Чистая правда. Благодаря Сьюзен Джейк был в курсе всего, что творилось в их доме.

У Джейкоба Эванса три младшие сестры. Фунти уже исполнилось двенадцать: она отличалась скверным характером, обаятельной улыбкой и желанием быть взрослой. Они с Джейкобом были больше всего похожи: большие карие глаза, широкие темные брови и густые коричневые волосы. Мама часто шутила, что ксерокопировала их. Фунти обожала эти сравнения и часто заглядывала Джейку в глаза, чтобы убедиться в схожести.

Чарли было десять лет, и она могла пойти на что угодно, лишь бы ее оставили в комнате наедине с карандашами, альбомом и книгами. Обладательница коричневых волнистых волос и кристально голубых глаз, не доставшихся в семье никому, кроме прабабки со стороны матери — аристократки Джулии, а также кузенов, близнецов Авроры и Астера Блэквуд. Про прабабку слагали легенды и говорили, что она была самим дьяволом во плоти, несмотря на ангельский лик. Чарли казалась полной ее противоположностью. Тихая, неболтливая, она пребывала в своем мире. Для Джейка Чарли была самой большой загадкой. Он обращался с ней как с хрустальной вазой, боясь случайно разбить, чем бесил Фунти, которая в отместку всячески издевалась над младшей сестрой. Джейк не знал, как остановить эту войну. Мама говорила, что его сестры должны пережить это вместе. Он терпеливо ждал, когда этот момент наконец настанет, но Фунти, казалось, только входит во вкус.

— Она просто тебя ревнует, — поясняла мама.

— Но не к Сьюзен.

Малышку Сьюзен все обожали. Каждый баловал ее чем только мог. С ней точно никто не соревновался за внимание. Но из всех она предпочитала старшего брата и сделала его своим главным союзником.

— А еще Фунти и Чарли съели на ночь всю пачку «Эм-энд-Эмс»! Да-да. — Сьюзен развела руки в стороны, чтобы показать размер упаковки. — Такую большую!

— А ты им не помогла? — Джейк смешливо глянул на сестру и положил ее на свою постель.

Она разлеглась посередине и накрылась одеялом с головой.

— Совсем немного… — послышался ее тихий голос.

— Хочешь сказать, я тебе просто так рассказываю про вред сладкого? — Джейк прилег на край постели.

Он снова убедился в том, что уснуть уже не получится. Сьюзен любит спать, как рок-звезда, распластавшись конечностями по всей постели.

— Фунти говорит, что не все такие спортсмены, как ты.

— Ну хоть зубы ты почистила?

Последовала пауза.

— Я уже сплю! — увильнула от ответа малышка, и Джейк глухо рассмеялся.

Она и правда быстро уснула. Джейк же смотрел в балочный потолок своей спальни и пытался отделаться от холодящей до ужаса мысли о травме.

«Я полностью здоров. Здоров», — тихо твердил Эванс.

…Утро в семье Эвансов можно было описать двумя словами: «конец света». Все бегали как угорелые, никто не собирал с вечера рюкзаки и не подготавливал вещи. Традиция носиться по дому за минуту до выхода была излюбленной и самой почитаемой.

Кухню мама Эванс четыре года назад покрасила сама. Она пестрела оранжево-желтыми и ярко-малиновыми красками. Каждое утро здесь пахло панкейками — по фирменному рецепту маэстро Джейкоба Эванса! Жареным беконом — не нуждающимся в рецепте! И кофе — спасибо, Господи, за кофемашинку. Два лабрадора — светленький Тор и темненький Локи — не отходили от Сью, а та без зазрения совести скармливала им свой завтрак. Эти два балбеса слушали только ее. И глядя на то, как четвертый по счету кусочек жареного бекона летел прямиком в слюнявую пасть, вопроса «Почему?» никто не задавал.

— На тебе моя футболка! — верещала Фунти и пыталась прямо за завтраком стащить с Чарли розовую майку с Тейлор Свифт.

— Мне дала ее мама! — пискляво защищалась Чарли.

— Девочки, хватит, — монотонно вторила мама. — Фунти, оставь на ней футболку. Я не постирала вещи.

— Мне купил ее папа! — зло выпалила Фунти, стоя на своем.

Мама Эванс устало прикрыла глаза. Джейкоб, увидев, насколько она утомлена, подхватил сестру на руки и посадил на кухонный островок.

— Сегодня вечером с меня мороженое, — обрадовал он Фунти. Правда, затем последовало неприятное «но». — Но ты оставишь футболку Чарли… на сегодня.

Фунти насупилась и из-под густых бровей строго смотрела на брата.

— Мне купил ее папа, — вновь повторила она.

И отнюдь не из-за того, что Джейк в первый раз ее не услышал. А скорее из-за того, ЧТО именно означали эти слова. Отца в семействе Эвансов боготворили и очень ждали со службы, на которой он пропадал последние полгода. Джейкоб так и не понял, где именно находится его подразделение, знал лишь океан: Тихий. Джеймс Эванс, или папа Эванс, — генерал-майор корпуса морской пехоты США. Семья безмерно им гордилась… и скучала.

— Только на сегодня, Фунти, — тихо попросил Джейк, заглядывая в глаза сестры.

