— Я не притворялся, просто… — он закатил глаза, будто не мог поверить, что ему приходится это объяснять. — Слушай, мне просто было тяжело смотреть, как ты превращаешься в кого — то другого. Ты изменилась, Алиса, и это давило на меня. Я не хотел, чтобы наша жизнь превратилась в рутину, но это происходило на моих глазах.

— Рутину? — переспросила я, не веря своим ушам. — Я думала, что ты рядом со мной, а ты… Ты подсовывал мне таблетки, изменял, и теперь смеешь винить меня?

Он сделал шаг вперёд, но я отступила, сжимая в руке нож так сильно, что костяшки побелели.

— Алиса, — его голос был почти умоляющим, — Давай не будем устраивать драму. Я оступился, но ведь можно всё исправить. Мы ещё можем вернуться к тому, что у нас было.

— Вернуться? — я холодно рассмеялась. — К чему? К твоим изменам? К твоему полному пренебрежению? Нет, Сеня. Всё, что у нас было, ты разрушил. И это не поправишь. Убирайся из моего дома!

— Я никуда не пойду, — он зло усмехнулся. — Хочешь разрушить нашу семью? Проваливай сама.

[1] Massachusetts Institute of Technology (MIT). Самый известный из технических вузов Америки. Именно здесь разрабатывались первые вычислительные машины и создавались теоретические основы современных достижений.

Глава 6

Глава 6

АЛИСА

Я провалила. В спешке побросала первые попавшиеся вещи в чемодан, даже не думая, что именно кладу. Просто нужно было уйти — как можно дальше от этого дома.

Когда дверь за мной захлопнулась, тишина ударила в уши, но не принесла облегчения. Выйдя на улицу, я застыла на месте. Казалось, что ночь поглотила всё вокруг. Моросил мелкий дождь, холодные капли оседали на щеках, смешиваясь с моими слезами. Я смотрела на пустую дорогу и ощущала, как вместе с домом уходит смысл всего, что было.

Тусклый свет уличного фонаря падал на мокрый асфальт. Мир казался серым и лишённым красок. Ни звука машин, ни голосов — только шорох дождя и моё собственное дыхание. Я медленно выдохнула, сжимая ручку чемодана.

— И куда теперь? — выдохнула я клубок белого пара.

К родителям? Стыдно, хоть и знаю, что они меня примут без лишних вопросов. К подругам? Страшно. Примут ли они меня после того, как я сама от них отстранилась и максимум поздравляла с днем рождения и новым годом.

Я взяла телефон в руки. Я пролистывала контакты, не решаясь кому — то позвонить, пока не добралась до нового имени в моем телефоне.

* * *

Не знаю почему, в такой ситуации больше всего я доверяла девушке, которую видела один раз в своей жизни, но только рядом с ней я смогла спокойно вздохнуть.

Наташа сидела напротив, подперев щеку рукой и в ее взгляде не было жалости, лишь понимание и…уверенность.

— Я — то думала, что ты уже на развод подала и наслаждаешься жизнью без этого козла, — сказала она наконец.

Я сжала в руках чашку чая, чувствуя, как тепло проникает в замёрзшие пальцы, но сердце от этого теплее не становилось.

— Я хотела убедиться, — промямлила я.

— И как? Легче стало? — ее слова были резкими и доставляли боль.

— Нет, — горько усмехнулась я.

— То, что твой муженек скотина подзаборная ты убедилась и что ты планируешь делать дальше? — спросила она.

— Ничего, — выдохнула я. — Я ничего не хочу, только убежать скрыться, чтобы меня никто не видел и не трогал.

— Хм… звучит, как отличная идея, — хмыкнула она. — В целом, свободная комната у меня есть. Можешь пребывать в своей депрессии сколько угодно, только пока плаваешь по волнам уныния, попробуй вспомнить, что до замужества у тебя тоже была жизнь, планы, цены, стремления. Может стоит к ним вернуться. Ты не придаток к мужчине, ты целый человек.

— Почему ты это делаешь? — удивилась я. — Я еще в первый раз хотела спросить.

Она приподняла бровь и слегка усмехнулась, откинувшись на спинку стула.

— Считай, что я просто альтруистка, — усмехнулась Наташа, но быстро продолжила. — Потому что я знаю, каково это — потерять себя, — её голос стал мягче, хотя нотки иронии всё ещё звучали. — Я была по другую сторону баррикад. Он был первым мужчиной в моей жизни. Добрый, умный, веселый, высокий, красивый. Идеал. Я чувствовала себя самой счастливой и даже не заметила, как моя жизнь без него перестала существовать. Потом я узнала, что у него жена и маленькая дочь.

Она на мгновение замолчала, её глаза заблестели, но она быстро взяла себя в руки.

— Мне словно душу вывернули в тот момент, — тихо сказала она.

Я слушала её, чувствуя, как внутри поднимается тихий отклик, хотя и было странно. Не могла представить такую эффектную и прямолинейную Наташу в такой ситуации.

— Что мне делать? — спросила я тихо, почти не надеясь на ответ.

Наташа вздохнула, скрестила руки на груди и посмотрела на меня с серьёзностью, которой я не ожидала.

