– С этого момента, Менсиа, ты не плакса. Ты начинаешь бороться с собой и своим прошлым, чтобы твое будущее было прекрасным. Хватит страдать, – проговорила я сама себе шепотом.

Я должна взять жизнь в свои руки. Посмотрев на чистое голубое небо, я поняла, что солнце полностью согласно со мной. Своими лучами оно согрело мое лицо, мокрое от нежеланных слез, и подтолкнуло двигаться дальше.

Я случайно обернулась и увидела, что Хорас уже приближается к дому. Не желая с ним пересекаться, я вошла на территорию и приблизилась к входной двери. В окне показались два размытых силуэта, и я увидела, как Агнесс и мистер Кларк страстно целуются на кухне. Меня словно загипнотизировали, и целое мгновение я наблюдала за ними. Резко смутившись и, скорее всего, покраснев, я отвернулась и бесшумно пошла на задний двор. Но остаться незамеченной не получилось. Агнесс увидела меня и сразу отстранилась от мужа, а я смутилась еще больше. Теперь они знают, что я видела их, полных страсти и любви друг к другу. Хотя в этом нет ничего зазорного. Это, наоборот, прекрасно – когда любовь живет столько лет и для нее нет никаких преград. Нет смысла любить, если не хочешь сделать эту любовь вечной.

– Менсиа, милая, ты уже вернулась? А где Хорас? – спросила Агнесс, выходя на крыльцо.

– Я здесь, мама. – В ворота вошел Хорас. Я, не подумав, обернулась и встретилась с ним взглядом. Если он считает, что я буду вешаться на него, как и все его подружки, то сильно ошибается. Я посмотрела на него твердым взглядом, но давалось мне это очень тяжело. Смотреть с ненавистью на человека, чьи ласковые прикосновения только что вспоминала с трепетом, было почти невозможно. Но после его слов никакой теплоты я больше не хочу к нему испытывать.

– Прекрасно. Тогда, ребятки, собираемся и едем домой. Пора возвращаться к городской суете, – сказала мама Хораса и вернулась на кухню, перед этим целомудренно поцеловав мистера Кларка в щеку.

В мысли врезался наш поцелуй с Хорасом. Губы до сих пор горели, но этот пожар должен погаснуть. Я попыталась выкинуть из головы эти воспоминания и направилась в комнату.

Быстро приняла душ, чтобы освежиться после озера. Затем собрала вещи – их было совсем мало – и легла, закрыв глаза и раскинув ноги и руки, на большую кровать. До отъезда было еще где-то полчаса, и сейчас я могла побыть наедине с собой. Но удача была не на моей стороне. В комнату кто-то постучал.

– Да?

– Можно я войду? – Как только в коридоре послышался этот голос, сердце подскочило к горлу, и я резко поднялась.

– Войди. – Я пожала плечами, тут же замкнувшись в себе.

Хорас зашел и закрыл за собой дверь. В комнату он проходить не стал, а остался возле двери, облокотившись на нее спиной.

– Я хотел поговорить.

– О чем?

«Боже, зачем ты сюда пришел. Неужели ты не понимаешь, что я не хочу с тобой говорить как минимум в ближайшие пару часов. Этого я ему, конечно же, не сказала, хотя слова так и хотели сорваться с языка.

– Я хотел извиниться за поцелуй. – Он не сводил с меня расстроенных глаз.

– Не нужно, все нормально, – произнесла я и выдавила улыбку.

Я держалась из последних сил. Сердце отдавалось болью от того, как просто он говорит мне об этом. Неужели для него это правда ничего не значило?

– Я надеюсь, что это так. На наше общение это никак не повлияет?

– Нет, все прекрасно, – отозвалась я, смотря на него. – Просто забудем об этом, будто ничего и не было.

– Да, так будет правильно, – произнес он и открыл дверь. – Я тогда пойду, надо еще собраться.

Я кивнула, и он вышел из комнаты.

Я хотела кричать, но горло будто охрипло. Я не могла говорить. Да мне и нечего было сказать. Он сам сейчас сказал все, что хотел, и мне добавить было нечего. Я снова легла на кровать. Глаза наполнились слезами. Одна из них успела скатиться по щеке, оставив мокрый след, который неприятно холодил кожу. Я не дала возможности пролиться остальным, просто спрятала их глубоко в себе. Не сейчас и не здесь.

Дождавшись времени отъезда, я вышла из дома. Без лишних слов мы сели в машину и поехали в город. Я просто смотрела в окно, наблюдая смену пейзажей и ни о чем не думая. Оставила голову пустой. Хватит плохих мыслей.

Ехали мы достаточно долго, потому что на въезде в город встали в пробку. К вечеру мы наконец подъехали к дому.

Я поспешила в комнату и сразу вышла на небольшой балкон. Солнце уже заходило за горизонт, поэтому я просто облокотилась на перила и наблюдала за огненно-красным солнцем. Вдруг взглядом я уловила движение сбоку от себя. Это оказался Хорас. Он вышел на соседний балкон из своей комнаты. Мы встретились с ним взглядом, и я поняла, что снова упустила шанс на счастье. А вернее, у меня снова его отобрали. Я повернулась к солнцу и постаралась не обращать на Хораса внимания. Я приняла решение. Наверное, так будет лучше.

