― Нет! ― выплюнул он. ― Ты делаешь это! Как ты могла перепрыгнуть от меня к нему? Бастиану? Арманелли?

― И что? ― невинно спросила я. ― Он хороший человек.

― Это не так. Он один из самых опасных людей в городе.

Я отпрянула назад, изображая шок.

― Не лги мне, Джорджи.

― Черт возьми. Я сказал им, что ты не знаешь! ― Он вскинул руки вверх. ― Рассказал им все.

― Кому сказал? ― Это была причина, по которой была здесь. Я была женщиной, которой он доверял.

― Боже, ты прекрасна, Кэти. Но ты наивна. Тот мужчина, с которым ты сегодня, дорогая, у него везде большие связи. Он опасен. ― Его рука легла на мою щеку и медленно погладила ее.

Не сморщилась и не вздрогнула, хотя мой живот сжался. Старое чувство, когда мое нутро скручивалось, когда я была с мужчиной, которого не хотела, казалось, усилилось. После того, как была с Ромом, после того, как на мне были руки, которые хотела, а не те, что были нужны мне для семьи, желчь поднималась у меня в горле.

― Никто не настолько опасен, Джорджи.

Его рука скользнула к моей шее. Рычание, которое исходило от него, было диким.

― Это ты так думаешь после того трюка, который ты выкинула в баре? Ты крошечная тварь, и то, что ты одолела меня, не делает тебя неуязвимой.

Он начал сжимать мою шею, его потные руки изо всех сил пытались напугать меня. Я знала, что могу задержать дыхание, по крайней мере, на тридцать секунд. Задушить кого-то было гораздо сложнее, чем люди думали. Сохранять спокойствие было тактикой, которая позволила бы мне получить энергию, дополнительный кислород и достаточно времени, чтобы позволить ему продолжать говорить. Я включила диктофон. Он был достаточно глуп, чтобы начать этот разговор, не обыскав меня.

Его эмоции, его любовь, его безрассудство брали верх над ним.

Это заставило меня задуматься, как влюбленный человек может быть полезен. Поэтому Ром избегал наших отношений? Он избегал любых отношений?

Я расширила глаза в притворном страхе и нерешительно поцарапала руку Джорджи.

― Братва будет править этим городом. Это лишь вопрос времени. Я сжег эту фабрику, чтобы послать сообщение, Кэти. ― Он стал дерзким, его другая рука провела по моему бедру. ― Арманелли барахтаются, пытаясь разобраться во всем этом. К тому времени, как они это сделают, город будет у нас.

Я покачала головой. Мое зрение начало затуманиваться, но позволила ему продолжить, пока сунула руку в карман и взяла его телефон. Кейд сможет получить информацию из него.

Я сильно ударила его коленом по яйцам, прежде чем потеряла сознание, прежде чем он подошел достаточно близко, чтобы по-настоящему воспользоваться мной, и его хватка тут же ослабла.

― Джорджи, ― прохрипела я, задыхаясь и потирая шею, глядя на него, скорчившегося от боли. ― Я должна убить тебя. Могу вонзить нож тебе в спину прямо сейчас и наслаждаться тем, как краснеет твоя рубашка.

Он рванулся ко мне, как надутый морж, все еще сгибаясь вдвое, но, уже не сомневаясь в своих силах. Этот человек всерьез думал, что сможет побороть меня на такой медленной скорости.

― Джордж! ― Голос Бастиана прорезал ночной воздух и заставил нас обоих замереть. Мой спутник на эту ночь вышел на балкон, где лунный свет освещал его темные волосы и темный костюм. Его шаг был медленным, спокойным, размеренным.

Позади него ― его правая рука.

Ром всегда притягивал к себе взгляды. А может, только мои. Но они сразу, же устремлялись к нему, как вода, притянутая силой тяжести вниз с крутого холма. Мне было интересно, знает ли он, что, даже скрываясь в тени, всегда был в центре внимания большинства женщин. Этот мужчина двигался почти бесшумно, как будто не хотел, чтобы его заметили.

Тем не менее, я не могла отвести взгляд.

На том балконе могли быть сотни людей, а меня тянуло только к нему. Он был луной среди звезд, сверкающей в темноте и ярче, чем все окружающие его люди. Его костюм был подогнан так, чтобы идеально облегать массивные руки и грудь. Ром выбрал полностью черный цвет, как бы в тон татуировкам, которые проглядывали, когда он поворачивался, или напрягался.

Вместе новый босс мафии и его одинокий волк двинулись на нас со злобой в глазах.

Джорджи уже бежал прочь, трясясь и широко раскрыв глаза. Он превратился из моржа в мышь, испугавшись хищников, которые только что вторглись в его пространство.

― Я ничего не делал, ― объявил он. ― Она попросила меня выйти сюда. Я покончил с ней. С меня хватит.

Бастиан подошел к краю балкона, чтобы посмотреть на сады внизу. Затем проверил свои часы, совершенно не обращая внимания на объяснения Джорджи.

― Я не хочу превращать этот город в город, который истекает кровью день и ночь. Правитель империи должен вдохнуть в нее жизнь, верно, Ром?

