А еще Марко сказал, что любит меня. В это с трудом верилось. Неужели эти слова вылетели из его рта лишь с целью угомонить разбушевавшуюся Зои? Однако, подействовало.

Я прикрыла обнаженную грудь одеялом, почувствовав неловкость. Что подумает Марко, если заметит? Ночью он ко мне не прикасается, но все же… С его тягой к подглядыванию…

Шум воды стих, скрипнула стеклянная дверца, погас свет. Я не слышала его шагов, но прекрасно чувствовала. Тяжелое большое тело опустилось на кровать. Он потянул одеяло, которым я успела завладеть единолично. Я повернулась к нему спиной, задрав согнутую ногу и выпятив попу. Нужно уснуть… Но его близость и запах сводили меня с ума. Я мучительно, до боли в животе, хотела повернуться и впиться в его изогнутые губы.

— Марко? — практически шепотом позвала я.

— Я знал, что ты не спишь.

— Откуда?

— Дышишь не так, как во сне, — объяснил он.

— Обними меня.

Марко ничего не ответил. Он повернулся, и его теплая рука скользнула по моему напряженному животу. Он тяжело выдохнул мне в затылок.

— Почему ты голая? — прохрипел он, и дыхание пощекотало мне ухо.

— Я хочу, чтобы ты исполнил свой супружеский долг. Я прошу тебя.

Марко замер на мгновение, даже дышать перестал. А потом его рука медленно поползла вверх. Он нащупал горошинку соска, сжал его пальцами и потянул. Я тихо простонала, прижимаясь бедрами к его горячему животу.

— Кэтрин… — его голос заставил вздрогнуть.

Внутри меня полыхал огонь, готовый вырваться на свободу. Марко обхватил грудь ладонью и поцеловал в плечо. Я почувствовала, как его возбужденная плоть упирается мне в спину.

— Подумай хорошенько, — прошептал он. — потом я не смогу остановиться…

Я повернулась и нашла его губы. Язык Марко — твердый и уверенный — принялся хозяйничать у меня во рту. Возбуждение волной прокатилось по телу. Неужели мы сделаем это? Больше никаких споров, ссор и преград. Только он и я. Здесь. Сейчас.

Марко приподнял меня, позволив полностью оказаться в его объятиях. Его рука скользнула по спине, крепко сжала волосы и потянула голову назад.

— Я хочу тебя видеть, — не успев договорить, он поднялся с кровати, подхватил меня на руки и отнес к столу. А затем включил тусклый свет на кухне. Теперь я тоже видела Марко. Наши глаза встретились. Он одним движением посадил меня на столешницу и поцеловал. Его руки жадно блуждали по телу, он помог мне лечь и спустился ниже, отодвигая в сторону тонкую ткань трусиков. Я подогнула и раздвинула ноги, позволяя ему сделать то, чего я так жду. Марко улыбнулся, его черные глаза заблестели, а палец ловко проник в меня. Из груди вырвался стон. Марко начал двигать им, наблюдая, как я извиваюсь и выгибаюсь ему навстречу. И вдруг движения прекратились. Я открыла глаза и увидела, как он облизывает палец, который секунду назад из меня вытащил.

— Ты такая вкусная, Кэтрин… — протянул он.

От смущения у меня полыхнули щеки. Он опустился на колени, и его голова оказалась у меня между ног. Марко не спеша потянул за трусики, я приподняла бедра и осталась полностью обнаженной. Сердце перестало биться. Марко коснулся меня языком — слишком нежно и щекотно, а затем осторожно подул, охлаждая каждую складочку моего сокровенного места. Никто никогда не целовал меня… там. И я снова почувствовала его язык — требовательный и настойчивый. Сомнений не осталось — он прекрасно знал, что делает. Я схватила ртом воздух и вцепилась пальцами и края столешницы. Это невыносимо… приятно…

Снова почувствовала внутри себя палец и выгнулась, сползая на самый край стола, потянулась к волосам Марко и пропустила короткую прядь между пальцами. Я не хочу, чтобы он останавливался, я не отпущу его. Желание нарастало, превращаясь во что-то большое и пульсирующее, я помню это сладостное ощущение… Марко резко отстранился и встал, развел еще шире мои ноги, крепко ухватился за бедра и… вошел одним рывком, заполняя меня целиком, пронзая насквозь… боже… БОЖЕ …

Я посмотрела на его лицо — Марко тяжело дышал, стиснув зубы. Он двигался быстро, проникал глубоко… я больше не могла терпеть. Стон вместе с криком вырывался из груди, я задыхалась, безнадежно хватая воздух… Тело задрожало от сладостного удовольствия.

Марко потянул меня за руки, привлекая к себе и заставляя сесть. Я крепко обхватила его за плечи и прижалась к груди. Больше мое тело не касалось стола, оно оказалось на весу, Марко крепко держал меня за попу, продолжая двигаться. Его сердце колотилось где-то внутри меня, все быстрее и быстрее. Марко зарычал и замер, а я почувствовала, как он пульсирует внутри меня.

— Кэтрин… — он коснулся губами моего лица. — Ты в порядке?