Глава 17

Глава 17

Хорас

Я ожидал увидеть Менсию на балконе. Небо горело ярко-оранжевыми красками, заставляя глаза блестеть от восхищения. У нас с Менсией была одна общая любовь – к закатам. Наверное, это самое прекрасное, что было в наших с ней жизнях. Они всегда вселяли в меня надежду на лучшее. Так было и сейчас. Мы пересеклись с ней взглядами, и я уловил ее отчаяние. Эта девушка была сильной, но она не хотела в это верить. Я уверен, что Менсиа обязательно будет счастливой. Когда она отвернулась от меня, я еще смотрел на нее некоторое время, хотел как можно лучше запомнить черты ее лица в свете заходящего солнца.

Ночью я спал плохо. Что-то терзало меня, с каждой минутой какое-то плохое предчувствие все глубже закрадывалась в разум. Только под утро мне удалось заснуть на несколько часов. Позже меня разбудила к завтраку мама. Когда я спустился, они с отцом уже ворковали друг с другом на кухне. Меня сразу отправили будить Менсию. Я неохотно вернулся обратно на второй этаж и постучался к ней в комнату, но ответа не последовало. Не раздумывая, я вошел в комнату уверенный в том, что она еще спит.

Удивление пронзило меня, когда я не увидел Менсию ни мирно спящую на большой кровати, ни где бы то ни было еще в комнате. Я мигом метнулся к шкафу. Как я и думал, ее вещей в нем не оказалось. Беспокойство и злость обуяли меня. Беспокойство за Менсию, злость – на себя, за то, что позволил ей уйти. Выпуская гнев наружу, я скинул вазу с подоконника. Она разбилась точно так же, как и маленькая надежда, которая зародилась во мне вчера.

– Глупая девчонка, – прошипел я, а из головы все не выходил ее образ.

На шум прибежала мама. В ее глазах застрыло непонимание, когда она увидела в комнате только меня.

– А где Менсиа? – поинтересовалась мама.

– Спроси что-нибудь попроще, – отозвался я, выходя из комнаты. – Хотя не стоит, я все равно ухожу. – Я захлопнул за собой дверь.

Быстро переоделся и вышел из дома, не обращая ни на кого внимания. Сев на мотоцикл, я сорвался с места и погнал на всей скорости. Я не знал, куда еду, и почти не смотрел на дорогу, забывая, что рискую расстаться с жизнью. Будь что будет. Абсолютно все равно. Мне нужно понять, почему она так поступила, но сначала следовало выпустить пар.

Я просто гнал по городу в тумане своих мыслей. Я не знал, куда она ушла, почему сделала это, что будет делать дальше. Но с каждой мыслью о ней я все больше злился. Я не понимал, на чем основан этот гнев, но он поглощал меня. Я не хотел думать о Менсии. Если она так просто ушла, значит, на то есть причина. Она должна исчезнуть из моих мыслей, несмотря на то что постоянно возвращается в них.

Домой я вернулся ближе к вечеру, когда смог окончательно взять себя в руки. Родители, должно быть, и так переживают, и не стоит их добивать.

Дома я пытался дозвониться до Менсии, но абонента не было в сети. Я возненавидел голос автоответчика, который приветствовал меня в десятый раз. Пытался дописаться до нее, но ответа так и не получил. Хотелось крушить все, что попадалось мне на глаза, но я старался держать себя в руках.

Сегодня закатное небо вновь переливалось яркими красками, и я непроизвольно вспомнил вчерашний вечер, когда Менсиа была еще рядом. Это воспоминание на секунду согрело меня, но затем снова вернулся холод.

Прошло пять дней с тех пор, как она ушла. После того разговора у озера солнце скрылось, и каждый день с тех пор был хмурым и пасмурным. Я ненавижу, когда мир становится серым. Менсиа до сих пор не ответила ни на один мой звонок. Я волновался за нее, но еще невероятно злился.

Сегодня у отца было очередное светское мероприятие. Когда мы уже готовились выезжать из дома, я зашел в комнату Менсии. Я сделал это не думая, как будто меня завели туда под гипнозом. Меня встретил отголосок ее цветочного аромата, и в голове сразу возникла ее счастливая улыбка. Горькая усмешка появилась на моих губах. Видимо, я действительно такой урод, что все девушки сбегают от меня.

Я прошелся по комнате, подошел к окну и всмотрелся в горизонт. Небо застилали густые облака, и я понял, что мне нужно забыть Менсию точно так же, как я забыл когда-то Кассандру. Если она ушла, значит, не хочет меня видеть, но оно и к лучшему. Мне не придется смотреть в ее грустные глаза.

Когда я уже направился к выходу, мой взгляд привлек блестящий предмет на полу. Это был ее серебряный браслет с крохотными бабочками. Похоже, она так сильно торопилась, что потеряла вещь, которой безумно дорожит. Я положил его в карман пиджака и направился к выходу из дома.