Кейт решила, что сейчас не время объяснять закон о наследовании в тех случаях, когда имущество потомка было продано в счет погашения долгов.

– Я навел кое-какие справки о новом владельце, и мне не составило труда посетить несколько спортивных состязаний и завязать с лордом Валентином знакомство. Когда он упомянул, что собирается пригласить к себе гостей, я не нашел причин ему отказать.

Чулок начинал рваться. Кейт сделала каменное лицо, чтобы не выдать своей радости.

– Моя сестра, разумеется, вряд ли могла составить мне компанию в качестве гостьи, – продолжил Бастиан. – Я представился холостяком, поэтому не мог придумать себе жену, ибо было уже поздно. И на тот случай, если кто-то из нашей прошлой жизни узнает нас, мы не могли представиться братом и сестрой. Так что я приехал в Торнфилд, а она поселилась в соседней деревне, время от времени приезжая в Льюистон, разумеется, по необходимости. Например, на случайную встречу с бедным мистером Джонсом.

– Что за случайная встреча? – спросила Кейт, лишь бы он говорил дальше.

– Да ладно, леди Кэтрин, – упрекнул ее Бастиан. – Вы светская женщина. И отлично знаете, что это была за встреча.

Конечно, подумала Кейт. Она уговорила Джонса отправиться вместо них самих к Грину. Это был ловкий трюк. Мало того что благодаря ему они узнали, что есть и другие письма. То, что Джонс выступил в качестве посредника, помогло им сохранило в тайне их присутствие в деревне.

– Кто из вас убил Джонса? – спросила она, когда разорвалась последняя полоска ткани. Кейт была вынуждена напрячь каждый мускул, чтобы не дать запястьям раздвинуться, как только те почувствовали свободу.

– Эмили, – ответил Бастиан и пожал плечами. – Джонс оказался весьма полезен, но в нем больше не было нужды. А моя сестра не способна долго терпеть мужчину после того, как его польза исчерпала себя.

В его голосе послышались нотки сожаления.

– Мне жаль, что именно вы нашли его. Я надеялся, что на тело наткнется Бартон. Но я не предвидел, что вам придется сбежать от него. А зря, учитывая, как он косился на вас с того момента, как впервые увидел.

Мистер Джонс, похоже, заслуживал извинений больше, но Кейт не была уверена, что в данный момент она должна сказать своему похитителю именно это.

Она осторожно потерла руки, пыталась восстановить кровообращение, чтобы использовать их при побеге, когда до них донеслись звуки шагов и треск кустарника.

– Отлично, – сказал Бастиан, обращаясь в пространство, словно хозяин, вышедший приветствовать своих гостей. – Ваш полицейский прибыл.

Глава 25

Глава 25

Эвершему был виден свет лампы, проникавший сквозь густые заросли самшита. Он шел сбоку от Каро, обхватив рукой ее плечо. Валентин с другой стороны делал то же самое.

Он был вынужден признать: когда Каро изложила свою идею, он подумал, что это сумасшествие. Но как только она надела черное платье и шляпу с черной, закрывающей лицо вуалью, он пришел к выводу, что ее не узнала бы даже родная мать. Поскольку Эмили Хейл надела похожий наряд, когда вторглась в дом Грина, вполне вероятно, что у нее могли иметься другие причины надеть его снова.

Конечно, Бастиан вполне мог знать, где его сестра, и в этом случае уловка Каро не сработала бы. Но это давало им возможность проникнуть внутрь. И, возможно, этого было достаточно, чтобы освободить Кейт, прежде чем он причинит ей еще больший вред.

– Входите, – сказал Бастиан, когда троица обогнула последний угол и шагнула в центр заросшего лабиринта. – Я все гадал, поймете ли вы мой…

Заметив Каро, он умолк и бросился вперед. Готовый к такому повороту событий, Эвершем грубо притянул Каро к себе и приставил к ее горлу нож, которым Бастиан закрепил стихотворение на чердаке.

– Не подходите ближе.

Хейл выругался и замер на месте.

– Вы покойник, Эвершем. Сначала я хотел сделать это быстро, исключительно ради вашей дамы, но теперь я, пожалуй, немного поиграю с вами. А потом я убью ее первой и заставлю вас смотреть.

Даже если у этого наглеца и был пистолет, он не мог рисковать и стрелять в Эвершема, не ранив при этом сестру. Именно на это они и рассчитывали.

– Вы говорите приятнейшие вещи, – холодно сказал Эвершем. – А теперь отойдите подальше от леди Кэтрин и отдайте мне ваш пистолет.

Валентин шагнул вперед, вытащил из кармана пистолет и направил его в грудь Хейлу.

– К скамейке! – рявкнул он, подталкивая своего пленника.

Пока он двигались к скамье, Эвершем посмотрел на Кэтрин, пытаясь определить, пострадала она или нет. Она уже встала и сделала шаг к нему, и он заметил в ее взгляде испуг.

– Эвершем!

Без предупреждения он бы рухнул на землю, как груда кирпичей. В любом случае скользящий удар оглушил его, и, хотя он повернулся, чтобы нанести обидчице ответный удар, Каро опередила его.

