Манипуляторы, заменяющие руки, отличались гибкостью и мощностью, позволяя Маркусу поднимать грузы, передвигать объекты и выполнять технические задачи. Гидравлический механизм, заменяющий ноги, гарантировал устойчивость и мобильность, позволяя передвигаться по разным поверхностям, будь то паркет или лестничные ступени.

Характер Маркуса тоже заслуживал отдельного внимания: он славился любознательностью, дружелюбием и умел подстраиваться под потребности хозяев. Его подсветка способна отображать десятки разнообразных эмоций, от радости и удивления до раздражения и задумчивости. Благодаря встроенным сенсорам и интеллектуальной системе, Маркус мгновенно реагировал на окружающую среду и команды владельцев, становясь незаменимым помощником в быту и на работе. Вишенкой на торте, отведав которого Ева загорелась желанием работать именно в «Трейде», стал голос кибернетического создания.

— Меня зовут Маркус, я самый быстро развивающийся интеллект на планете Земля, — чванливо представился умный робот голосом Оптимуса Прайма из русскоязычной версии фильма «Трансформеры». — Я проведу это собеседование вместо Геннадия Самойленко, если вы не возражаете, Ева Александровна.

Вот и сейчас Маркус пробасил:

— Ваш чай, Ева Александровна. Как прошёл визит к врачу?

Она улыбнулась бездушной железяке и с удовольствием отпила глоток отменного напитка. Маркус был настоящим кудесником по части приготовления чая.

— Всё отлично, спасибо.

— За время отсутствия вам трижды звонил Владислав Крицкий. Он оставил несколько голосовых сообщений. Пересылаю их вам в личные сообщения, — единым духом отрапортовал автомотон.

— Спасибо и за это.

Ева ничем не выдала своего волнения, а после ухода робота — передвижение Маркуса сопровождалось мягкими, органичными звуками, напоминающими тихий оркестр механических инструментов, словно его создатели загодя позаботились о том, чтобы даже звук перемещения приносил удовольствие и не беспокоил хозяев, — открыла мессенджер и поднесла телефон к уху.

«Привет, кошечка. Ты заблокировала меня всюду. Понимаю, заслужил, но мне дико тебя не хватает. На стены лезть хочется. Позвони. Хотя бы ради того чтобы накричать. Я … как хочу услышать твой голос».

В последнем предложении после местоимения «Я» слышалась чёткая пауза. Наверняка сердобольный умный помощник наложил вето на нецензурную брань.

Второе сообщение воспроизвелось автоматически:

«Я только сейчас понял, что прошёл почти месяц. Тридцать дней без тебя — … мука. Не знаю, сколько ещё смогу держаться на расстоянии. Меня ломает без тебя».

И снова перед словом «мука» была пауза, прослушав которую Ева поняла, что до безумия соскучилась по матерщине от Влада. На ум тут же пришла фраза, сказанная им после приземления на парашюте: «Обожаю драть тебя сзади», и по телу разлилось сладкое тепло, покалывающее кончики пальцев на руках и ногах.

Чёрт, а она ведь тоже истосковалась до ломоты в костях.

Однако следовало настроиться на работу. Ева выпила чай и с воодушевлением взялась за дело.

Время текло на удивление неспешно. 14:30, 15:20, 15:27. Полчаса до момента, когда можно будет сбежать с работы.

За пятнадцать минут до часа икс она начала ощущать нервозность, а ещё через десять минут бросила попытки сосредоточиться на бумажках, выключила компьютер и попросту сбежала.

До офиса, в котором располагалась фирма «ЯрдФест», добралась довольно быстро. А в приёмной наткнулась не на секретаря или администратора…

За небольшим столом напротив двери сидел Влад. Над входом звякнули металлические трубки «музыки ветра», сообщая о посетителе, но он даже не поднял головы. Так и продолжил заглядывать в разверстое нутро принтера, который, по всей видимости, вышел из строя.

Одет он был непривычно. Строгий приталенный пиджак цвета мокрого асфальта, серая сорочка, узкие классические брюки. Вот волосы сохранили привычную щеголеватость: длинные пряди у лба взбиты и чуть приподняты гелем для фиксации.

Она замялась, потом тихонько подошла к столу, стараясь не цокать каблуками. Кашлянула в кулак.

Влад моментально потерял интерес к оргтехнике, обернулся через плечо и застыл.

— Привет, — она закусила губу.

Он не ответил, лишь сверкнул глазами и в два счёта сократил расстояние между ними. Порывисто обнял, зарылся носом в волосы и горячо зашептал на ухо:

— Прости дурака. Ошизел, признаю. Такой ахинеи наворотил, что вообразить страшно. Но я, сука, подыхаю без тебя.

