Разум старательно подбрасывает каверзные вопросы, но мудрая Варвара Степановна уже не ответит на них… Извлекаю из кармана телефон, гуглю координаты чудного профессора и с ужасом обнаруживаю, что в прошлом месяце тот скоропостижно скончался. Он был шумным, увлекающимся и странным, но неизменно веселым и остроумным. Он тоже был частью моего уютного прошлого, но теперь туда нет обратной дороги.

Ветер усиливается, над зелеными кронами нависает край махровой черной тучи, и я поеживаюсь от неясного дискомфорта. Дождь — всего лишь заурядное явление природы, но паника от его приближения стала рефлексом. Одиночество и беспомощность, о которых он напоминает, не страшны, когда рядом Спирит, когда в реальности есть место чудесам, и я снова иррационально и глупо в них верю. Но что предпринять, чтобы они опять стали осязаемыми и живыми?

Афиши на тумбах пестрят разноцветными шрифтами, но театральный сезон еще закрыт, и ближайшие анонсы запланированы лишь на август. Роскошные люстры в сводчатых окнах не горят, парковка пуста. Только женщина в роскошном платье словно выпала из времени — весь ее странный облик кричит о том, что она пришла на премьеру или исполняет одну из ролей.

Она бросает голубям очередную порцию крошек, отряхивает ладони и оборачивается. Пристально на меня смотрит, но вдруг воодушевляется и машет мне рукой в белой митенке.

По моему телу молнией разносится разряд тока. В памяти вспыхивают разрозненные картинки из прошлого — легенда о Приме, рассказанная Спиритом, его бесконечное сидение на этой лестнице, старое фото из бабушкиного архива, где она стоит рядом с местной звездой…

«…— Много лет назад в нашем музыкальном театре служила актриса… ее обожала публика. Она была примой, символом, «визитной карточкой» города… Говорят, она и умерла на сцене, в концертом платье. Ранним утром, когда зрительный зал был пуст. После похорон люди стали видеть на улицах похожую на нее женщину. Говорят, она помогает влюбленным, больным и нуждающимся. Исполняет желания тех, у кого чиста душа. Но показывается Прима не всем…»

Я замираю в священном ужасе и не могу вдохнуть.

Все в этом мире взаимосвязано, и Варвара Степановна неспроста частенько сюда приезжала. Она внимательно слушала мои детские бредни о волшебном мальчике и верила им. Оберегала меня от вмешательства психологов, пыталась понять, искала похожие истории в современном городском фольклоре. Своими теориями она заразила профессора и в поисках истины добралась до самой Примы! А теперь душа этого огромного города, улыбаясь и щурясь от яркого солнца, в паре метров от моего уединенного места кормит птиц и запросто посылает мне приветствие…

По спине пробегает холодок. Прима заканчивает свое занятие, устремляется ко мне и слишком легко для своего почтенного возраста опускается на нагретые каменные плиты лестницы.

— Вот мы и встретились, Юшенька, — она обращается ко мне, как к старой знакомой, и я теряю дар речи. — Соболезную, печальная участь постигла Варвару. Но если ты здесь, значит, ее усилия не прошли даром.

— Так вы… узнали меня? — в растерянности выпаливаю я, и она хитро склоняет голову набок:

— Ты встретила своего мальчика? Того, что потерялся в твоем детстве?

От ее осведомленности, участия и неподдельной теплоты во взгляде на мои глаза наворачиваются горячие слезы.

— Встретила, но ненадолго. А мне еще многое нужно ему сказать… Куда он подевался? У меня есть хоть какие-то шансы его вернуть???

— Второй шанс у тебя уже был, дорогая деточка, — вздыхает Прима, расправляя на коленях складки блестящей парчи. — А третьего, увы, никто дать не может.

— Но я же не прогоняла его! Почему он исчез так внезапно? — провожу дрожащими пальцами по щеке и тут же сжимаю их в кулак, и Прима, помолчав, тихо отвечает:

— Вспомни, чего ты хотела больше всего на свете, когда обратилась ко мне?

— Я??? — ахаю я, тщетно пытаясь достучаться до своего подсознания. — Я обращалась за помощью к вам?

— Люди наделили меня способностью исполнять желания, а ты очень хорошо меня попросила… В память о твоей бабушке, а еще оттого, что и у тебя, и у мальчика чистые души и открытые сердца, я помогла тебе чем могла… Жаль, что не все в моих силах, и принятые решения не подлежат отмене. Но я специально распространяю легенды об отвергнутых призванных, чтобы они услышали их и вышли на меня.

Я слушаю ее вполуха и судорожно соображаю. В тепличном детстве я больше всего на свете мечтала о сильном и смелом друге. Я воспользовалась вторым шансом и снова призвала Спирита в сквере, когда испугалась тамошних нетрезвых обитателей. Однако… если учесть, что Найденов и есть мой давно потерянный друг… получается, что он спасал меня и раньше — на площади, от несущегося на высокой скорости самоката.

