Затем метнулась с двери и прижалась к ней ухом — тишина. Есть ли в доме сейчас прислуга? Кто-то же приготовил еду? Мистер Блэк был на это не способен уж точно!

— Кто-нибудь, помогите! — я колотила по дереву, не жалея ладоней. — Меня удерживают здесь силой! Умоляю, спасите меня!

В несколько шагов преодолев расстояние до окна, я отшвырнула в сторону раму и как смогла прижалась к решетке.

— Люди! — я набрала в легкие побольше воздуха. — Кто-нибудь меня слышит? Помогите! Вызовите полицию! Меня похитили!

Сердце колотилось, на лбу выступила испарина, я задыхалась от собственного бессилия. Неужели мне никто не поможет? Я покосилась на камеру и вернулась на кровать, закутавшись в одеяло. Спать перехотелось. И как теперь уснешь, если кое-кто наверняка следит за мной? А если замотать камеру чем-нибудь? Эта мысль показалась мне интересной. Пусть перебьется, извращенец чертов!

Я сбросила одеяло, освободила столик, взяла с пола блузку и полезла наверх. Все равно не смогла дотянуться. Еще каких-то двадцать сантиметров, и я могла оказаться у цели. Камера, как назло, оказалась слишком маленькой и практически не выпирала из стены. Я замахнулась блузкой, но шелковая ткань лишь лизнула огонек и медленно скатилась по моему вытянутому в струнку телу на пол. Не успела я поднять ее, чтобы попытать удачу снова, как дверь распахнулась, и мой похититель влетел, как ураган.

Он схватил меня за талию одной рукой и стащил со столика.

— Отпусти меня, идиот! — я начала вырываться, размахивая руками и ногами. Его прикосновения к обнаженному животу неприятно обжигали и царапали нежную кожу.

Через секунду он бросил меня на кровать и навис сверху. Как коршун над умирающей добычей.

— Я велел не создавать мне проблем! — он кричал, не разжимая стиснутых от злости зубов.

— Как ты смеешь подсматривать за мной! — я забилась в угол, позабыв, что лежу перед ним в одном нижнем белье.

— Я просто наблюдаю, — он заговорил спокойнее, и его взгляд прошелся по моему вздымающемся от тяжелого дыхания телу. Я невольно прикрыла грудь рукой. — Насиловать не стану, можешь не прятаться.

— Не уверена, — пробубнила я, вытаскивая из-под себя одеяло. — Когда Алекс заберет меня?

— Точно не сегодня, — он отпрянул от кровати и отошел на безопасное расстояние. — Собери посуду, я унесу поднос.

— Сам собери! — рявкнула я, кутаясь до самого подбородка.

Он хмыкнул и присел на корточки, составляя тарелки. Бутылку с водой оставил на столике.

— Имя мне придумала? — не оборачиваясь, спросил он.

— Выбираю между Чертов Ублюдок и Вселенское Зло, что посоветуешь? — мне хотелось наброситься и воткнуть ему нож в спину, но ни решимости, ни ножа у меня не было.

— Я бы выбрал второе, масштабно звучит, — он выпрямился, прижимая поднос к груди. — Зови меня Марко, так привычнее.

— Ты итальянец? — значит я угадала.

— Нет, португалец, — он открыл дверь и задержался в проеме. — Если снова захочешь в туалет, помаши мне правой рукой, и я приду.

— А если помашу левой, не придешь? — мне стало смешно от глупости всего происходящего.

— А ты как хочешь? — такого вопроса я точно не ожидала. Максимум — очередную издевку. Что это с ним случилось? Неужели сменил гнев на милость?

— Я вообще не хочу тебя видеть!

— Тогда я не приду, — Марко исчез в коридоре, бережно прикрыв за собой дверь.

Глава 5

Глава 5

Черная ночь принесла с собой прохладу. Я не привыкла к кромешной тьме, все-таки в большом городе слишком много огней, мешающих рассмотреть звезды. Спать не хотелось. Есть тоже. Тем более ужин мне никто так и не предложил. Марко больше не появлялся. Обиделся.

Я накинула на плечи одеяло и уселась на подоконник. Пахло травой, да так сильно, что я чувствовала себя сидящей на лугу, а не запертой в комнате. Какой же многоголосой оказалась тишина! Ни криков людей, ни царапающих гладкий асфальт шин — только шорох ветвей и пение редких птиц. Где я? Как далеко этот подонок умудрился увезти меня от дома?

Я вспомнила, как накинулась на него с кулаками, прежде чем он усыпил меня вонючей отравой, сунув тряпку под нос. Сколько мы ехали — я не помню. Знает ли Алекс, как мне одиноко? А может ему солгали, что я давно мертва? Нет, это не выгодно похитителям, они же хотят ободрать его, как липку. Алекс никогда не делился со мной ничем, что касалось его работы. Единственное, что мне известно — это закупка товаров в Китае и оптовые базы по перепродаже. А еще куча недвижимости, в том числе и отели на побережье. А мама? Я впервые подумала о ней. Надеюсь, она сладко спит в полном неведении. Не хочу, чтобы из-за меня ее разбил сердечный приступ.

