Едва Джерри скрылся в своем кабинете, я бросила взгляд на Каталину и кивнула в сторону кладовки – там мы хранили все химикаты и прочие рабочие материалы, там же имелась и большая холодильная камера с тяжелой звуконепроницаемой дверью.

Каталина вошла туда за мной следом. Торопливо обняла, спросила: «Ты в порядке?» Я кивнула.

– Что это было? – спросила она, гневно сверкнув глазами. – Джерри совсем берега потерял! Никогда его таким не видела!

Но мне хотелось обсудить совсем другое. Гнев и обиду я задвинула в самый дальний душевный угол и постаралась сосредоточиться на том, что делало меня счастливой.

– Проверка. «Начальство». Как думаешь, кто придет? Джерри что-нибудь об этом говорил, пока меня не было?

Каталина нахмурилась.

– Нет, его сиятельство ни словом не обмолвился. Знаю, ты ждешь, что я скажу: «Конечно, придет Крейг!», но, по-моему, это скорее будет наш Лох-Несский Принц.

«Лох-Несским Принцем» мы с Каталиной прозвали директора «Минкс Косметикс». Принц – потому что на фото в ежеквартальных отчетах он красивый, как картинка; Лох-Несский – потому что, словно Лох-Несское чудовище, никогда не появляется вживую. Разумеется, у него есть имя, но мы так привыкли звать его «Лох-Несским Принцем», что я давно забыла, как его зовут.

Еще ходят слухи, что он родственник Крейга, только это вряд ли. Если и родственник, то дальний: они совсем не похожи.

– Зачем директору являться к нам с инспекцией? Можно подумать, ему больше заняться нечем! – Доходы нашей компании растут год от года – и это на косметическом рынке, с его-то сверхвысокой конкуренцией; так что, как видно, Лох-Несский Принц свое дело знает. – А вот Крейг вполне может прийти. Он наш непосредственный начальник, и потом, он из тех лидеров, что предпочитают брать дело в свои руки.

– Ну да, а ты мечтаешь, чтобы он взял в руки тебя!

– Очень смешно.

Каталина положила ладони мне на плечи и развернула к себе лицом. Хоть я и на голову ее выше, но тут мне, пожалуй, стало чуточку не по себе.

– Ты совсем не знаешь Крейга. А я кое-что о нем слышала. И вот что тебе скажу: лучше держись от него подальше.

– Подумаешь, офисные сплетни! – отмахнулась я. Не желаю слушать гадости о своем будущем муже!

– Если хоть малая доля этих сплетен правдива, – серьезно ответила Каталина, – я скорее взорву к чертям всю нашу лабораторию, чем позволю тебе с ним встречаться.

– Спасибо, что готова меня защищать с применением насилия, но, знаешь, я уже не маленькая. Могу сама о себе позаботиться, – отрезала я.

Каталина не раз говорила, что я ни дать ни взять новорожденный ягненочек, делающий первые шаги на дрожащих ножках, и что меня нужно защищать от огромного опасного мира. Спасибо ей, конечно, но решать, как жить, я все-таки буду сама.

Наконец она опустила руки.

– Ладно. Только потом не говори, что я тебя не предупреждала.

– Если окажешься права, заранее разрешаю твердить: «Я же говорила!»

– Это я тебе припомню, – улыбнулась Каталина.

– Непременно припомнишь, уж я тебя знаю! А теперь, пожалуй, нам пора возвращаться к работе.

Строго говоря, к работе я и не приступала; и нет нужды злить Джерри еще сильнее, прячась от него в холодильнике. Тем более Каталина все равно не дала никакой полезной информации.

Словно прочитав мои мысли, подруга снова положила мне руку на плечо:

– Уверена, что не хочешь поговорить о Джерри?

Опять на миг почудилось, что я барахтаюсь в вязкой и липкой смоле. Я решительно поправила очки.

– Не хочу. Все, что мне было нужно, – выяснить насчет сегодняшней проверки. Ты же знаешь, как это для меня важно!

Я открыла тяжелую дверь… и ахнула.

Прямо передо мной, посреди кладовки – легок на помине – стоял Крейг Кимболл.

Глава 2

Глава 2

– Привет! – с улыбкой сказал Крейг.

Солнце играло в золоте его волос, блестело в голубых озерах глаз. Он был похож на ангела, слетевшего на грешную землю, чтобы меня спасти, – сердце мое затрепетало и рванулось ему навстречу.

Я попыталась ответить.

Не вышло.

Не смогла произнести ни звука – только пялилась на него, открыв рот, словно рыба, вытащенная из воды.

– Доброе утро! – поспешила мне на помощь лучшая подруга. – Я Каталина Диас, а это Анна Эллис.

Каталина такая лапочка, обожаю ее! Хотя не знаю, с чего ей вздумалось меня представлять. Крейг в курсе, как меня зовут. Ведь мы уже встречались.

– Крейг Кимболл, – ответил он.

Словно в этом могли быть сомнения!

Будто я не думаю о нем каждый божий день, с утра до вечера! Будто не помню, как он меня выручил, и…

При воспоминании об этом я издала странный, задушенный звук – и во второй раз за день ощутила, что у меня запылали щеки.

