Она поводила рукой в воздухе:

– Потому что со стороны кажется, что вы нравитесь друг другу. Сэм и ты.

– Так и есть. Я так думаю. Но… мы просто…

Мы просто кто?

– Друзья? – подсказала мама.

Я кивнула, потому что объяснять то, что сама не понимаешь, очень сложно.

– Хорошо, – мама помогла мне с курткой. – Ну как? Насколько было холодно по шкале от одного до бесконечности?

– Неописуемо холодно, – смеясь, ответила я. – Думаю немедленно принять ванну.

– Отличная идея. Оставь рюкзак здесь, я позабочусь о мокрых вещах.

– Спасибо. А где Лу с папой?

– Лу собиралась сделать домашнюю работу, – сказала мама, и я вспомнила, что так и не выполнила свои задания, а ведь надо наверстывать упущенное. – Папа уехал мыть машину. На автомойку. Сегодня он прямо зациклился на чистоте.

– Ты ведь не жалуешься?

– Я последняя, кто станет ему в этом мешать, – ответила она с озорной усмешкой.

Взяв телефон, я поднялась на второй этаж. Дверь в спальню Лу закрыта. Значит, сестра действительно занимается. Она обожает учиться, и я надеюсь, что так будет и дальше.

На этот раз я сама заметила, что напевала себе под нос, пока набирала ванну. В воду я добавила немного специального масла, пахнущего оливками, и этот аромат наполнил всю ванную комнату.

В телефон я заглянула впервые с тех пор, как Сэм уехал.

Сообщение от Йонаса.

У нас всё путем. Отец Тима разрулил ситуацию, только машина в хлам, и права отобрали. Но это мелочи. Когда увидимся? Скучаю.

У нас всё путем. Отец Тима разрулил ситуацию, только машина в хлам, и права отобрали. Но это мелочи. Когда увидимся? Скучаю.

А вот у меня все не очень, спасибо, что спросил. Возможно, Йонас не тот человек, который может говорить о таких вещах. Я вздохнула. Он скучает по мне. А я? Без понятия. Пожалуй, есть только один способ это выяснить.

Приезжай завтра. Вот и увидимся.

Приезжай завтра. Вот и увидимся.

Он ответил сразу.

Может, ты приедешь ко мне?

Может, ты приедешь ко мне?

Я прочитала это простое предложение несколько раз, пытаясь понять, что Йонас имел в виду. Он правда хочет, чтобы я навестила его сама, хотя только что предложила приехать ко мне? Я начала закипать, и тут телефон пиликнул, оповестив о новом сообщении.

Нет, подожди. Я приеду к тебе. Вечером, часов в 5, нормально?

Нет, подожди. Я приеду к тебе. Вечером, часов в 5, нормально?

В самый раз. Я рада.

В самый раз. Я рада.

И это не ложь. Я рада, что увижу его, поговорю с ним об аварии, о наших отношениях. Может быть, мне удастся найти еще один кусочек пазла.

В ванне я купалась меньше получаса. Затем вылезла, переоделась в пижаму, высушила феном волосы. Вывод такой: ванна согрела меня, я чувствовала себя просто великолепно, но лежать в воде было скучно. Я не могла по-настоящему расслабиться. Возможно, все дело в том, что голова занята мыслями. Бедная ванна ничего не могла с этим поделать.

Внизу я увидела родителей. Они сидели на большом коричневом диване. На нем же в углу между двумя подушками на шерстяном пледе спала Мэнни. Мама с папой о чем-то говорили и посмотрели на меня, когда я вошла в комнату.

– Согрелась? – спросила мама.

Я кивнула.

– Все хорошо? – это уже папа.

Я снова кивнула и поинтересовалась:

– У вас есть планы на вечер?

– Папа, как всегда, хочет посмотреть новости. Больше ничего не планировалось. Я, может, почитаю книжку. Детектив. Я их не очень люблю, но этот очень хорош.

Мама предпочитает драмы и классику.

– А почему ты спрашиваешь?

– Как насчет киновечера?

– Это пункт из твоего списка? – усмехнулся папа.

– Угадал.

– Чур, я выбираю фильм, – хлопнула в ладоши мама.

Папа застонал:

– Ни в коем случае. Я сыт по горло Квентином Тарантино. На всю оставшуюся жизнь.

– Невежда, – пробормотала мама, но папа не отреагировал. – После новостей включим фильмы. Думаю, Лу тоже присоединится?

– Если захочет.

– Спроси у нее. Она по-прежнему у себя в комнате.

Я снова пошла наверх и постучалась к Лу.

– Войдите, – донесся до меня голос Лу. Он звучал сосредоточенно и коротко. Оказавшись в комнате, я обнаружила, что сестра сидит на кресле-мешке и ругается.