Удивительно, но я не боялась Марко, если его, конечно, так зовут. В этом я сомневалась. Все могло быть гораздо хуже. Он разговаривал со мной, и я судорожно обдумывала, как это правильно использовать. Не может же быть такого, чтобы у него совсем не было сердца? А если я вызову у него жалость?

Нет, он не отпустит меня, глупо тешить себя несбыточными надеждами. Я видела его лицо, узнаю из тысячи его голос — теперь моя свобода представляет для него опасность. Неужели он и правда убьет меня? А если ему прикажут это сделать?

Я поежилась, прогоняя дурные мысли. Пока я жива, значит нужно бороться. Я попробую найти к Марко подход. Ведь бывали случаи, что похититель проникался к своей жертве? Жаль, что мне никогда не приходило в голову изучить эту тему. Стану послушной и покладистой, прикушу длинный язык и побольше расскажу о себе. Пусть знает, что красная дорожка не всегда была постелена у меня под ногами.

Черт, захотелось в туалет. С полным мочевым пузырем я вряд ли смогу уснуть, а ворочаться с боку на бок целую ночь я не готова. Добравшись до камеры, я подняла правую руку и помахала. И еще раз. И снова. Не уйду, пока он меня не заметит.

— Марко! — крикнула я, не зная, пишется ли звук. Мне бы хотелось, чтобы не писался, но в этот раз я на это надеялась.

Напрасно прождав примерно двадцать минут, я закрыла окно и вернулась на кровать.

Ключ скрипнул в замке, и я села. Из коридора проникал свет, и я увидела только очертания его могучей фигуры, не разглядев лица. Марко был обнажен по пояс, растянутые трико низко повисли на бедрах. Он щелкнул выключатель, и я зажмурилась от яркого света.

— Пошли, — прохрипел он, растирая сонные глаза.

Значит звук пишется. Иначе как он мог узнать, что я зову? Судя по внешнему виду, он только проснулся. Вспомнив, что пообещала самой себе быть паинькой, я завернулась в одеяло и прошмыгнула в коридор. Он, наученный горьким опытом, шел за мной по пятам, готовый схватить за руку в любой момент.

— Подождешь за дверью? — с мольбой в голосе спросила я. — Я не смогу сходить, зная, что ты находишься в метре.

— Хорошо, — на удивление, он согласился. — Не намочи одеяло, запасного нет.

Я сбросила с плеч покрывало и нырнула в ванную. Бросила взгляд на белоснежную ванну и захотела помыться. Воткнула пробку и пустила воду — подождет, не рассыплется! Пока ходила в туалет, воды набежало на треть. Я осмотрелась в поисках куска мыла, но нашла только маленький огрызок у раковины.

— Сойдет, — я взяла мыльницу, поставила ее на бортик и залезла в воду. Валяться и нежиться времени не было, но ополоснуться успею вполне.

Марко настойчиво постучал.

— Минуту, мне нужно помыться! — крикнула я в ответ, сдвинув шумный кран в сторону.

Но он не захотел ждать. Рывком открыв дверь, Марко вырос передо мной, волоча одеяло по полу.

— Ты что делаешь? — я сжалась в комок, прикрывая обнаженное тело.

Он медленно наклонился, подобрал с пола белье и протянул мне.

— Вылезай, я хочу спать, — велел он, не опуская руки.

Ни один мускул на его лице не дрогнул. Я схватила душ, перевела рычажок и направила на себя острые струйки воды. Все также прячась, я смыла пену и попыталась выхватить у него одеяло, но он отстранился.

— Вылезай! — прозвучало, как приказ.

— Я голая, вообще-то…

— Ничего страшного, я не смотрю, — однако его глаза буравили меня насквозь.

Я выпрямилась и предстала перед ним, в чем мать родила. Мне стесняться нечего — в двадцать пять иметь красивое тело — не грех. Кадык у Марко на шее нервно дернулся. Он набросил на мокрое тело одеяло и вывел меня из ванной.

Мы шли по бесконечному коридору молча, а я еще и опустив голову от стыда — как мне вообще пришло в голову щеголять перед ним голой? Он подтолкнул меня в комнату и запер за собой дверь.

— Замечательно, — я покосилась на камеру и нервно сглотнула. — И как мне одеваться? Эй, как мне одеваться? — крикнула я в глазок, не сомневаясь, что он смотрит. — И где мое белье?

Я вспомнила, как он держал лифчик и трусы. И почему я не выхватила их первым делом? Положив одеяло на кровать, я достала из пакета красный комплект, надела только нижнюю часть и залезла в постель.

— Смотри, извращенец, и мучайся теперь! — прорычала я и отвернулась, укрывшись с головой.

Глава 6

Глава 6

Разбудил меня тихий стук в дверь. Я открыла глаза и, к удивлению, обнаружила, что солнце вовсю слепит в окна. Интересно, зачем стучать, если дверь заперта снаружи?

Гость, точнее гостья, ответа и не ждала. Дверь распахнулась, ударившись о стену, и в комнату вошла невысокая женщина, держа поднос на вытянутых руках. Она бросила короткий взгляд в мою сторону и покачала головой.