– Отпустите меня! – взвизгнула Эмили Хейл, когда Каро с ловкостью обезьяны запрыгнула ей на спину. Женщины повалились на землю спутанной массой рук, ног и юбок.

Валентин, который уже собирался привязать Бастиана к скамейке, увидел, что Каро попала в беду, и передал пистолет Кейт.

– Теперь он твой пленник, – сказал он ей и бросился к дерущимся женщинам.

Видимо, решив, что ему представилась возможность сбежать, Бастиан попытался вырвать у Кэтрин пистолет. Увы, он не ожидал, что ее колено сделает его неспособным ни к чему, кроме как корчиться на земле от боли, в то время как другие скрутили руки его сестре.

Эвершем поспешил туда, где Кэтрин стояла над Бастианом. Подняв его на ноги, он крепко привязал его к подлокотникам скамейки, чтобы этот подлец не сбежал.

– С тобой все в порядке? Он сделал тебе больно?

– Пострадала лишь моя гордость, – со смехом ответила Кэтрин. – Я полагала, что слишком умна, чтобы меня кто-то мог застать врасплох. Мне следовало с самого начала догадаться, что это был Томпсон.

Эвершем обнял ее и крепко поцеловал.

– Я думал, что потерял тебя. – Он притянул ее к себе, отчаянно пытаясь убедиться, что она жива и здорова.

– Я думала о том же. – Она уткнулась лицом в его шею, но затем отстранилась и посмотрела ему в глаза. – Прости, что отказала тебе. Не знаю, о чем я думала.

– Тебе было страшно, – сказал он. – А я тебя не слушал. Извини. Я готов ждать столько, сколько ты сочтешь нужным. И если ты решишь вообще не выходить замуж, что ж, так тому и быть. В любом случае, Кэтрин, я буду в твоей жизни, а это главное.

– Кажется, меня сейчас вырвет, – сказал Бастиан Хейл у них за спиной.

– Придержите язык, или мы заткнем вам рот, – бросила Кейт через плечо. Повернувшись к Эвершему, она сказала: – Я люблю тебя. И если ты не против жениться, я готова рискнуть еще раз.

– Не хотелось бы прерывать ваше счастливое воссоединение, – крикнул им Валентин с другой стороны поляны, где он на пару с Каро изо всех сил пытался удержать Эмили Хейл, – но нам не помешала бы помощь.

– Кейт, я подралась и, похоже, одержала победу! – радостно крикнула Каро.

– Надо помочь им, – сказал Эвершем. Для нежных слов и планов еще будет достаточно времени.

В данный же момент он был счастлив уже тем, что она цела и ей не угрожает никакая опасность.

* * *

Через несколько часов Эвершем наконец проскользнул в спальню Кэтрин, после того как с помощью Валентина и Джима Хайда доставил Бастиана и Эмили Хейл в полицейский участок соседней деревни Кендал. В целом констебль Миллер ему понравился, хотя Эвершем и сомневался, что этот человек сможет держать такую пару, как близнецы Хейл, взаперти хотя бы час.

Как только они поняли, что им не выпутаться, пара злодеев погрузилась в уныние. Когда он их видел в последний раз, они сидели в зловеще похожих позах в разных камерах и смотрели прямо перед собой.

– Ты вернулся. – Кейт, свернувшаяся калачиком в кресле у своей кровати, встала и обняла его.

– Я должен переодеться. – Он тихо рассмеялся. – Я пахну дорогой и бог знает чем еще.

– Я не против. – Но она потащила его в туалетную комнату и показала умывальник. Дала мыло, губку и полотенце и оставила одного, чтобы он мог умыться.

Приведя себя в порядок, Эвершем остался в исподнем, аккуратно сложил одежду и оставил ее на стуле.

Когда он вернулся в спальню, Кэтрин сидела, откинувшись на подушки. Ее кожа была залита светом, а сама она показалась ему прекрасной как никогда.

– Иди ко мне. – Она протянула ему руку. И хотя он собирался дать ей отдохнуть, стоило ему скользнуть между простынями, согретыми ее телом, как он не удержался и притянул ее к себе, как будто от этого зависела его жизнь.

Позже, когда они лежали, обнявшись, и голова Кэтрин покоилась на его груди, она спросила:

– Что с ними будет?

Ему не нужно было спрашивать, кого она имеет в виду.

– Они убили полдюжины человек, – хмуро сказал Эвершем. – Хотя их дед дурно обращался с ними, я не представляю себе, как им удастся ускользнуть от петли палача.

Кейт кивнула, затем спрятала голову под его подбородком.

– А как же тот человек, которого арестовывали за их преступления? Кларк?

– Я отправил посыльного в Лондон, чтобы он сообщил Дэрроу, – сказал Эвершем. Человек, которого несправедливо обвинили, должен был немедленно освобожден. Для Эвершема это стало первоочередной задачей после того, как он застегнул на близнецах наручники. Вернувшись в Лондон, он сделает все для того, чтобы Дэрроу и Дольф Уоргроув также понесли наказание за свои проступки. – Если не считать некоторых бюрократических проволочек, он вернется к семье в течение недели.