Он открывает бутылку и вливает напиток себе в рот, не прикасаясь губами к горлышку.
– Пожалуй, обойдусь, – говорю я.
– Да ладно тебе! – восклицает он. – Пусть это станет символом того, что мы заключили мир. Я больше не веду себя как придурок, ты меня им больше не считаешь.
Он протягивает мне бутылку. Я подношу ее ко рту и пью. Кто-то толкает меня в спину, и жидкость, которая должна была стать моим следующим глотком, проливается на топ.
– Черт, – вырывается у меня.
Эрик подносит руку ко рту и заходится в притворном кашле, чтобы скрыть смех.
– Да ну тебя! – восклицаю я, отдавая ему бутылку, но он все еще смеется, поэтому я тоже начинаю хихикать. – Теперь мне придется так ходить весь в…
На мое плечо ложится чья-то рука, и я подпрыгиваю на месте.
– Я хочу услышать от тебя честный ответ.
Этот голос похож на голос Люка, но в то же время и нет.
Я оборачиваюсь и вижу его. Он держит в руке бутылку и смотрит на меня расфокусированным взглядом.
– Ты как… в порядке? – спрашиваю я, чувствуя, как от тревоги сжимается желудок.
– Я хочу задать тебе один вопрос. Всего один простой вопрос, – говорит он.
От его интонации и взгляда мне становится очень неуютно.
– Какой?
– Ты трахалась с ним?
Я застываю на месте, и мое сердце обрывается, растекаясь лужицей у моих ног.
– Люк, ты пьян…
– Я просто задаю тебе вопрос. Всего один. Он постоянно вокруг тебя вертелся, и я понимал, что между вами что-то происходит. Я все время об этом думал, но говорил себе: нет, она любит