— Соседи пригласили, этажом ниже… Наверное, к ним пойду. Благо недалеко. Там очень симпатичные люди.

— Ой… — Алла явно была глубоко разочарована. — А я-то надеялась, что ты с нами будешь! Ну, надо же, как это я лопухнулась? Надо было заранее с тобой договориться! А ты не можешь отказаться от того приглашения?

— Нет, Аллочка, я уже обещала, — соврала Наташа и покраснела. Не любила она врать — и не умела. Хорошо, что Алла ее не видела в этот момент. — Да вы и без меня не соскучитесь. — Вот это была чистая правда.

— Ну, мы, конечно, постараемся не скучать, — засмеялась Алла. — Но с тобой было бы наверняка веселее. Что ж, ничего не поделаешь. Как там в вашей фирме праздник прошел? Что ты надела? Какие закуски были?

Разговор затянулся надолго. Наташа упомянула о своем желании научиться печь пироги и о десятидневных каникулах, которые она уже окончательно решила посвятить ремонту кухни. И возможно, прихожей. Если успеет.

Обе идеи воодушевили Аллу не на шутку. Насчет пирогов она тут же дала Наташе несколько важных практических советов:

— Сначала, конечно, купи хорошую кулинарную книгу… или у тебя уже есть?

— Нет, все собиралась купить, да как-то не до того было…

— Тем более. Но имей в виду: что бы там ни было написано, начинать всегда нужно с муки. В том смысле, что необходимо ее просеять. У тебя есть сито?

— Нет…

— Тогда у тебя не пироги получатся, а глина! — категорически заявила Алла. — Это я отлично помню. Мама мне сто раз повторяла: муку надо просеивать! А я сначала ленилась. И никак не могла понять, почему мамины пироги — пышные, а мои — жутко тяжелые, хотя, в общем, и вкусные. Оказалось, это как раз и есть главный секрет. Непросеянная мука почему-то дает совсем другой результат.

— Как интересно! — удивилась Наташа. Она никогда не обращала внимания на то, просеивает ли муку бабушка. Ну, она ведь тогда была еще маленькой. — А дальше как?

В общем, поговорили они часика этак с полтора. Чисто по-женски. И Алла поклялась, что второго января нагрянет к Наташе в гости с утра пораньше. Первого не получится, Петенька пригласил кого-то с работы вечером на чай…

Повесив наконец трубку, Наташа счастливо вздохнула. Как хорошо иметь такую подругу! С Аллой всегда и легко, и весело. И второго января они отлично проведут время! Но впереди была еще новогодняя ночь… Разумеется, Наташе и в голову не приходило, что она на самом деле отправится к соседям этажом ниже и будет встречать Новый год с совершенно незнакомыми парнями, пусть даже один из них — ее сосед. Прекрасно и одна встретит, ей не впервой…

Вдруг Наташу осенило: а почему бы ей не купить что-нибудь новое из одежды? Чтобы все было по правилам.

Она посмотрела на часы. Нет, сейчас уже поздно отправляться по магазинам. Лучше завтра с утра. Новое платье… нет, не платье, конечно, а костюм, юбка и жакетик или даже длинный пиджак, чтобы можно было на работу носить. Больше-то ей все равно ходить некуда. А к Алле можно и в привычном виде, в джинсах и пуловере. Да. Костюм. И конечно, колготки. Но тогда и туфли понадобятся… Вот дела! Как же это получается — решила купить что-то одно, а выходит, к этому одному нужно еще невесть сколько?

Наташа подошла к бабушкиному комоду, до сих пор не замененному на что-нибудь новенькое, открыла верхний ящик, достала и пересчитала наличность. Теперь она уже ориентировалась в ценах на вещи, на которые прежде даже не смотрела, и решила: можно купить и костюм, и туфли. И еще кучу всего, если захочется.

И тут Наташу словно током ударило. Серьги!

Она бросилась к телефону и позвонила Алле. Подруга, услышав о том, что Наташа наконец дозрела до того, чтобы проколоть уши — на чем Алла давным-давно настаивала, — пришла в неописуемый восторг и тут же продиктовала адрес ну просто замечательного салона, где могут проколоть что угодно, хоть пупок.

— А пупок-то зачем? — не поняла Наташа.

— Ох, ну что ты за темнота? — возмутилась Алла. — Ты что, ни разу не видела, что люди нынче носят серьги где угодно? В носу по три кольца, в губах дырки!

— В носу — видела, но пупок-то под одеждой, — резонно возразила Наташа. — А по улицам голышом что-то никто не бегает.

— На пляже бегают! Ты на пляж летом ходишь?

— Нет…

— Во дает? — ошеломленно пробормотала Алла. — Никогда не загораешь?

— Нет… как-то у нас не было принято…

И в самом деле, в их семье считалось неприличным раздеваться перед посторонними, пусть даже и летом, на пляже, где все загорают, ничуть не смущаясь своего тела…

— Знаешь, я догадывалась, что у вас странная семья, — тихо и серьезно сказала Алла. — Но чтобы до такой степени… Ладно, не важно. В общем, это называется пирсинг, проколют тебе уши в одно мгновение, можешь прямо завтра с утра пойти, на ночь не рекомендую, спать будешь плохо. Сережки купи заранее, и обязательно золотые. Ой, Натка, как это замечательно! Только не передумай, умоляю!

