— Кто вы? — я прижала к груди одеяло и села.

Нельзя упускать возможность поговорить с ней. Но у нее, видимо, были другие планы. Значит Марко не солгал, что в доме есть прислуга. Женщина оставила завтрак на столике и полезла в карман.

— Прошу вас, помоги, меня похитили, — я бросилась к ней, преграждая выход.

Она же оттолкнула меня в сторону и захлопнула дверь, опасаясь, что я пущусь в очередные бега. Из ее кармана показалась бежевая ткань, и я узнала свое белье.

— Вот, переоденься, — она кинула лифчик и трусы, но я не смогла поймать ни то, ни другое. — Ешь, пока горячее.

Ее голос показался мне добрым, а вот выражение лица — нет.

— Мэм, умоляю, выпустите меня отсюда! — взмолилась я и покосилась на камеру.

— Это хозяин решает, а не я, — женщина попыталась меня обойти, но я схватила ее за рукав.

— Марко? — услышав имя, она вскинула брови и удивленно на меня посмотрела. — Он ваш хозяин?

— Он твой хозяин, дурочка! — мои слова ее явно позабавили. — А я сама по себе.

— Где он? Я хочу с ним поговорить! — не знаю, что я собиралась ему сказать, но внутри поселился тревожный страх — вдруг он не вернется после вчерашнего инцидента.

— Белье подними, оно вообще-то чистое, — прислуга кивнула на пол и цыкнула языком.

— Вы постирали мои вещи? Спасибо.

— Я? У меня хватает работы, поверь, — это было последнее, что мне удалось услышать.

Хлопнула дверь, ключ сделал один оборот, и я снова осталась в одиночестве.

Подобрала белье и прижала к носу — пахло мылом и солнцем. Неужели Марко сам постирал? От одной мысли об этом мне стало дурно. Я открыла окно и прижалась лицом к решетке. От утренней прохлады не осталось и следа, значит день набирал обороты. Сколько же я проспала? И почему не попросилась в туалет?

Алекс… мысли о женихе заволокло смутным туманом. Как будто я не видела его уже целую вечность. Как он? Наверняка не ест и не спит, думая, как меня вытащить.

— Думай побыстрее, дорогой, — прошептала я и смахнула одинокую слезинку.

В животе заурчало, и я опустилась перед столиком. Снова каша, бутерброд с сыром и чуть теплый кофе. Как в детском саду. Торопиться мне было некуда, да и делать нечего, поэтому я решила растянуть удовольствие и ела маленькими ложками, намеренно делая большие паузы.

Итак, что мне известно? Марко прикинулся водителем такси, усыпил меня и куда-то отвез. Закрыл в комнате и попытался расспросить про груз в Мексику. Чего он хочет от Алекса? Какую цену попросит за мою свободу? Ответов не было. Но меня не могло не радовать, что меня кормят и не бьют. Значит похитители, точнее те, кто за этим стоит, рассчитывают на сделку.

Я составила посуду и решила переодеться. Таскать за собой одеяло мне порядком надоело. Соорудив из него укрытие, я забралась внутрь, натянула чистый комплект белья, джинсы и рваную блузку. Снова щеголять нагишом перед камерой мне не хотелось.

Истоптав вдоль и поперек квадратную комнату, я легла на кровать, сложила руки на груди и уставилась в потолок.

Воспоминания сами полезли в голову, а я с радостью в них погрузилась. Мы с Алексом познакомились на благотворительной вечеринке, на которую меня затащила Бритни. Она была уверена, что там мы подцепим приличных женихов. И не ошиблась. Ей, правда, повезло меньше — ушла ни с чем. Но Алекс сразу меня заметил, угостил шампанским и пригласил пообщаться на просторную террасу. Сколько же в нем благородства и лоска! Сразу видно, англичанин и аристократ. Я жутко боялась сболтнуть что-нибудь лишнее и опозориться, поэтому старалась поменьше открывать рот. А на следующий день мы уже ужинали в ресторане, после которого он пригласил меня в отель. Хорошо, что я отказалась, он и сам это сказал чуть позже. Так и закрутился наш роман, переросший в совместные отпуска, знакомства с родителями и душевную близость. Бритни до последнего не верила, что наша интрижка перерастет во что-то большее. Идиотка. А потом я заметила, какими жадными глазами она не него смотрит, и перестала приглашать в наш дом. Алекс бы никогда на нее не клюнул, но мне было противно на это смотреть. Я быстро освоилась в его компании, и стала их частью. Меня приняли, несмотря на положение в обществе и простую семью, в которой было уготовано родиться. Конечно, они сделали это ради Алекса, но меня это мало волновало. Я его часть, а после свадьбы все границы сотрутся.

Неожиданно на ум пришел Марко, и меня передернуло. Полная противоположность моего Алекса, как внешне, так и внутренне. Я потрясла головой, прогоняя его лицо, застывшее перед глазами. Скоро этот ужас притупится в памяти и будет казаться страшным сном. Принц победит дракона и спасет свою принцессу. Я улыбнулась. Когда Марко окажется в тюрьме за мое похищение, я, пожалуй, навещу его, чтобы плюнуть в наглую рожу! Пусть сгниет за решеткой вместе со своими хозяевами!