— Без нас, — ляпнула она, не подумав.

— Без вас, — машинально повторил Влад, потом отодвинулся, обхватил её лицо ладонями и переспросил, — это ещё что значит?

Мда, не так она представляла этот разговор, но чего уж теперь.

Ева вынула из сумочки вдвое сложенный листок и протянула Владу. Он бегло пробежал текст глазами и надолго завис в самом конце, где стоял диагноз: «Беременность 6–7 недель».

— Ты?..

— Да. Я приехала рассказать тебе, потому что считаю, что так будет правильно. Сразу скажу, что аборт я делать не намерена. Хоть этот ребёнок и не запланирован…

Он не слушал, переводил взгляд с неё на выписку ультразвукового исследования и обратно, потом, не спросясь, приложил ладонь к её животу и зажмурился.

— Влад…

— Т-ш, я хочу его почувствовать, — он приложил палец другой руки к её губам, вынуждая молчать.

— Ты ничего не почувствуешь, — она заулыбалась помимо воли. — Срок слишком маленький.

— Брехня, почувствую, — он отмахнулся от голоса разума, встал перед ней на колени и прижался ухом к животу. — Ну же, киндер, поговори с папочкой!

— Надеюсь, он или она не унаследует твой интеллект, — ворчливо вздохнула Ева и запустила пальцы в буйную шевелюру бывшего студента.

Эпилог

Эпилог

Аврора, как метеор, носилась по второму этажу дома, сметая всё на своём пути. Папа, измученный игрой в приведений, развалился на диване и уткнулся в смартфон, мечтая и впрямь стать бестелесным духом.

— Папа-а-а-а! — взвизгнула очаровательная девочка с кукольным личиком в обрамлении белых кудрей, подпрыгивая рядом с диваном. — Давай побегаем!

— Сейчас, солнышко, — лениво ответил Влад, не отрываясь от экрана. — Я вот закончу уровень…

— Но я хочу сейчас! — Аврора принялась метаться по комнате, сшибая игрушки и плюшевых медведей. — Па, пошли, па!

Влад тяжело вздохнул, отложил телефон и поднялся с дивана.

— Ладно, бесёнок, пошли, — сказал он, поднимая дочь на руки. — Куда побежим?

Аврора широко улыбнулась, обняла его за шею и заявила:

— Побежим в Африку! А там на нас нападут тигры и львы, и мы будем от них убегать!

Отец вмиг включился в игру и почувствовал, как напряжение последних дней растворяется, словно сахар в кофе.

— В Африке хорошо, — согласился он, осторожно опуская пятилетнюю девчушку на пол. — Но сперва нам нужно упаковать рюкзаки и взять с собой самое необходимое.

Аврора радостно подпрыгнула и побежала собирать свои игрушки.

— А потом сразу в Африку и будем кормить жирафов морковкой! — сообщила она, заталкивая в розовый ранец плюшевого зайца.

— Да, милая, — ответил Влад, присаживаясь на пол и улыбаясь дочке. — Мы поедем на сафари и увидим всех животных Африки. И гиену Клаву, которая вчера потеряла билеты на автобус.

В этот момент в комнату заглянула мама.

— Обед готов, — Ева подошла к мужу и попросила, — папа, отнеси Аврору кушать.

Влад тут же накинулся на супругу со щекоткой, повалил на мягкий ковёр и придавил своим телом.

— Когда уже в этом доме покормят папу? — Рыкнул он и облизнул горло хохочущей жены.

Аврора побросала свои пожитки и спешно присоединилась к общей игре. Вскарабкалась на плечи отца и издала боевой клич племенных индейцев.

— Когда наша мартышка угомонится, тогда тебя и покормят, — сквозь смех выдала Ева.

Влад опечаленно вздохнул, поцеловал жену, зачмокал нежную шейку дочурки, поднял её на руки и поспешил вниз в столовую.

— Аврора, сейчас ты съедаешь обед, поднимаешься в свою комнату и сидишь там тихо целых десять минут, — настраивал он ребёнка. — А потом мы отдохнём и налопаемся баобабов и манго. И даже слона напоим молоком из бутылочки!

Он гримасничал и кривлялся, как всегда. Малышка заливисто смеялась, а папа, глядя на неё, ощущал в полной мере, как его сердце наполняется теплом, радостью и безграничной любовью. Любовью к двум самым дорогим девочкам: Еве Александровне и Авроре Владиславовне Крицким.

Всё-таки жизнь восхитительная, мать его, штука.

Конец