— Начни с того, что разреши себе жить для себя. Если хочешь остаться тут и спрятаться на время — оставайся. Но помни, прятаться можно недолго. Потом придётся выходить.

РОМАН

Я прилетел поздно ночью. Так приятно было вернуться в Россию. Стоило выйти из самолета, увидеть лица людей, надписи на русском языке, услышать родную речь, и внутри разлилось приятное тепло — я дома. В приподнятом настроении, я поехал к сестре сюрпризом.

Такси мягко катилось по ночным улицам Москвы, город встретил меня прохладным ветерком и огнями фонарей. Я смотрел в окно, наслаждаясь ощущением возвращения. Всё казалось таким знакомым и родным: старые районы, памятные здания. Как я скучал по всему этому.

Когда машина остановилась у подъезда, я задержался на мгновение, посмотрев на окна квартиры. На кухне горел мягкий свет. Я тихо поднялся на этаж, стараясь не шуметь, зашел. Вот же растяпа! Ну кто оставляет дверь открытой!

Оставив чемодан, я прошел. На кухне сидела девушка. Она перевела на меня взгляд своих блестящих и просто огромных, как у олененка Бемби, голубых глаз и мое сердце пропустило удар. Я замер на месте, не понимая, кто она и как оказалась здесь, в квартире моей сестры. Ее лицо выглядело слегка припухшим, а волосы цвета шоколада растрепанными, но даже в таком виде она была очень красивой.

— Привет, — выдавил я, всё ещё пытаясь осмыслить происходящее. — А ты кто?

— А ты? — вернула она мне вопрос.

— Рома? — из ванной показалась Натаха.

Ее глаза округлились.

— Ты здесь? — ее голос чуть сорвался.

— Я здесь, — тепло улыбнулся в ответ.

— Ты здесь! — сестра бросилась в приветственно расставленные руки.

Я крепко обнял сестру и приподнял.

— Сюрприз удался? — рассмеялся я, чувствуя, как её радость передаётся мне.

— Еще как! — воскликнула она.

— Тогда можно мы отлучимся на пять минут? — обратился я к Натахиной гостье. Та в ответ только кивнула.

— Натах… — уставился я на нее вопросительным взглядом, прикрыв за нами дверь комнаты.

— Что? Я уже не могу подругу себе подобрать? — она уперла руки в бока.

— Почему… Постой, что значит подобрала? — я чуть не поперхнулся воздухом.

— Ну…она была на мосту, такая расстроенная, как несчастный котеночек, — вздохнула она. — У нее такая печальная история. А теперь ей некуда пойти. Так, что вот.

— Ты серьезно? — я нахмурился, не веря своим ушам. — Ты просто взяла и привела домой незнакомую девушку с улицы?

— Не с улицы, а с моста, а сегодня она пришла сама, — поправила Натаха, качнув головой, будто это делало ситуацию лучше. — Что ты меня отчитываешь, как маленькую?

Это было в ее стиле. Сестра с детства таскала домой котят, щеночков и даже крысенышей, но это уже было чересчур. Я провёл рукой по лицу, пытаясь переварить эту информацию.

— Как хоть ее зовут? — тяжело вздохнул я.

— Алиса Нестерова, — ответила сестра.

— Нестерова? — переспросил я. — Интересно, какова вероятность того, что она как — то связана с Сергеем Нестеровым из Минобрнауки?

Глава 7

Глава 7

АЛИСА

Я открыла глаза и в первое мгновение даже не поняла, где нахожусь. Стены вокруг были незнакомыми, потолок казался выше, чем в моей квартире, а мягкий свет лампы на тумбочке едва освещал комнату. Постепенно в памяти начали всплывать события последних дней. Разговор с Сеней. Моя спешная сборка вещей. Наташа. Да, я была у Наташи.

Повернув голову, я увидела на стуле свои вещи, небрежно брошенные туда накануне… Я почувствовала головную боль — последствия тревожного сна, стресса и слез.

Тихо вздохнув, я попыталась собрать мысли. Что теперь? Я была в безопасности, но всё ещё не понимала, что делать дальше. Тёплое одеяло слегка спадало с плеч, и я закуталась в него плотнее, стараясь продлить ощущение комфорта.

Утреннюю тишину разорвал телефон. На экране высветилось «Мама».

Собираясь все ей рассказать, я приняла вызов.

— Алиса! Ты что творишь⁈ Где ты шляешься⁈ — проорал в трубку мамин голос.

Я инстинктивно отдёрнула телефон от уха, но не успела даже открыть рот, как её гнев продолжил выливаться на меня потоком.

— Ты забыла, что замужняя женщина⁈ Это еще отец не в курсе твоих выходок! Ты хоть представляешь, что скажут у него на работе⁈

— Мама, я…

— Что мама⁈ Что⁈ Я уже двадцать девять лет мама!

— Мама! Я развожусь! — прокричала я в трубку под стать ей.

Повисла глухая тишина. Я почти могла слышать, как мама захлопнула рот на том конце провода. Не знаю, ожидала ли она такого заявления, но определённо не была к нему готова.

— Разводишься? — наконец, произнесла она, но теперь её голос был почти шёпотом, растерянный и сбившийся с привычного тона упрёка. — Как это… разводишься?