— Да вы бы убили его на подходе!..

— Да, убил бы.

Алёна заметно дрожит. От страха или ярости, я не совсем понимаю. Но ситуация с каждой секундой становится всё более фатальной.

Она не в разуме? Не понимает, что и у кого просит? Или Шерхану так плевать на сестру, что он решил сделать её разменной монетой в разборках?

— Вы не можете!.. — удерживаемая охранником, срывается на истеричный крик. — Я всю жизнь ему отдала!.. Поехала в эмираты спасать его!.. Вернулась беременной. А через несколько лет вернулась в эмираты снова в положении!..

Я прижимаюсь к напряжённой мужской руке. Алёна пугает меня своим неадекватным истеричным поведением. Сразу же замечаю их некую связь с Гором в проявлении эмоций.

Значит, у брата неконтролируемая агрессия унаследована. Плюсом психологическая травма детства. И по итогу перед нами самовлюблённый нарцисс с садистскими замашками и всевозможными пагубными зависимостями.

Обида за брата на мать резко ослепляет. Бьёт наотмашь.

— "Спасибо" тебе, мамаша, за испорченную жизнь Гора, — огрызаюсь и едва сдерживаюсь, чтобы не наброситься на неё за кулаками. — Блять, лучше бы ты не выбралась из того подвала!..

Выпаливаю на эмоциях, совершенно не подумав. Где-то внутри понимаю, что сказанные мною слова жестоки и бесчеловечны.

А она сама, человечная, что-ли?!.. Бросила двух детей на произвол судьбы и свалила в закат. Ладно я, росла в комфортных условиях. А Гор? Он рассказал мне об их с Рустамом детстве.

Клянусь, я едва ли не поседела от подобной жестокости.

— Не выражайся, лисёнок, — осаживает Магуш.

— Не буду, — обиженно ворчу в ответ.

— Будь моя воля, убила бы обоих в утробе!.. — она буквально рычит на меня, брызгает своей ядовитой слюной. Впивается в моё лицо ненавистным взглядом. — Будь благодарна, сука, что я дала вам двоим жизнь!.. Давида благодари! Он всегда был против абортов...

— Достаточно, — Магуш поднимает ладонь, и второй охранник затыкает ей рот импровизированным кляпом. — Если Шерхан так жаждет моей помощи, я готов встретиться лично и всё обсудить. Выведите её отсюда.

Пока мужчины уводят сопротивляющуюся Алёну, я провожаю её задумчивым взглядом.

— Я сказала отвратительные вещи?.. — нервно заламываю пальцы. — Мои эмоции связаны с Гором... И с Рустамом тоже. Они не заслужили всего этого.

— Ты имеешь полное право высказаться, — прижимает меня к себе. — Всё в порядке.

Я молчу. В порядке?.. Он же собирается встретиться с Шерханом...

49

49

Заброшенные склады не внушают доверия. Я с сомнением оглядываюсь по сторонам, складываю руки на груди. Нехотя пинаю маленький камешек.

Магуш оставил меня с двумя охранниками в машине. Сказал вести себя тихо и благоразумно. Честно, мне пришлось долго хлопать ресничками, чтобы он согласился взять меня с собой.

Я всё-таки настояла на своём. Понимаю, что это опасно. Никто не знает, во что выльется встреча Магуша и Шерхана. Вдруг будет перестрелка.

Тьфу-тьфу-тьфу мне на язык!..

Но Магуш ради перестраховки взял много охраны. Несколько тонированных больших газелей. И мужчин, всех как один, вооружённых до зубов.

Я не смогла остаться в стороне даже при всей своей благоразумности. Один раз уже сбежала, поддавшись эмоциям, даже не разобралась в ситуации.

Хотя, мы с Магушем оба спокойные. Не особо конфликтные, вместо использования силы, умеем разговаривать и договариваться. Слушать и запоминать, кстати, тоже.

И всё же я более эмоциональная. Ну потому что девочка. Мне можно. А вообще, именно из-за него я стала чуть более открыто проявлять свои чувства.

Надеюсь, больше не поддамся так слепо эмоциям. На меня это не похоже. Всегда считала, что могу контролировать себя и держать голову холодной.

Но я ведь тоже человек, могу поддаться чувствам. Иначе была бы бездушным роботом.

Фантазия сегодня что-то неистово зашкаливает. Я продолжаю думать о том, что мы с Магушем хорошо смотримся вместе и неплохо дополняем друг друга.

А что? Я ростом сто шестьдесят пять сантиметров, а он примерно около ста восемьдесяти пяти.

Высокий, плечистый, крепкий. А я невысокая, худощавая от недоедания, вполне себе ещё ничего. Ну, не считая шрамов.

Но они Магушу совсем не мешают. Он даже не обращает внимания. А я потихоньку начинаю принимать их. Смотрюсь в зеркало и уже не чувствую такого явного отвращения к собственному телу.

И вообще, он тёмный и загорелый. Всё-таки метис, унаследовавший внешность своего отца, чистокровного араба.

А я славянской наружности, блондинка со светлыми глазами и бледной кожей. По крайней мере, такой контраст мне нравится.

