– Кейт, – сказал Валентин чуть мягче, – тебе не нужно это слышать. Просто ступай к Каро. Пожалуйста.

Эвершем подошел к ней и взял ее за руку.

– Может, тебе лучше уйти. – Он все еще смотрел на Вэла, который теперь буквально сверлил его свирепым взглядом.

– Нет, я остаюсь. – Кейт не была уверена, почему так решительно настроена остаться, но инстинкт подсказывал ей, что это нечто такое, что она не хотела бы услышать от Каро.

– Прекрасно, – выпалил Вэл, – если ты не уйдешь, я просто скажу Эвершему, что пока вас тут не было, приходила его жена.

Ей как будто дали под дых. Кейт почувствовала, как колени ее подогнулись. Не стой рядом с ней Эвершем, она бы точно рухнула на пол.

Прежде чем она успела осознать, что происходит, он уже подхватил ее на руки и понес к дивану в дальнем конце комнаты. Когда же он попытался положить ее, она покачала головой и села, хотя у нее все еще кружилась голова.

– Надеюсь, ты счастлив, черт бы тебя побрал, – рявкнул Вэл, отталкивая Эвершема в сторону, чтобы взять Кейт за руку. – Кейт, ты в порядке?

– У меня нет жены, – настаивал Эвершем, стоя у него за спиной, – Кэтрин, вы это знаете. Вы годами следили за сообщениями обо мне в газете. Там ни разу не было сказано ни слова ни о какой жене.

Она попыталась собраться с мыслями. Он был прав. Ни в одной из прочитанных ею газетных статей о нем не было упоминания о его жене.

– Что ж, пусть кто-то расскажет это женщине, что была здесь пару часов назад, – мрачно заметил Валентин. – Похоже, она многое знает о вас, Эвершем.

Эвершем сунул ей в руку стакан с бренди.

– Выпейте. – Она взяла у него стакан и посмотрела ему в глаза. Там не было и следа вины.

– Он говорит правду, Вэл, – сказала она другу. – Возможно, все это время я не знала его лично, но я много слышала о нем. Будь он женат, я бы узнала об этом.

Сделав глоток бренди, она откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Почувствовав себя лучше, она открыла веки и увидела, что на нее смотрят две пары обеспокоенных мужских глаз.

– Что такое? Я в порядке. Если помните, вчера вечером меня довольно сильно ударили по голове, и я по глупости встала до рассвета, чтобы перехитрить одного знакомого упрямого сыщика.

Эвершем издал невнятный звук. Взгляд Вэла сделался задумчивым. Как будто забыв обо всем, о чем они говорили вслух, она сменила тему.

– Итак, если это не ваша жена, то кто была эта женщина?

– Я ее не видел. – Вэл опустился в кресло напротив нее. – Она говорила только с Остином и сказала, что, когда вы вернетесь, сможете найти ее в доме священника в Льюистоне. Хотя осмелюсь заметить, если она солгала о том, что она ваша жена, то она солгала и об этом тоже. Не могу представить, чтобы преподобный Таллант согласился на такое.

– Это наверняка Эмили Хейл. – Эвершем встал перед камином.

Они с Кейт быстро рассказали Валентину о том, что узнали во время своего визита к отцу Делии Хейл в Кроссмир.

– Значит, эта Эмили Хейл – дочь Себастьяна Филбрика и Делии Хейл? – спросил Валентин. – И еще есть сын?

– По имени Бастиан, – подтвердила Кейт. – Мы не знаем, вместе ли они, но я бы удивилась, если бы они расстались. Они всю жизнь были единственным утешением друг для друга.

– И, возможно, соучастниками преступления. – Эвершем принялся расхаживать по комнате. – Я почти уверен, что ее нет в доме викария, но мне лучше пойти и проверить, чтобы знать точно.

– И Эмили, и Бастиан вряд ли жалуют священников, учитывая, сколько они натерпелись от своего деда. – Кейт нахмурилась. – Как вы думаете, преподобный Таллант в опасности?

– Не знаю, – сказал Эвершем, – но я предпочел бы перестраховаться, чем потом не сожалеть. Я уйду ненадолго.

Кейт осторожно поднялась на ноги. Когда мужчины попытались поддержать ее, она пожала плечами.

– Я в порядке. Пойду поговорю с Каро. Скорее всего, она прямо сейчас сжигает ваше чучело, Эвершем. Хочу убедиться, что она не подпалила занавески Валентина.

Когда они замешкались, не зная, как поступить, она шагнула мимо них и вышла в коридор.

– Беритесь за дело, – сказала она. – И будьте осторожны.

Валентин ушел, оставив Эвершема поговорить с Кейт наедине.

– В чем дело? – Его взгляд насторожил ее.

– Ты действительно потеряла сознание из-за шишки на голове?

Ее сердце забилось быстрее.

– Я не теряла сознание. Я потеряла равновесие. Только и всего.

Он наклонился и быстро поцеловал ее в губы.

– Мы закончим этот разговор позже.

Увидев, что он чем-то смущен, Кейт нахмурилась.

– Что такое?