Я не хотела отвечать, и не хотела отрывать от его груди голову. Марко по-прежнему находился внутри, не особо торопясь выбираться на свободу.

— Теперь мы полноценные муж и жена, — он приподнял меня и я ахнула, когда он вышел.

— Даже не верится, — я сжала ноги, чувствуя, как по внутренней стороне бедра стекает влажная дорожка.

— Пойдем, я помою тебя, — Марко потянул меня за собой.

По спине побежали мурашки — никогда не думала, что такой простой ритуал способен вызвать во мне бурю эмоций. Хотя, кого я обманываю? Это почти так же круто, как секс.

Мы закрыли прозрачную дверцу и обнялись. Теплая вода ласкала наши уставшие тела. Марко намылил руки и начал скользить по моему телу. От каждого прикосновения била сладкая дрожь. Огромные руки нежно касались моего живота, груди, бедер. Я закрыла глаза и растворилась в этих будоражащих ощущениях.

Настала моя очередь. Я забрала у него кусок мыла и коснулась груди. Марко запрокинул голову и закрыл глаза, позволяя мне исследовать свое тело. Впервые со дня нашей встречи я могла позволить себе откровенно его разглядывать. Рука скользнула вниз, и Марко застонал. Неужели только что это было во мне? С ума сойти! От моих прикосновений Марко снова начал возбуждаться, а именно этого я и добивалась.

Он развернул меня спиной и прижал к себе. Его мокрые руки быстро нашли и больно сжали соски. Я вздрогнула и выгнула спину. А затем поднялась на цыпочки и оперлась на стену.

— Маленькая ненасытная Кэтрин, — прорычал мне в ухо Марко и резко вошел. Я вскрикнула и рассмеялась, двигая бедрами ему навстречу.

В этот раз Марко был не так нежен, но меня это только распаляло. Я не могла поверить, что теперь этот мужчина принадлежит мне.

Глава 44

Глава 44

Я проснулась от тянущей боли внизу живота. Солнце заливало комнату ярким светом, под открытым окном давали концерт местные птицы, с улицы доносились глухие голоса. Марко рядом не было. Я откинула одеяло, быстро встала и побежала в туалет, игнорируя абсолютную наготу. Никто же не видит? Догадка подтвердилась — у меня начались месячные. К счастью, в коробке нашлась единственная пачка тампонов.

— Спасибо, что не вчера, — пробубнила я под нос и пошла одеваться.

Тарелка с завтраком стояла на столе, а рядом лежала записка: «Набирайся сил, у меня на тебя грандиозные планы». Я улыбнулась, думая, как бы ему сообщить, что планы придется перенести.

Послышался заливистый смех Зои, и меня передернуло. Боже, она же еще здесь! Я осторожно подкралась к окну и выглянула — моя соперница в буквальном смысле висела на шее у Марко и хохотала, запрокинув голову назад. Мне захотелось немедленно выйти и оторвать ее длинные руки от его тела, но у меня не было на это физических сил. А еще мне было любопытно посмотреть, как поведет себя Марко, особенно после того, как мы сблизились. Я отчаянно ждала, что он оттолкнет ее, вернет допустимую для друзей дистанцию, но Марко ничего подобного не предпринял. Просто улыбался, как идиот.

Дядя Оливер сновал туда-сюда по поляне, ничуть не смущаясь отношениями между дочерью и женатым, на минуточку, человеком. Я представила, как бы отреагировал Алекс, если бы я вела себя подобным образом с его друзьями, и ужаснулась — это просто недопустимо.

Я взяла тарелку с завтраком, намеренно положила прямо на холодный омлет записку и вышла во двор. Сейчас я устрою этим голубкам «доброе» утро!

— Катарина! Вот ты и проснулась! — громко обозначил мое появление Оливер, пряча глаза.

Зои лениво убрала руки от Марко и наигранно улыбнулась.

— Хорошие жены не спят до обеда, а встают пораньше, чтобы приготовить завтрак для мужа, — с упреком промурлыкала она, провожая меня надменным взглядом.

Я села за стол, игнорируя ее неожиданный выпад, и потрясла запиской.

— А для идеальных жен мужья сами готовят, — я очень надеялась, что мне удалось замаскировать злость и не показать нарастающую ревность. — К тому же мы вчера очень поздно легли.

Записка не осталась незамеченной, Зои медленно подошла к столу, и сунула свой любопытный нос туда, куда я рассчитывала.

— Мне жаль, дорогая, но я немного подкорректировала планы Марко, а заодно и твои, — Зои надула губки, изображая разочарование, которое, само собой, совсем не испытывала.

Марко встал у меня за спиной, положил руки на плечи и поцеловал в макушку.

— Милая, Зои попросила меня помочь ей в одном деле. Ты не возражаешь, если я ненадолго уеду? Обещаю, к вечеру буду дома в целости и сохранности.

Что? Куда? С ней? Конечно, я возражала! Еще как! Разочарование и ужас мгновенно отразились на моем лице. Я не смогла ничего ответить. Закатить скандал — значит доставить этой напыщенной курице удовольствие. А дать согласие у меня язык не повернулся.