— Не передумаю, — пообещала Наташа.

Окончательно распрощавшись с Аллой, она снова задумалась. Серьга в пупке? Надо же! И ведь это наверняка делают молодые люди, ее ровесники… А она всю жизнь прожила в Петербурге как в лесу! Ничего не знает…

Ладно, завтра утром она начнет с прокалывания ушей. А потом принарядится. И купит маленькую искусственную елку. И новые игрушки. Пусть уж будет у нее Новый год на всю катушку!

Сначала Наташа зашла в большой ювелирный магазин на Кронверкском проспекте, но, увидев цены, тут же дала задний ход. Нет, это пока не для нее. Ей нужно что-то простенькое, недорогое. Относительно недорогое, конечно. Еще год назад она и мечтать не могла о подобном расходе. Наташа знала, где найдет то, что ищет. В ломбарде. Слово «ломбард» было ей знакомо с детства… правда, сама она ни разу в нем не бывала. К тому времени как бабушка слегла, закладывать было уже нечего.

Выбрав маленькие сережки с зеленым нефритом, Наташа не спеша дошла до метро и поехала на «Чернышевскую», рядом с которой находился расхваленный Аллой салон. И там она впервые в жизни почувствовала себя не просто рядовым клиентом, а воистину желанным гостем. Милая девушка подробно объяснила ей суть предстоящей процедуры, очаровательный молодой человек помог ей сесть в кресло, и все вокруг было стерильно, и сиял свет, и Наташа совершенно ничего не почувствовала, потому что ей, естественно, сделали обезболивание… а потом кто-то держал перед ней большое, идеально чистое зеркало — и Наташа с удивлением поняла, что серьги изменили ее почти до неузнаваемости. Надо же, такая мелочь, а результат — просто фантастический! А уж сколько она услышала комплиментов в свой адрес!

Цены в салоне были, конечно же, весьма и весьма приличные, но Наташа видела, что служащие тут стараются не только за высокую зарплату. Им нравилось их дело.

Все стены здесь были увешаны отлично сделанными фотографиями сложнейших татуировок и сережек, висевших уж в таких неожиданных местах… Нaташа даже хихикнула, на ходу присмотревшись к одному снимку. Но вот она вышла из салона — и отправилась за новыми приключениями.

Решив не мудрствовать лукаво, Наташа зашла к первый же магазин дамской одежды, который попался ей на глаза, тут же, неподалеку от салона. Она, правда, немножко побаивалась, ведь и куртка, и ботинки на ней были довольно скромными, хотя, конечно, и не такими, какие она носила прежде, когда еще была жива бабушка… И все равно в памяти Наташи то и дело всплывали кадры из любимого ею фильма «Красотка». А ну как ее сейчас попросят выйти вон?…

Но ничего подобного не произошло. Совсем даже наоборот. Из-за длинного ряда платьев, висевших на одинаковых плечиках, вышла продавщица — лет тридцати с небольшим, одетая просто и элегантно, с минимумом косметики на лице, с аккуратной стрижкой. Наташа, заметив все это, удивилась сама себе. Раньше она совершенно не видела, как одеты люди… а теперь даже туфли успела рассмотреть, пока продавщица к ней подходила.

— Доброе утро, — вежливо заговорила продавщица. — Вас интересует что-то конкретное? Или вы не знаете, что выбрать?

— Ну… в общем, и да и нет, — робко улыбнулась Наташа. — И знаю и не знаю… но что-нибудь мне обязательно нужно.

Продавщица мягким жестом провела по первому платью в ряду — серому, с короткой юбкой и довольно большим вырезом.

— Ох, нет! — испугалась Наташа. — Нет, это уж слишком…

Продавщица бросила на Наташу быстрый и как будто бы даже рассеянный взгляд — и тут же повернулась в противоположную сторону и сняла с длинного кронштейна другой наряд — элегантный, сдержанный костюм серовато-зеленого цвета, с довольно длинной юбкой и строгим пиджаком. Блузка была белой, с едва заметным кремовым оттенком.

— Посмотрите вот это, — задушевным тоном предложила она. — Цвет селадон, вам наверняка будет к лицу. И на праздник можно надеть, и в офисе будет неплохо смотреться… Хотите примерить?

И тут Наташа вспомнила, какое у нее скромное белье…

— Нет, примерять я не стану, — сказала она. — Я и так вижу, что это мой размер. И цвет мне нравится… вроде бы.

Внимательно выслушав подробный доклад продавщицы о качестве ткани и фирме-производителе, Наташа окончательно решилась. Костюм был оплачен, упакован в красивый пакет — и Наташа, радостная и взволнованная, снова спустилась в метро. Да, ей были нужны еще и туфли, но она уже сообразила, что сначала надо купить новые колготки и надеть их под брюки вместо стареньких, зашитых. Туфли-то без примерки уж точно не купишь… а демонстрировать в магазине то, что было сейчас на ее ногах, Наташа не хотела. Значит, надо вернуться домой. Ничего, весь день впереди, все успеет. Теперь ведь не нужно «доставать» эти самые туфли, давиться из-за них в очереди… как хорошо! Жаль, что папа с мамой так и не успели оценить все прелести нового мира, рождавшегося вокруг них…