Ром уставился на меня, глаза блестели, черные, как небо.

― Я думаю, правитель делает то, что должно быть сделано, чтобы его империя процветала. Если кровь должна быть пролита, пусть это будет кровь тех, кто запятнал империю в первую очередь.

― Говоришь, как человек, который зарабатывает на жизнь убийствами, ― усмехнулся Бастиан. ― Тем не менее, Джордж, думаю, что место, которое мы называем домом, не должно быть таким, где мы все живем в страхе. ― Он повернулся на каблуке и наклонился к Джорджи, чтобы встретиться с ним взглядом. ― Должно?

― Нет. Конечно, нет. Я здесь по делу, как и все остальные. И ничего не знаю.

― Это так? ― Бастиан взглянул на Рома, который хрустнул костяшками пальцев, а затем выпустил из рукава ржавую цепь. ― Не думаю, что мой кузен в настроении пачкать свой костюм. Ты понимаешь, о чем я, а? Почему бы тебе просто не…

― Бастиан! ― Из входа появился еще один мужчина. Высокий, голубоглазый, светловолосый и очень хорошо одетый. Он так плавно переместился через балкон в сторону Джорджи, что его можно было описать только как змею, скользящую к своему гнезду. ― Джорджи представился должным образом?

Взгляд Джорджи метался вокруг и остановился на высоком мужчине рядом с ним.

― Дмитрий, я не знал, официально ли это.

― Да. Джорджи ― теперь Вор для моей семьи.

Я покачала головой, пораженная тем, что Джорджи зашел так далеко в любой мафии. Это означало, что они уважают его теперь, что они будут скучать по нему, если он уйдет.

Дмитрий продолжил:

― И я вижу, что вы переманили одну из наших женщин. Кэти, не так ли? ― Он шагнул вперед и протянул мне руку для пожатия.

Он смотрел на меня глазами такого бледно-голубого цвета, что они были почти белыми. Его кожа была светлой, как фарфор под ночным небом. Когда мужчина улыбнулся мне, как будто знал меня, каждая часть меня кричала, чтобы я бежала в другую сторону. Несмотря на это, взяла его руку в свою и почувствовала, как меня охватывает ужас. Как будто увидел во мне часть меня, которая была плохая, и я сразу поняла, насколько он может быть опасен.

Я попыталась отдернуть руку, но он держал ее, прищурив глаза.

― Приятно наконец-то познакомиться с тобой.

Отдернула руку и вытерла ее о платье.

― Не могу сказать, что чувство взаимно.

― Но это было неизбежно. Я надеюсь, вы с Джорджи решили все, что между вами было?

― Кроме того, что он пытался напоследок пощупать? Теперь между нами ничего нет. ― Я посмотрела на него, а Джорджи плюнул в ночной воздух. ― Ты получил то, за чем пришел сюда, а, Джорджи? Почему бы вам двоим не отправиться своей дорогой?

Змея повертела головой туда-сюда, осматривая сцену. Его гогот эхом разнесся по ночной тишине.

― Разве ты не знаешь, кто я такой?

В моем животе вырос клубок беспокойства.

― Единственные люди, которых мне нужно знать в этом городе, это те, кто им управляет. ― Я подошла к Бастиану и Рому. Встала во весь рост между своими людьми, где мне и место. ― Арманелли не волнует, кто ты такой.

― О, им не все равно, ― сказала змея. ― И тебе тоже, Каталина. Твоя кровь, их кровь? Ты истекаешь кровью, они истекают кровью? Они семья?

Казалось, он видел сквозь все мои слои, прямо к нашей слабости. Посмотрела на Рома, и он медленно кивнул, изучая мои глаза. Мое сердце сжалось, потому что я не была уверена, говорит ли он, что принадлежу семье или только ему. Просто знала, что он хотел, чтобы я поняла, что я что―то значила в тот момент.

Он тоже что―то значил для меня.

Может быть, достаточно одного взгляда, одного чувства, которым обмениваются два человека, чтобы понять, что их история не закончена, что есть надежда.

Я перевела взгляд на Дмитрия, готовая уничтожить того, кто угрожал нашему будущему. Я сделала шаг к нему, но Ром схватил меня за руку.

― Да, моя семья проливает кровь за меня, а я за них.

Рот Дмитрия медленно растянулся по лицу, обнажив зубы. Они были белые, ровные, а клыки выступали чуть дальше, чем у большинства.

― Запомни эти слова. Когда я увижу тебя в следующий раз, мне будет приятно напомнить тебе об этом.

Он махнул рукой Джорджи, и они снова скрылись на вечеринке.

Ждала, что Ром или Бастиан расскажут мне все, что я уже знала. Когда никто из них не заговорил, посмотрела на них.

― Русская братва Пахана? Он теперь босс?

― Технически, его отец все еще управляет братвой, но скоро все перейдет к нему. Он наследник, тот, кого все слушают из страха, ― сказал Бастиан.

― И что? ― Я подождала. ― Почему мы ходим на цыпочках?

Бастиан вздохнул.

― Как ты знаешь, мы думаем, что они работают с правительством. Мы не получили…