– Пытаюсь придумать, как мне попросить тебя не выходить из дома так, чтобы ты послушалась.

От досады Кейт простонала:

– Я не простушка, Эвершем. Если это Эмили Хейл приходила сюда раньше, то она знает, что вы ее ищете.

– Более того, – сказал он, нахмурившись, – она нарочно пришла сюда, желая вбить между нами клин.

Это не приходило ей в голову, но в этом имелся свой смысл. Но только если… у нее перехватило дыхание.

– Ты думаешь, она видела нас вместе? – Это не был вопрос.

– Кто-то из них двоих наверняка видел. – Эвершем кивнул. – И цель этой маленькой пакости состояла в том, чтобы навредить тебе, а не мне. И это беспокоит меня.

– Ревнуешь? – не слишком весело усмехнулась она.

Он пропустил ее шутку мимо ушей.

– Мне не нравится, что для своей пакости они выбрали тебя. Честно говоря, меня это настораживает. Поэтому обещай мне, что не будешь гулять одна.

Тревога в его глазах заставила ее внутренне сжаться.

– Обещаю, – сказала она, касаясь его руки.

– Прекрасно. – Он снова поцеловал ее. – А теперь мне лучше уйти, пока Валентин не стал меня искать.

Какое-то время она стояла, глядя ему вслед. Его предостережение звенело у нее в ушах, а голова все еще слегка кружилась.

Она ведь сказала ему правду, не так ли? Она потеряла равновесие. Только и всего. И уж точно не мысль о том, что у Эвершема есть жена, поразила ее до глубины души.

Или все же поразила?

А теперь подозреваемый в убийстве сделал ее предметом своего внимания.

Про общение с инспектором Эвершемом она могла сказать лишь одно: с ним никогда не было скучно.

* * *

Вместо того чтобы сесть в карету, Эвершем и Валентин решили дойти до деревни пешком. Проведя большую часть дня сидя в поезде, а также учитывая новость о том, что подозреваемые намеренно следили за ним и Кэтрин, чтобы привлечь к себе их внимание, Эвершем остро нуждался в физической нагрузке, чтобы потратить немного энергии.

– Я был готов закончить то, что начал с вами вчера, – откровенно сказал ему Валентин, когда они отправились в путь. – Вот почему я попросил Кейт пойти к Каро. Я не хотел, чтобы она присутствовала, когда я сделаю из вас кровавое месиво.

Эвершем и сам догадался об этом, но едва ли мог сказать это при Кэтрин. Пока.

– Хотел бы я посмотреть, как вы попробуете это сделать, Торн. Первый ваш удар был моим подарком вам, ибо я считал, что заслужил его. Но последующие побудили бы меня постоять за себя.

Нет, он не щуплый коротыш. Он тяжелее лорда на несколько фунтов и выше ростом на несколько дюймов. Улицы Лондона давно научили его тому, как можно постоять за себя. Тамошним преступникам было наплевать на честные спортивные правила, которыми так дорожил лорд Валентин.

– У меня чесались кулаки, – откровенно признался Валентин. – Как только Остин сообщил мне, что случилось, я был готов сесть в карету и немедленно отправиться в Кроссмир, чтобы найти вас. Лишь после напоминания Каро, что Кейт пустит мои кишки на подвязки, я отказался от этой затеи.

– Она хорошо знает свою подругу, – улыбнулся Эвершем. Больше всего он ценил в Кэтрин ее отказ сидеть сложа руки и смиренно позволять другим людям помыкать ею. Если она с кем-то ссорилась, она говорила им это начистоту. Никаких игр, никаких скрытых махинаций. Только откровенность и доходчивые истины.

Осознание этого побудило его сменить тему.

– Расскажите мне про Баскома.

Она упоминала о своем браке, но никогда не рассказывала о нем подробно. И у Эвершема сложилось ощущение, что ее нежелание выйти за него замуж уходит корнями в ее прошлую жизнь.

Он не был настолько тщеславен, чтобы считать себя неотразимым. Он отлично знал: хотя он и признавал себя порядочным человеком, он был незавидным «подарком» для женщины, которая все еще могла выбирать из числа самых завидных холостяков лондонского общества.

Но между ними была подлинная связь. И не только физическая, хотя не помнить об этом невозможно. Он ни с кем не испытывал такого душевного родства, как с Кэтрин. У нее был точно такой же любознательный характер и решимость узнать правду, как и у него, хотя частенько она находила ответы иными способами.

Вместе они составляли хорошую команду, и он, несмотря ни на что, был влюблен в нее.

Поэтому ему нужно было узнать, что такого было в ее покойном муже, что не дало ей принять его предложение. И если она отказывается рассказать ему сама, он вынужден спросить человека, который знал ее в то время.

– Почему вы хотите это знать? – подозрительно прищурился Валентин.

Эвершем славился своим терпением при допросе подозреваемых, но когда на карту было поставлено его будущее, он полностью растерял обычный апломб.

– Почему? Я люблю ее и хочу знать, что он с ней сделал. – Он потрогал затылок.

– Как быстро. – Валентин покосился в сторону. – Вы сказали ей?

Эвершем молчал.

Вэл коротко усмехнулся.