Я смотрю во внимательные серые глаза Примы, проваливаюсь в них и оказываюсь в тихом июньском вечере. Мы с папой въезжаем в этот город и молча вглядываемся в пейзажи, проплывающие за окнами старенького авто. В салоне звучит приглушенная расслабляющая музыка, но мои эмоции бушуют как ураган. Горят фонари, по тротуарам прогуливаются влюбленные парочки, тут так торжественно и красиво, что хочется плакать, и я мысленно умоляю провидение послать мне компанию по интересам, преданного и смелого друга, занятие по душе и силы стать лучше — только бы не тухнуть всю оставшуюся жизнь в четырех стенах.

— То есть… Я… — я задыхаюсь от внезапной догадки, и Прима кивает:

— Да. Ты хотела обрести себя. А тот мальчик мечтал еще хоть раз к тебе приблизиться. Он долго об этом просил, но все зависело лишь от твоей воли… По счастливой случайности, он как раз понадобился тебе — ведь только он разделил с тобой тяжкие моменты прошлого и четко помнил их. И вот… свершилось. Ты очистила совесть, попросила у него прощения и избавилась от страха, а он открыл тебе сердце. Ваши мечты сбылись, и ты больше в нем не нуждаешься. Все вернулось на круги своя, дальше вы идете своими дорогами.

Ее слова, поначалу вселившие надежду, окончательно выбивают почву из-под ослабевших ног. Я уже прогнала его в детстве, и изменить ход вещей никому не под силу. Вот что значило его коронное: «Я с тобой, пока я тебе нужен»! Он и я уникальны уже в том, что нам представился шанс побыть вместе еще один раз…

Черное отчаяние разрывает меня на части, поперек горла встают горькие рыдания:

— Но… я нуждаюсь в нем! Почему он не подал мне знак, что я не сошла с ума, что наше общение мне не приснилось!..

— Разве? — серые глаза Примы лучатся лукавством, и она изящным плавным жестом указывает в небо.

Мой пернатый друг Вася кружит над уютной маленькой площадью, то снижаясь, то взмывая на недосягаемую высоту, и я завороженно провожаю его взглядом. И вдруг понимаю, что эта трепетная, вольная птица приносит мне приветы от Спирита, и он и раньше много раз мне их передавал.

— Как в призванном — не нуждаешься, — Прима ласково, совсем как моя бабушка, гладит меня по голове, вздыхает и проворно поднимается. — Юшенька, ответы рядом. А теперь иди домой, родители заждались.

Она выходит из тени и без следа растворяется в залитом светом воздухе, а я еще долго глотаю слезы и не могу прийти в себя. Я искренне желала, чтобы моя жизнь наполнилась яркими эмоциями и красками, но не предполагала даже, насколько сильно расширятся ее горизонты.

Ответы рядом… Все, что мне нужно — найти в себе решимость поговорить с Найденовым и взглянуть в его чужие, уставшие, холодные глаза. И я сделаю это — даже если придется навсегда попрощаться с волшебным миром иллюзий.

***

В комнатах царит разморенная тишина, лишь прохладный сквозняк проявлением жизни летает по прихожей, влетает на кухню и путается в кружевных шторках окна. Лиза еще не вернулась из поездки, папа отлучился по каким-то делам, но Анна дома — увлеченно наносит краску на загрунтованный холст и, завидев меня, улыбается:

— Как прошло?

— Отлично! — я с ногами взбираюсь на диван и с интересом наблюдаю за ее резкими, отточенными движениями. — Новый шедевр?

— Пока не знаю. Но, впервые за многие месяцы, чувствую вдохновение. Оно приходит, когда у тех, кто мне дорог, все хорошо. Кстати, Карина только что позвонила. Она в восторге от твоей задумки и будет ждать тебя завтра вечером.

— Сделаю все, что могу, и даже больше! — клянусь я и, помявшись, тихо спрашиваю: — Анна… На каком маршруте можно добраться до Хозмаша? Мне нужно поговорить с одним парнем. Он — самый перспективный студент «Суриковки». Говорят, у нас похожая техника. Может, он даст мне дельные советы, и у Карины в салоне появится настоящий шедевр?

Анна откладывает кисть и, считав по лицу, что тот, о ком я говорю, очень сильно мне нравится, заговорщицки подается вперед:

— Варюша, не стоит ехать в этот опасный район. Гриша Найденов работает в нашем музее. Одно крыло в здании признано аварийным, но часть помещений еще используется. Он реставрирует там картины и, насколько мне известно, понемногу работает над своей. Ходят слухи, что мальчик, ради удобства и безопасности, там и живет… Завтра зайди туда. Только воспользуйся крыльцом со стороны двора и не ходи по жуткому, темному скверу.

40

40

Ночная тьма опустилась на город, зажгла фонари и почти отключила зрение, но остальные чувства до предела обострены, и поток горьких мыслей невозможно унять. Я полжизни предпочитала тихонько сидеть в углу, прятаться за бабушку и бояться дождя. Я забыла страшную тайну моего детства, но, вместе с ней забыла и все светлое, что со мной тогда происходило.