— Всё хорошо.

— Не так уж и далеко.

Одновременно ответили мы с Дашкой, и Эд только хмыкнул.

— Почти три часа по трассе. Но вам там понравится, обещаю.

Посёлок вынырнул на нас прямо из-за деревьев, стоило только дороге повернуть вправо.

— Народу здесь немного живёт, но и чужих совсем нет. — рассказывал нам Эд, пока мы ехали по улице.

Я вертела головой, рассматривая деревянные двухэтажные бараки, оставшиеся ещё, наверное, с пятидесятых годов прошлого века. Старые, обросшие всевозможными самодельными пристройками. Уже покосившимися и потемневшими от времени.

— Кто в них живёт? — повернулась я к Эду.

— Старики в основном. Половина вообще уже заброшенные. Но это самые первые дома, с них когда-то начинался посёлок. Дальше будут получше.

Мы выехали на что-то напоминающее центральную площадь. Вокруг стояли те же двухэтажные, многоквартирные дома, но уже посовременнее. Кирпичные. Вокруг которых были разбиты палисадники.

— Почта России. — прочитала Дашка вывеску на одиноко стоящем деревянном домике с трубой на крыше, из которой шёл дым. — Прикольно. Почта с печкой и почтальоном Печкиным.

— И почта есть, и аптечный пункт есть. — подтвердил Эд. — И магазины, и даже парикмахерская.

— Школа, больница? — вертела я головой, рассматривая одноэтажное застеклённое здание, которое когда-то, наверное, было гастрономом. Впрочем, в нём и сейчас был магазин, о чём извещала вывеска "У Тани". А сбоку от здания тянулся длинный пустой прилавок под навесом. Наверное, местный рынок.

— Школы нет, потому что детей почти нет, а тех, кто есть, каждый день возит автобус в соседнее село. Но фельдшерский пункт есть. — невозмутимо ответил Эд. — Даже клуб местный есть, но кино в нём давно не показывают. Открывают, только когда выборы, вот в нём и проводят.

— Весело живут. — хмыкнула на заднем сиденье Дашка.

— И работы никакой нет? На что же люди живут здесь? — искренне посочувствовала местным я.

— Ну работа есть, но немного. — отозвался Эд. — Частная лесопилка в двух километрах отсюда. А вон там за рощей железка. Станция. На ней работают, на лесопилке, ну и магазины местные, какие-то здешние органы управления, коммунальные службы.

— Тоска-а-а. — протянула на заднем сиденье Дашка, фотографируя на телефон что-то через окно. — Здесь только хоррор снимать.

— Ну сейчас время года не то. Неуютное, голое. — согласился с ней Эд. — Но зато воздух чистый. И летом здесь здорово. Грибы, ягоды. Озеро рядом, рыбалка. Да и Ладога в двадцати километрах. А зимой вообще сказочная красота. Снег, лыжи. Отдыхать сюда приезжать — одно удовольствие. Тишина, покой, лес вокруг. Тебе понравится, Даш.

— Ну не знаю. — скептически поморщилась дочь. — Я городской житель. И мне больше на море отдыхать нравится. Пляж, песочек, солнышко.

— Песочек на озере тоже есть. — посмеялся Эд. — Но я не настаиваю. Море так море. Как скажете, девочки, так и будет.

Машина свернула с центральной улицы, и начался частный сектор. Здесь всё было получше. Деревянные и кирпичные домики, палисадники, берёзы и рябины под окнами.

— Вот и наш дом. — объявил Эд, притормаживая у ворот. — Приехали.

Я открыла свою дверцу, и не торопясь вышла из машины. Удивлённо огляделась.

Никакого тебе высокого, каменного забора, за которым можно спрятать частную жизнь богатого и знаменитого человека. Обычный деревянный, отличающийся от соседских только тем, что доски свежие, не рассохшиеся и не потемневшие от дождей.

— Пойдёмте. — Эд открыл багажник и достал из него наши сумки. — Калитка не заперта, Семёныч уже пришёл и баню топит. Добро пожаловать, девочки.

Я первой вошла во двор. Шагнула и онемела от восторга.

Глава 56

Глава 56

В окружении высоких, пушистых елей стоял сказочный дом-сруб.

— Нравится? — довольно улыбнулся Эд, считав восхищение на моём лице.

— Чудо как нравиться. — боясь моргнуть, чтобы не исчезла картинка удивительной красоты избы, прошептала я. — Просто волшебство из детства.

— Здесь живёт Дед Мороз? — радостно взвизгнула Дашка и побежала по дорожке к дому. Одним прыжком перескочила две ступеньки ведущие на крыльцо-веранду и, смеясь, закружилась на ней. — Чур, я буду Снегурочкой!

— Пойдём. — Эд, смеясь, легонько подтолкнул меня в направлении дома. — Я так понял, что ты будешь Зимушкой-Зимой.

— Скорее Весной-Красной. — идя рядом с Эдом, улыбалась, глядя на веселящуюся дочь.

— Она же мать Снегурочки.

— До сих пор точно неизвестно, кто были родители этой чудо-девы. Только с дедом определись. — уже откровенно ржал Эд.