Я закрыла глаза, отвернулась к стене и решила во что бы то ни стало выбраться отсюда.

Глава 7

Глава 7

Марко не появлялся два дня. Его прислуга, приносившая мне завтрак, обед и ужин, больше не проронила ни слова, как бы я не пыталась ее разговорить. Я чуть с ума не сошла от мыслей и тоски! Плясала перед камерой, поливая этого мерзавца последними словами, проклинала, обзывалась и умоляла выпустить меня. Но он не пришел. И это было не к добру. Почему Алекс до сих пор не вытащил меня? Как проходят переговоры и проходят ли вообще?

Зато служанка Марко терпеливо ждала меня под дверью туалета, позволяя нормально вымыться и постирать белье. Видимо с ее легкой руки в ванной комнате появился новый кусок мыла, банка шампуня, зубная щетка и паста. Расчески не было, поэтому я с трудом продирала спутавшиеся волосы пальцами, выдергивая приличные пучки.

Под конец третьего дня я услышала звук мотора и бросилась к окну. Белый седан показался лишь на секунду и скрылся за углом, но теперь я знала, что он вернулся. И поняла, что вход в дом с другой стороны. Лучше бы я услышала сирены полицейских машин. Устроившись на подоконнике, я принялась ждать, продумывая вопросы, которые хочу задать. Но Марко пришел только через пару часов, бесцеремонно ворвавшись в комнату. На лице его играли злость и раздражение.

— Где ты был? — я спустилась с подоконника и непроизвольно прижалась к стене.

— Нужен полный отчет? — наши глаза встретились, и я испугалась — хороших вестей ждать не стоит.

— Где Алекс? — мой голос охрип и задрожал. — Почему я до сих пор здесь?

— Кэтрин, — Марко произнёс мое имя тихо, и даже нежно. — Как только придет время, ты все поймешь. А пока не задавай вопросов. Обувайся и пошли.

Я посмотрела на босые ноги, а потом на туфли.

— Не могу, я ноги натерла, — пришлось признаться, хотя не очень хотелось.

— Значит пойдешь так, — он открыл дверь и посторонился.

Но я не двинулась с места. Он что, сейчас меня убьет?

— Куда мы идем?

— Не вынуждай меня тащить тебя силой! — он закричал, и я втянула голову в плечи. Выбора нет, как бы я не сопротивлялась, это только усугубит мое положение.

Я шагнула к двери и прошла мимо него, опустив голову. Ноги подкашивались от волнения.

— Не вздумай что-нибудь выкинуть, иначе поплатишься, — прошипел он мне в спину.

Мы прошли мимо двери в ванную, дошли до конца коридора и оказались перед лестницей. Марко взял меня под руку, больно сжимая предплечье и потащил в низ. Однако на первом этаже мы не остановились, лестница шла ниже — в подвал. Он вытащил ключ из кармана, отворил железную дверь и толкнул вперед. В нос ударил неприятный запах сырости и старья. Я пригляделась в темноту, но не смогла ничего разобрать. Марко подтолкнул меня вперед и вошел сам, закрывая за собой дверь. В подвале было холодно и тихо, я встала, боясь сделать шаг и провалиться в черную пропасть, которую успело нарисовать воображение. Марко копошился за спиной, щелкнул выключатель и появилось освещение — тусклое и желтое.

Разговаривай с ним, — подсказал внутренний голос.

— Зачем мы сюда пришли? — я нашла его глазами, но он не смотрел в мою сторону. — Марко, мне холодно.

— Сейчас согреешься!

Он вытащил стул, поставил его к стене, открыл сумку, валяющуюся на полу и достал камеру. Это еще зачем? Я с трудом протолкнула ком, застрявший поперек горла. Что он собрался снимать? Мою смерть? Я прижалась к ледяной стене и осмотрелась. Если схватить что-нибудь потяжелее и стукнуть его по голове, то есть шанс сбежать. Даже прислуга, обитающая где-то в доме, меня не остановит. Но ничего подходящего не нашлось, как и времени — Марко подошел вплотную и сверху вниз посмотрел на меня. Он был на полторы головы выше и такой широкий, что я истерически хмыкнула — такому и топор не страшен.

— Садись! — велел он.

— Нет, — я наотрез отказалась. — Я хочу вернуться в комнату.

— А вчера ты кричала, что ненавидишь ее, — он улыбнулся. Значит следил за мной все эти дни и наблюдал, как я мучаюсь! — Если будешь вести себя хорошо, то вернешься. Ключевое слово «если», Кэтрин, не забывай об этом.

Он оторвал меня от стены и подвел к стулу. Я села, обхватив себя руками.

— Тебе страшно, Кэтрин? — прозвучало, как издевка.

— Мне страшно, Марко, — я намеренно назвала его по имени, надеясь хоть что-то пробудить в черствой душе. Жалость, например. Но его только порадовал мой ответ.

— Прекрасно, — он вытащил веревку и склонил голову на бок. — Твоему жениху нужны доказательства. И сейчас ты передашь ему пару слов.