Она несколько раз моргнула, стараясь сдержать слезы, и, задрав острый подбородок, наконец спрыгнула с островка, схватила рюкзак.

— Мне нельзя опаздывать, иначе мисс Потс не пустит меня в класс, — строго проговорила Фунти.

Джейк кивнул. Глядя на то, как у матери трясутся руки, он налил ей стакан воды и подал анальгетик.

— У тебя сегодня теплотерапия в три часа, — тихо напомнил он.

— Меня отвезет Лиона. — Мама Эванс благодарно улыбнулась и выпила таблетку.

Джейк кивнул и подал следующую пилюлю: антидепрессанты. Болезнь, которую выявили у его мамы два года назад, носила сложное название «фибромиалгия». Симптомы были чуть проще: боль в мышцах и соединительных тканях, а также хроническая усталость и бессонница. Абсолютно вылечиться от этого недуга было невозможно, но мама Эванс старалась.

Тетушка Лиона приходилась отцу Джейка кузиной. Она жила в соседнем с Деполе городке и помогала в свободное от работы время. Их единственная палочка-выручалочка. В семье Эвансов не было ни прислуги, ни уборщицы. Мама Эванс не хотела видеть посторонних людей в доме и предпочитала учить детей самостоятельности. Как только ей поставили диагноз, Джейк взял на себя решение некоторых бытовых задач. Отсюда идеальные рецепты панкейков и много чего другого.

— Мне нельзя опаздывать! — завыла Фунти и затопала ногами.

Джейкоб, бросив последний беспокойный взгляд на мать, вылетел из дома вместе с тремя гномами. Они мигом прыгнули в его высокую машину — темно-синий «Джип Вранглер», подарок родителей на восемнадцатилетие. Старший брат покатил сначала в детский садик, а затем в младшую и среднюю школу. В конце пути бледная и недовольная Фунти призналась, что заменила ланч-бокс сестры на пустую коробку. Не успел Джейкоб возмутиться, как наглая девчонка вылетела из машины и помчалась в сторону двери.

— Я все равно не люблю есть ланч, — равнодушно пожав плечами, пробормотала Чарли.

Джейк возвел глаза к крыше автомобиля.

— Я сейчас завезу тебе еду, — тихо выдохнув, произнес он. — И не вздумай голодать. Растущему организму…

— Нужно много витаминов, — закончила за него Чарли и слабо улыбнулась.

Все боготворили папу Эванса, но Чарли — больше всего. Фунти же настойчиво искала внимания Джейкоба, поскольку понимала, что отцовское всецело принадлежит Чарли — в те недолгие моменты, когда папа Эванс бывал дома.

…Джейк припарковал машину рядом с тачкой Логана и побежал к высоким дверям старинного здания школы. Очередное опоздание, пятое за последний месяц. Он искренне надеялся, что не попадется на глаза директору — мистеру Беннету.

На этой школе настояла бабушка Блэквуд, сказав, что обязательно оплатит учебу Джейкоба. Эвансы могли и сами оплатить образование, и этот факт порой вызывал недовольство со стороны Блэквудов, предрекавших маме Эванс бедную жизнь с солдафоном, — ведь в итоге солдатик поднялся по карьерной лестнице и его семья ни в чем не нуждалась. Некоторые Блэквуды всячески пытались подчеркнуть свою принадлежность к аристократии и часто намекали на простое происхождение папы Эванса. Джейк смотрел на это со снисходительной улыбкой, не вникая в исторические аспекты и не позволяя их словам пробраться под кожу. Тем более среди Блэквудов он нашел главного союзника — своего кузена Астера.

— Эванс, очередное опоздание! — прикрикнул директор, поймав Джейка по пути в класс. — Двадцать минут!

Все-таки удача сегодня была не на стороне капитана.

— Какой у тебя сейчас урок? — строго спросил мистер Беннет и поправил на носу очки в тяжелой оправе.

— Биология, — выдохнул Джейк.

Он ждал, что директор снова впаяет ему штраф за опоздание, но мистер Беннет вдруг произнес:

— Отлично. Покажешь мисс Белл, где находится класс. Мы как раз закончили составлять ее расписание.

Джейк несколько раз моргнул. Но до того как он успел задать вопрос «Кому?», из-за спины директора вышла хрупкая невысокая девушка. Было ощущение, что лучи солнца следовали за ней и подсвечивали ее силуэт и светлые блестящие волосы. Это появление великолепно дополнила бы красивая мелодия и замедленная съемка. Кажется, Джейкобу стоило перестать смотреть канал «Дисней» вместе с сестрами. А затем он совершил ошибку: заглянул ей в глаза — огромные, голубые, цвета чистого неба, — и оцепенел. Мисс Белл напомнила ему прекрасный летний день.

— Эванс! — рявкнул мистер Беннет, требуя внимания.

Джейкоб очнулся, качнул головой. Озвучь он Логану и Астеру описания, вспыхнувшие в голове секунду назад, они бы дразнили его романтичным слюнтяем до конца жизни.

Джейкоб Эванс. Рост шесть с половиной футов, вес восемьдесят пять килограммов. Капитан футбольной команды школы Алтиор города Деполе — отчаянный романтик, мечтающий встретить ту самую. Нежную. Женственную. Мягкую. Добрую.