Обстановка в доме тоже не разочаровала. Она была полностью аутентична дому. Тяжёлая деревянная мебель, немного грубоватая, но безупречно вписывающаяся в интерьер дома, стены которого были сложены из огромных брёвен. На деревянном полу вместо ковров — шкуры животных. А ещё настоящая печь, выложенная малахитового цвета изразцами. Будто специально грубо выкованная люстра, висящая на цепях.

Я потрогала пальцами мягкое, лоскутное одеяло, небрежно переброшенное через резную спинку кресла-качалки. Такое тёплое и уютное, что так и захотелось завернуться в него и, сидя в кресле, смотреть на пылающий огонь в печи.

— Пойдёмте, покажу вам вашу комнату. — шагнул куда-то вбок Эдуард. — Гостевая спальня на мансарде. Думаю вам понравиться. Там очень уютно и тепло. И отличный вид на лес.

За бревенчатой стеной оказалась широкая лестница, ведущая наверх.

— Эдуард Борисович, а качели у вас во дворе есть? — топала за нами по лестнице Дашка.

— Поставим. — не оборачиваясь, ответил Эд. — Я-то больше гамак предпочитаю, но если хотите — поставим и качели.

Я обернулась к идущей за мной дочери, и она подмигнула мне.

— Хотим! — с энтузиазмом откликнулась Дашка, а я тихонько хмыкнула и покачала головой. Вот коза. Быстро освоилась в ситуации.

— Располагайтесь. — Эд поставил наши сумки у порога. — Как освоитесь, спускайтесь. Я пока дров для бани нарублю и мангал для шашлыка разведу. Если захотите чай или кофе, на кухне всё необходимое есть. Хозяйничайте, девчонки. Будьте как дома.

Мансарда была просторной. Никаких перегородок, стен, разделяло её только несколько брёвен, поддерживающих крышу. Большая двухспальная кровать у окна в одной стороне и что-то вроде гостиной зоны с диванчиками, креслами и журнальным столиком в противоположной стороне. И там же стеклянные двери, ведущие на небольшой резной балкончик.

Светлое, уютное пространство. И пахло здесь одуряюще вкусно: деревом и сосновой смолой и хвоей.

— И правда, классно. — завалившаяся было с разбегу на кровать Дашка, теперь задумчиво смотрела в окно на стоящий за ним лес. — А зимой здесь, наверное, вообще красотища.

— А представь, как здорово здесь Новый год встречать. — мечтательно прищурилась я. - Лес. Снег.

— Ёлка живая, печка. — продолжила Дашка. — Лыжи, санки. Смеясь и подшучивая друг над другом, быстро разобрали свои сумки и спустились вниз.

Эда в доме не было, зато за печью я обнаружила кухню, оборудованную довольно современной мебелью из натурального дерева, и огромный двухдверный холодильник, под завязку заполненный продуктами.

Дашка взялась готовить сэндвичи, выложив на деревянную столешницу хлеб, овощи, зелень и несколько видов колбас и ветчины, а я подошла к большому окну, выходящему на задний двор, и замерла от представшей картины.

Эдуард стоял боком к дому и рубил дрова. Держа двумя руками тяжёлый топор, поднял его над головой, размахнулся и со всего маху опустил на огромный чурбак. Хрясь! Топор, как по маслу вошёл в древесину. Даже через окно услышала треск, с которым раскололась и распалвсь на две части здоровенная колода.

Прихватив одной рукой половину чурбака и развернув его поудобнее, Эд снова занёс над головой топор. Бах! Половинки развалились в разные стороны. Бах! Здоровенные поленья разлетались, как щепки.

Скинув куртку, в одних только спортивных брюках и футболке, Эд сейчас был прекрасен в этой своей нечеловеческой силе и мощи. Бугрились литые мышцы, напрягались и красиво перекатывались. Каждый раз, опуская топор на чурбак, Эд слегка приседал, и плотные трикотажные брюки натягивались на крепкой заднице и бёдрах.

— Ну и здоровяк, мам. — хихикнула Дашка, незаметно подкравшись сзади. — Настоящий богатырь. Даже страшно немного. На одну ладонь посадит, второй прихлопнет, и мокрого места не останется.

В этот момент Эд повернул голову в сторону дома. Увидел нас с Дашкой, пялящийся на него в окно, улыбнулся и махнул нам рукой. Дашка помахала в ответ, а я, пряча улыбку, прикусила нижнюю губу.

Эд расправил могучие плечи и, немного красуясь, небрежно, словно пушинку, перебросил тяжёлый топор из одной руки в другую.

Глава 57

Глава 57

В четыре руки мы с Дашкой настругали салат из свежих овощей, намастерили сэндвичей, закусок и нарезок. Красиво разложили всё на блюда и тарелки, украсили зеленью и листьями салата. Через полчаса стол в гостиной был накрыт, а заглянувший в дом, довольный и разгорячённый от работы Эд, пахнущий дымком и лёгким морозцем, открыл для меня бутылку вина и банку с вишнёвым компотом для Дашки.

— Шашлык на подходе. — доложил он нам. — Баня топится, веники замочил.

— Можно я во дворе погуляю? — с интересом спросила Дашка. — На баню посмотрю. Никогда не парилась в русской бане.

— Конечно. — удивился вопросу Эд. — Осваивай территорию, Даш. Заодно выберешь место для качелей. К следующему приезду поставим.