— А потом прогуляемся, — Марко потянул меня за собой на кухню. — Выбирай блюдо, а я попробую его приготовить, если подходящие продукты найдутся, конечно.

— Я много всего люблю, не сильно привередлива в еде, так что готовим из того, что есть.

— В ресторанах ты всегда заказывала креветок в соусе и белое вино, — он нежно обнял меня сзади и вдохнул аромат волос. — Я, как шпион, многое знаю о тебе.

Я напряглась и вытянулась, как струна. Тот факт, что Марко несколько лет преследовал меня, не давал покоя. Это же дикость какая-то!

— Не стоит в эти два дня напоминать о прошлом, — попросила я, положив свои руки поверх его. — Ты сам сказал — будто ничего не произошло. А шпионаж на уровне маньяческого — это слишком много.

— Ты права, — он поцеловал меня в щеку. — Просто я не представляю, как буду жить без тебя.

Я резко обернулась и подняла голову.

— Неужели ты действительно так сильно меня любишь? — мне совершенно в это не верилось. Такой красавец, как Марко, мог заполучить абсолютно любую женщину.

Я не считала себя плохой и негодной, но на его фоне значительно проигрывала. Если бы мне довелось оказаться с ним в незнакомой компании, то именно меня бы все спрашивали, как я отхватила такого мужчину.

Вместо ответа Марко наклонился и нашел мои губы. Я с радостью ответила на поцелуй, скользнув ладонями по его груди и шее. В Марко было столько сексуальности, что ему невозможно противостоять. Каждое прикосновение отдалось тяжестью в животе.

— Я действительно очень сильно тебя люблю, — прохрипел он прямо мне в губы.

— Но за что? Почему? — я отстранилась, желаю услышать ответ.

Марко выпустил меня из объятий и подошел к холодильнику.

— Это трудно объяснить, — он открыл морозильную камеру и начал в ней копаться. — Я миллион раз задавал сам себе этот вопрос. Но есть ты, а есть все остальные. Ты уникальная, особенная, моя. Твоя улыбка каждый раз лечила мою треснувшую душу. Твой голос заползал под кожу и бежал по венам. Но в то же время я успел смириться с тем, что мы с тобой навсегда останемся вместе только в моем воображении.

Больном воображении, — чуть было не сорвалось с языка.

— И вот ты рядом, — Марко вытащил пакет с крупными креветками и победно поднял его над головой. — Я могу целовать и ласкать тебя, говорить с тобой, спать в обнимку. Ты не сможешь понять, как много это для меня значит. Для тебя я навсегда останусь негодяем, заставившим пережить страшные моменты, даже несмотря на то, что ты испытываешь ко мне чувства.

Спорить было бессмысленно — чувства я и правда испытывала, только вот прекрасный многослойный пирог нашей любви Марко приправил горькой полынью. Я хотела услышать правду, но теперь, когда она торчала костью поперек горла, я пожалела, что так старательно ее отыскивала. Я хочу вернуться домой, но лишь рядом с Марко я себя чувствовала счастливой.

— Чеснок или кисло-сладкий соус? — спросил Марко, и я покачала головой — о чем он спрашивает? — Креветки, Кэтрин. Хватил витать в облаках. О чем ты думаешь?

— О том, как сильно я изменилась, — честно ответила я. — Я стала совсем другой. И не знаю — плохо это или хорошо.

— Человеку трудно измениться, — Марко вывалил креветки в большую чашку и обдал кипятком из чайника.

Затем взял в одну руку головку чеснока, в другую банку соуса и поиграл ими у меня перед носом. Я выбрала чеснок.

— Внутри каждого из нас есть истина, которую мы прячем под маской и давлением общества. Все хотят соответствовать чему-то, но никто не задумывается, кто придумал эти стандарты, — продолжил Марко философствовать. — Стресс вынуждает действовать и принимать решения, и в этом положении трудно играть. Ты просто стала самой собой. И это очень хорошо.

— Я запуталась, Марко, — стоять без дела было тошно, и я начала чистить чеснок. — не могу понять, чего я хочу на самом деле.

— Ты колеблешься?

Мы стояли на кухне плечом к плечу, и это было так по-домашнему. Вот я и Марко — жена и муж, которые болтают о жизни и вместе готовят ужин. Может я смогу простить ему все и просто покорюсь судьбе? Но невозможно просто взять и приказать себе простить. Это задача для сердца, а мое тихо помалкивало.

— Часть меня отчаянно рвется на свободу, но другая часть не хочет оставлять тебя.

Марко бросил нож и крепко обнял меня.

— Умоляю, Кэтрин, останься со мной. Я обещаю, что мы будем счастливы.

— Не дави на меня, Марко, — я попыталась отстраниться, но он только крепче прижал меня к себе. — Если я останусь, то пожалею об этом. Я хочу сама выбрать свой путь, даже если этим выбором станешь ты.

Глава 52

Глава 52

Мы с Марко поели, отложили порцию для Оливера и пошли его искать. В домике его не было, зато из сарайчика доносились кряхтение и стук. Оливер сидел на корточках и менял перекладины на старой лестнице.