– Зараза! Это нечестно! – обернувшись ко мне, Лу надулась. – Ты меня отвлекла, и я проиграла.

– Прости, Лу. Ты обязательно выиграешь следующий раунд в… – Я посмотрела на маленький телевизор сестры. Понятия не имею, во что она играет на консоли Nintendo Switch.

– «Гарфилд Карт»[7], – договорила за меня Лу. – Кот из игры похож на Мэнни. Только он меньше и толще. Мне нравится, – она тихонько хихикнула.

– Сыграем вместе?

Лу уставилась на меня широко распахнутыми глазами, приоткрыв от удивления рот:

– Ты хочешь побыть у меня в комнате?

– Разве я здесь никогда не была? – тихо спросила я.

Лу печально покачала головой. Затем протянула мне джойстик и подвинулась, уступая место на гигантском кресле-мешке.

Я в нем чуть не утонула.

– Уф-ф-ф, так мягко!

– Крутое кресло, да? Смотри, сюда жмешь, чтобы поддать газу, поворачиваешь вот так, а здесь тормоз.

Лу показала мне, что нужно делать, все объяснила. Это почти как «Марио Карт»[8], только с котом.

Игра началась – я продувала раунд за раундом. И никак не могла поверить, что продуваю. В игру для малышей. Лу надо мной очень смеялась.

– Кажется, это не твое.

Мы сидели плечом к плечу, и я покосилась на сестру:

– Да что ты говоришь! Давай, покажи мне еще раз, как правильно играть.

Лу забрала у меня джойстик и села прямо.

– Кстати, чуть позже у нас будет киновечер. Давай с нами?

Лу замерла:

– Мы посмотрим «Ледниковый период»? Ты никогда не смотрела его со мной.

Я сморщила нос – не уверена, что этот мультик мне понравится, но в просьбе Лу было столько любви, что отказаться невозможно.

– Ладно. Но только первую часть.

Я думала, что Лу обрадуется, но вместо этого она вдруг всхлипнула. Я обняла сестру и прижала к себе. И не знала, что делать, когда стало еще хуже. По лицу Лу градом текли слезы, хрупкое тельце сотрясалось в рыданиях.

– Лу, – прошептала я, по-настоящему встревожившись.

– Ты никогда меня не хотела, – задыхаясь и икая, ответила Лу. – Я всегда думала, что ты не хотела, чтобы я рождалась. Или что ты меня не любишь.

На большее Лу не хватило, и она снова заплакала. Выронив джойстик, она обняла меня, уткнулась головой мне в плечо. Сердце у меня бешено билось: я боролась со слезами, с чувством стыда и вины.

Я заставила сестру поверить, что не люблю ее. Даже не уверена, что хочу знать, каким человеком я была…

Кто я, кто я, кто я?

И кем я хочу быть?

19 Нора

19

Нора

Amber Leigh Irish – Don‘t Give Up On Me (Acoustic)

Я порвала список. Разорвала на мелкие кусочки, растерзала красивые, написанные Сэмом буквы и бросила ошметки бумаги на письменный стол.

Это решение пришло молниеносно. Нет, честно говоря, оно явилось следствием медленного процесса, который начался, когда мы с Сэмом составили этот список.

Теперь мне известно, что я предпочитаю душ ванне, что люблю соленое и сладкое, потому что попробовала и то и другое во время киновечера. Я теперь не считаю себя слишком взрослой, чтобы смотреть с семьей «Ледниковый период». Вопреки всем ожиданиям, фильм мне очень понравился. Я смеялась. Очень смеялась.

Мне нравится озеро и Сэм, и…

Я закрыла лицо руками. Теперь мне ясно: больше я ничего не хочу знать. О том, что было до аварии. Потому что в этом ДО мы с Сэмом не были друзьями, хотя он мне так дорог. Потому что прошлая я внушила сестре, что не люблю ее. Что она ничего не значит, что я ее не хочу. Не желаю выяснять, что еще скрывается в моем прошлом…

Однако во мне осталась та трещина. Эта черная дыра. Эти тени. Эти голоса, которые нашептывали мне то, чего я не всегда понимаю. Это давление в груди, которое намекает – есть что-то, о чем я должна вспомнить.

Может, позже. Может, не стоит так напрягаться. Может, мне просто нужно время.

На часах ровно полдвенадцатого. Лу давно в постели, родители, без сомнения, тоже. Дверь в мою комнату закрыта. Я смотрела на список, которого больше не было. Мне в глаза бросилось слово, написанное на одном из клочков бумаги: «Музыка».

В голове тут же заиграла мелодия, которую придумал Сэм. Он любил музыку, он сочинял ее.