– А я вас знаю, – подмигнув, ответил он. – Вы наши ученые дамы!

Каталина с шумом втянула в себя воздух, затем ответила:

– Просто ученые. Нет нужды уточнять наш пол.

Я смотрела на Крейга во все глаза и никак не могла заговорить. Меня сбила с толку головокружительная смена эмоций. Сперва страх и унижение от нотаций Джерри, и тут же – Крейг, мой герой, стоит напротив, сложив руки на груди, и мне улыбается!

Улыбается.

Мне.

Кажется, Каталина рядом чем-то недовольна… но я не могла сообразить чем. Даже не слушала, что говорит Крейг – все мое внимание занимало то, как двигаются его губы.

Нет, хватит, пора включаться в разговор!

– О, надеюсь, вы это не примете за обиду, – ответил он. – Просто впечатляет ваш успех в сфере, которая обычно считается мужской.

Вот что разозлило Каталину! Сама я не сомневалась, что Крейг не имел в виду ничего дурного, однако понимала, на что тут можно обидеться. Слишком часто на нас смотрят снисходительно, именно как на «ученых дам» – не только в лаборатории, но и на конференциях. Словно у нас не такое же образование, не те же знания и навыки, что и у коллег-мужчин.

Крейг смущенно кашлянул и счел за благо сменить тему.

– Над чем сейчас работаете? – спросил он.

Язык у меня ворочался с трудом; но надо ответить, иначе он решит, что я чокнутая! Гм… вполне возможно, уже решил.

– Мы… ээ… тут… как раз зашли… мм… за кое-какими химикатами…

Аллилуйя, я могу говорить! Произношу слова!

Только не те. На вопрос я так и не ответила – и продолжаю на него пялиться, расплывшись в такой широченной улыбке, какой на Хеллоуин на самой страшной тыкве не найдешь.

Каталина бросила на меня взгляд, в котором ясно читалось: «Что ты в нем нашла?» В ответ я пожала плечами. Что толку ей объяснять? Она ведь совсем его не знает!

Строго говоря, я тоже. Просто абсолютно уверена: Крейг хороший человек – как может быть иначе?

Каталина тряхнула головой и объявила:

– Ладно, я пошла готовить нитроглицерин.

Спасибо Каталине за заботу, но, право, напрасно она обо мне беспокоится!

Она вышла из кладовки, и мы с Крейгом остались наедине.

Наедине, боже правый! И разговариваем – с ума сойти!

– Что она сказала? Нитроглицерин? – с усмешкой переспросил Крейг.

– Просто глицерин. – Объяснять, что подруга имеет в виду, я, разумеется, не собиралась. – Она сейчас работает над органическим увлажнителем. А мне, честно говоря, больше нравится создавать новый макияж. Что может быть интереснее? Вот сейчас у меня в работе стойкая губная помада: полностью натуральная, яркие живые цвета…

Взгляд Крейга скользнул в сторону, равнодушно пробежал по полкам с химикатами. Что это? Неужели ему… скучно?

Я сама виновата. Вообразила, что он разделяет мою любовь к косметике, и принялась болтать о вещах, вовсе ему не интересных! Со мной такое бывает, когда волнуюсь.

Что ж, настало время оживить разговор. Например, рассказать увлекательную историю.

– Кстати, о нитроглицерине: в колледже со мной учился один парень, и как-то раз он решил изготовить нитроглицерин самостоятельно. Взрыв был такой силы, что все окна в лаборатории выбило!

Сработало: я снова привлекла его внимание! Кажется, он даже испугался.

– Нет-нет, с ним самим ничего страшного не случилось. Он стоял далеко от эпицентра. Только брови опалило, и волосы на голове чуть-чуть.

М-да, жизнь у меня полна приключений. Но теперь, по крайней мере, Крейг снова на меня смотрит.

– Вот чем вы, ребята, занимаетесь после работы? Стряпаете взрывчатку для черного рынка?

Вот так вывод! Разве я на что-то подобное намекала?

– Нет, тот парень этим занимался не за деньги. Ему было просто любопытно. И… нет-нет, здесь мы взрывчатку не делаем. И не станем. Разве только кто-нибудь изобретет способ безопасного применения взрывчатки для разглаживания морщин.

Я надеялась, хоть тут он рассмеется, но Крейг просто кивнул.

– Так что же, вы хотели показать мне эту свою… помаду?

– Формулу помады? Ах да. Пойдемте. Она у меня на компьютере.

Каким-то образом мне удалось добраться до рабочего места, не запутавшись в собственных ногах. Крейг шел следом – и это было так невероятно, что хотелось себя ущипнуть. Неужели это наяву – мы с ним разговариваем! Уже во второй раз!

Сев за ноутбук, я вывела на экран формулу. Крейг устроился справа и наклонился к экрану. У меня кружилась голова от мысли, что сейчас мы дышим одним воздухом.

Крейг взял с моего стола образец золотистых теней с блестками, повертел в руках.

– Новые румяна?

Ээ… он что, не заметил золота и блесток? Наносить такое на щеки станешь в одном-единственном случае – когда идешь в ночной клуб на вечер диско.

– Нет, это тени для век. Маркетинговый отдел сообщил, что они ложатся неровно, так что я…