— Тебя помочь, дядя Оливер? — Марко тут же шагнул внутрь, намереваясь сменить старика, но тот замахал руками, выражая протест.

— О, нет! Я наконец-то нашел, чем заняться, не лишай меня удовольствия! — Оливер размахнулся и вколотил гвоздь по самую шляпку. — Хочу приспособить ее, что лазить на крушу грузовика. Завтра я должен позвонить Зои. А вы что тут делаете?

— Хотим немного прогуляться, пока не стемнело, — объяснил Марко и взял меня за руку. — Пошли, Катарина.

Мы оставили Оливера разбираться с лестницей, а сами нырнули в лес. Высокие деревья склонили перед нами свои разлапистые ветви, преграждая путь. В лесу пахло восхитительно! А еще было прохладно, хорошо, что я прихватила кофту.

— Расскажи мне о себе, — попросила я Марко, пригибая голову и подныривая под его поднятую руку.

— Что тебе интересно?

— Все! — я звонко рассмеялась. — Я ничего о тебе не знаю.

— Вот маленькая врунишка Кэтрин! — он схватил меня на руки и закружил, а я принялась визжать, как ненормальная. Когда он вернул меня на землю, пришлось вцепиться в его плечи, чтобы не упасть от головокружения. — Ты знаешь, что я неплохо целуюсь, — он подхватил зубами мою нижнюю губу и легонько потянул. — А еще я хорошо занимаюсь сексом…

— О, да, превосходно! — я приоткрыла рот, впуская его язык внутрь.

Я обхватила его за шею и тихо простонала, рассчитывая на продолжение, но Марко лишь игрался со мной.

— Спрашивай, пока я добрый, — он шлепнул меня по попе.

— Расскажи про детство, — я решила начать с самого начала.

Марко вывел меня на поляну, и я рассчитывала, что мы сядем на бревно, но мы ее пересекли и снова оказались в лесу.

— У меня очень добрые родители, — Марко улыбнулся. — Мама часто ворчит на отца, а он до смерти боится ее расстроить. У нас с Камиллой было хорошее детство, полное развлечений, сладостей и друзей. Дети в Португалии не такие, как в Америке. Мы были свободными и вовлеченными во все, что нас окружало. Отец занялся бизнесом, мама ему помогала советами и занималась нами. А потом отец решил расширяться, и мы переехали в штаты.

— У тебя было счастливое детство, — почему-то я считала иначе. И снова подумала о маме.

— А у тебя?

— Мы всегда жили скромно, — я не хотела говорить о родителях, но было бы не честно уйти от ответа после рассказа Марко. — У отца были серьезные проблемы со здоровьем, он часто из-за этого менял работу. А мама пыталась тянуть семью, как могла. Когда папа умер, мы остались вдвоем. А теперь мама совсем одна. Господи, что творится у нее в голове? Она наверняка проиграла все самые страшные сценарии, — слезы покатились по щекам, и я вытерла их длинным рукавом.

— Кэтрин, — Марко остановился и посмотрел на меня. — Если я кое-что скажу тебе, пообещай не злится и не устраивать истерику?

В одно мгновение сердце перестало биться и больно кольнуло. Что еще я должна знать, черт бы его побрал! Увидев мои перепуганные глаза, Марко поглубже вздохнул:

— Она знает, что с тобой все в порядке, — выпалил он, и у меня подкосились ноги.

— Что? Я с ума схожу от волнения за нее, а ты только сейчас мне об этом говоришь?

— Я же просил не кричать, — Марко сунул руки в карманы и задрал голову.

— Но я не сказала, что не буду! Откуда она знает? Что именно? — меня раздирало от любопытства.

— Когда я ездил в город, то подбросил ей записку. В ней было написано: «Мама, со мной все хорошо, я в безопасности. Прошу, никому не говори ни слова. Не показывай, что тебе что-то известно. Записку сразу сожги». Видишь, она спокойна за тебя!

— Марко, я сейчас голыми руками тебя придушу и меня даже твои габариты не остановят! — я начала часто дышать, хватаясь за грудь. — А если она ее не прочитала? Или прочитала, но не сожгла?

— Она ее прочитала и сожгла, — уверенно сказал Марко. — Не спрашивай, откуда мне известно — все равно не отвечу.

— Зачем ты это сделал? — я была рада, что мама хоть немного проинформирована, но тем не менее поступок Марко меня шокировал.

— Я понимал, как тебе это важно, — Марко говорил так, будто ничего особенного не случилось.

— И поэтому ты забыл мне об этом сказать?

— Послушай, Кэтрин, мы же собирались провести два замечательных дня! Давай не будем выяснять отношения. Я сказал, когда посчитал нужным. И вместо того, чтобы выдохнуть с облегчением, ты решила на меня наброситься.

— Да, ты прав, наверное, — я заставила себя угомониться. Мама знает, чего еще нужно? Тем более через два дня я смогу ее обнять. И, может быть, практически все рассказать.