу до отпечатков пальцев. – Я не люблю оставаться в долгу. Как и не люблю лишать красивых девушек удовольствия.

– Дарио, не смей… – Я задерживаю дыхание, когда его пальцы просовываются между наших тел и касаются внутренней стороны моего бедра.

– Почему? Боишься? – Его лицо нависает над моим лицом. Между наших губ всего пара дюймов. – В нашу первую ночь ты была более дерзкой, Ревендж. И мечтала, чтобы я залез к тебе в трусики. Так что же изменилось? Тебя пугает отсутствие трусиков или ты не любишь играть по чужим правилам?

– Не люблю придурков, которые считают, что имеют право устанавливать мне идиотские правила.

– Как здорово, что это ко мне не относится, правда? – Ладонь Дарио осторожно подбирается к моей незащищенной промежности, и я пытаюсь сжать бедра, чтобы не пропустить его дальше. Иначе мне конец. Иначе он узнает, насколько сильно я взмокла, ерзая под его напряженным телом. – Спорим, что я заставлю тебя кончить раньше, чем ты успеешь разблокировать меня на Facebook41?

– «Раньше» – это значит «никогда»? Потому что ни то, ни другое никогда не случится, – перебарывая дрожь в голосе, я снова бросаю ему вызов. Не знаю, самозащита это или приступ идиотизма, но только так я могу сопротивляться ему и своим противоречивым желаниям.

– Я бы не был на твоем месте так уверен. – Его самодовольная улыбочка начинает меня раздражать вдвое сильней.

Продолжая крепко сжимать мои руки над головой, свободная ладонь Дарио тянется за чем-то на моей кровати.