И тут же осаживаю себя. Совсем с ума сошла. Чокнулась, глупая Лиза. Да, Магуш особенный. Но может ли быть такое, что я сама придумала его безупречный образ в своей голове?..

Идеализировала, потому что он меня спас?.. Типа, я жертва, а мужчина спасатель? Теперь чувствую себя обязанной? Не знаю, я не задумывалась об этом.

Но мне так страшно раствориться в Магуше. Стать от него зависимой, потерять какую-то часть своей личности. Может, я просто накручиваю себя?

Не знаю, как выглядит любовь к мужчине. В романах это чувство описывалось, как бабочки в животе, нежный трепет и прочее. На деле я понимаю, что готова идти с Магушем до конца.

Помогать и поддерживать. Чтобы знал, что он не один, я рядом. Понимал, что я могу оказать ему помощь по мере возможности, позаботиться и просто обнять.

Вздрагиваю, когда где-то в здании раздаётся приглушённый выстрел. Поднимаю голову, вглядываюсь в разбитые окна. На сердце опускается невыносимый груз тревоги.

— Отойдите за машину, — охранник выходит наружу и кладёт руку на кобуру. — Не стойте на виду.

Я словно в замедленной съёмке наблюдаю, как Тарас, помощник Магуша, замахивается прикладом. Стоявший у задней двери внедорожника, он с силой ударяет второго охранника по голове.

Мужчина, кажется его зовут Рамах, мешком падает на землю. Удар приходится прямиком по затылку. У меня же всё внутри холодеет от увиденного, оголённые нервы начинают трепещать.

— Без лишних движений, — насмешливо предупреждает Тарас. Медленно прокручивает в руке ствол. Дуло нацелено на меня. — Так получилось, Лиза, что ты лишь пешка. И пусть Градов твой отец, он далеко. И больше тебя здесь некому защитить.

Я едва сдерживаю злую усмешку. Мой папа тут. И он тебе волосы на заднюю точку натянет, если хоть пальцем меня тронешь.

Вслух, конечно, ничего не говорю. Должен же быть козырь в рукаве.

— Ты в сговоре с Сафаром? — изо всех сил стараюсь удержать лицо и не показать страха. Буднично уточняю. — Или с Шерханом? Признаюсь, ты мне с первого дня не понравился. Скользкий и мутный.

— Ты мне тоже, — грубо огрызается в ответ. — Вся такая бедная и несчастная. Змеёй вилась вокруг Магуша, чтобы запрыгнуть к нему в кровать?

— Чтобы вместе гнать крыс с корабля, — лениво усмехаюсь.

Осознаю, что лезу на рожон. Каждое моё слово может быть последним. Но понимаю, что Тарас не убьёт меня так сразу. Я ему нужна для какой-то определенной цели.

— Шерхан тебя заберёт, — машет оружием. Выглядит крайне сосредоточенным. — Это ведь такой шанс отомстить Градову. Из-за него у Шерхана рухнул бизнес в России. Его объявили в розыск, и пришлось бежать из родной страны.

Я продолжаю удерживать руки на груди. До одури страшно, признаю. Но я готова играть роль бесстрашной дурочки, лишь бы выудить побольше информации.

— А теперь Шерхан предъявит Градову за всё. Он же сделает что угодно, чтобы защитить любимую дочурку.

Едва сдерживаю смешок. Не думаю, что Денис пальцем поведёт ради моего спасения по собственной инициативе. По просьбе Рустама, может быть. А так, маловероятно.

То ли дело Азар. Он вступится за меня при любом случае. Потому что я его единственная дочь. Шерхан, сам того не ведая, уже просчитался в своём плане.

Манипулируя мной перед Градовым, Давид не получит ровным счётом ничего. А вот в лице братьев наживёт себе врагов. Буйный к нему и без того негативно относится.

Краем глаза замечаю, как медленно приподнимается Рамах. Не отвожу взгляда от лица Тараса, чтобы не выдавать охранника.

— Сафар тоже лишь пешка, — удручённо кивает головой. — Так, гарантия. Вдруг что-то пойдёт не так.

— Определённо.

Тарас не успевает среагировать на мужской голос за спиной. Охранник оглушает его с одного удара. Оружие выпадает из руки и падает почти к моим ногам.

Я наклоняюсь и деловито поднимаю пистолет. Сталкиваюсь глазами с уважительным взглядом Рамаха.

50. Магуш

50. Магуш

Знаю, что дело закончится перестрелкой.

Наши отношения, и без того натянутые до предела, после неожиданного визита Алёны вовсе приобретают дурной характер.

Мы оба понимаем, что со складов выйдет кто-то один. Или он, или я. Иначе просто быть не может. Разговоры уже давно не помогают. Ни спокойные, ни на повышенных тонах.

А после условий, которые выдвинула его сестра, вообще выходят за все мыслимые и немыслимые границы.

Ладно, Шерхан просит не препятствовать его выезду из страны. Пусть валит на все четыре стороны.

Прогорел с бизнесом на родине, прогорит и здесь. Это только вопрос времени. Дурной характер не даёт нормально налаживать отношения и глубоко мыслить.

Да, он в состоянии продумывать какие-то многогранные планы. Но блять, они же постоянно срываются. Или из-за его спешки, или из-за внешних обстоятельств.