Она бессильно бросила телефон на кровать рядом с собой и прислонилась спиной к стене. Прикрыла глаза, прислушалась к себе. Холод стены проник под кожу и встретился где-то в районе сердца с ледяным ужасом осознания, что больше нет их с Ильей. Снова есть только он и она, разделенные таким большим шумным городом, но на этот раз никто не будет ее искать. Мерзкая липкая жижа лжи заливалась в горло, в нос, глаза и уши. Вера глубоко дышала, но ей не хватало кислорода, потому что Илья был им. Был всем ее миром, пока срок годности не вышел. Она его потеряла. Их отношения были похожи на вспышку молнии посреди ночного неба, которая лишь на секунду озарила небеса и исчезла так же внезапно, как и появилась. Пройдут годы, но вспомнит ли кто о ней? Только тот, кто очень любит майские грозы. Слушать себя было неприятно, мысли противными пиявками присасывались к коже и пытались выпить все жизненные соки. Чем дольше Вера слушала внутренний голос, тем больше ненавидела себя, так что просто заткнула уши наушниками, нажала кнопку, перемешивающую плейлист дня, и предприняла попытку заглушить его. Первый же исполнитель с первой же строчки поинтересовался, что она собирается делать, когда маски падут с лиц. Ее маску сорвали, и она не имела ни малейшего понятия, что ответить любимому исполнителю. Следующая. Чей-то муж, богатый как нефтяник, а она минутой назад рассталась с парнем из нефтехимического института. Следующая. Какая-то девочка из песни играла в «Мортал Комбат» и сама не заметила, как подсела на эту игру. «Забавно», – хмыкнула про себя Вера, пытаясь не провалиться в воспоминания о беззаботных днях, которые провела рядом с Ильей. В какой-то момент она поняла, что просто перелистывала каждую песню, из-за того что любая мелочь отсылала ее к нему. Палец заскользил, значок в виде двух стрелочек отказался нажиматься, Вера поставила песню на паузу, не понимая, почему экран ее телефона мокрый, но потом провела пальцами по своим щекам. Она включала музыку не чтобы плакать, но поменялись планы. Вера убрала наушники обратно в футляр. Лучше в тишине, чем так. Ей казалось, что она давно научилась рыдать бесшумно, но нет, разбудила свою соседку.

– Вер?..

Нет ответа.

– Вера? Ты плачешь там, что ли?

Нет ответа.

– Ты чего?

Нет ответа.

Настя поднялась с кровати и через мгновение плюхнулась рядом с Верой, которую пришлось сильно потрясти за плечо, чтобы вывести из слезного транса.

– Зай, ты чего?

– Опоздала я, вот чего. – Вера положила голову подруге на колени и прекратила себя сдерживать.

Сначала Вера, как песня, поставленная на повтор, говорила, что она дура, сама все испортила, и не нужно ее жалеть, потому что сама виновата. Потом с чего-то решила, что ничем не лучше женщин, которые торгуют своим телом, потому что тоже продалась, просто ее цена за ночь была несколько выше. Потом решила поставить себе диагноз патологической вруньи, не заслуживающей ничего, кроме страданий. Потом начала просить прощения, что закатила истерику посреди ночи, и теперь Настя не выспится. Вера еще раз убедилась, что она главный источник всех проблем близких.

– Может, еще не поздно все вернуть? – Настя боролась с желанием прибить подругу за все отвратительные слова, которые она сказала в свой адрес, и вместо этого просто гладила ее по волосам, по плечу и спине в безуспешных попытках успокоить. Максимум, что она сейчас могла сделать, – быть рядом. Когда-нибудь приступ слез и самобичевания закончится, и они смогут поговорить как взрослые люди. И желательно, чтобы это произошло поскорее.

– Ага… знать бы как… он кинул меня в ЧС… – из-за всхлипов слова стали невнятными.

– Ну ЧС и ЧС, что бубнить-то. Сейчас что-нибудь придумаем, и сделать это будет легче, если ты прекратишь мне пижаму мочить, а то еще немного, и мне начнет казаться, что я описалась.

Вера издала смешок.

– Блин, это что, ты мне теперь соплями решила шорты перепачкать?! – Настя поняла, что начала выводить их разговор на правильную дорожку, в конце которой маячило спокойствие.

– Прости-и-и, – протянула последнюю гласную Вера, пытаясь прекратить смеяться от неловкости, – она случайно вылетела!

– Сейчас ты случайно вылетишь в окно! Все, слезай с моих ног! – Настя только пыталась казаться грозной, ведь и сама была в шаге от безудержного смеха.

Вера послушно поднялась, и теперь подруги сидели плечо к плечу.

– Напиши его лучшему другу.

– Зачем?

– У тебя вместе с соплями мозг вытек? Есть три человека, которые могут очень хорошо знать Илью. Его родители и лучший друг. С первыми ты не знакома, а вот второй, может, и подскажет тебе что-то. К тому же, скорее всего, он либо уже в курсе всего, либо скоро все узнает.

– А вдруг Макар меня тоже ненавидит?

– Не напишешь – не узнаешь. Только давай не прям сейчас. Надо бы поспать. И придумать, что сказать.

Выдержки Веры хватило на сутки с небольшим. За этот короткий промежуток времени она уже успела поплакать под грустный плейлист, успокоиться, поругать себя за глупость, поблагодарить высшие силы за то, что ближайшая ее смена в среду, а первый экзамен – автоматом, так что она имеет полное право на подобные слабости. Вера хотела сначала написать Соне, чтобы сработала женская солидарность и можно было заручиться хоть какой-то поддержкой, но поняла, что вряд ли ей настолько быстро обо всем расскажут, да и сомневалась, расскажут ли в принципе. Пришлось выжидать подходящий момент, чтобы написать Макару. Когда такой момент настал, она поняла, что забыла самое важное – придумать, что вообще ему писать.

Вера Ты уже в курсе о нас с Ильей?

Вера

Ты уже в курсе о нас с Ильей?

Макар Да.

Макар

Да.

Вера И о причине?

Вера

И о причине?

Макар Да. Ты, оказывается, не такая уж и хорошая актриса, как мы все думали))

Макар

Да. Ты, оказывается, не такая уж и хорошая актриса, как мы все думали))

Вера Издеваешься?

Вера

Издеваешься?

Макар Мне кажется, я имею на это право.

Макар

Мне кажется, я имею на это право.

Вера Как Илья?

Вера

Как Илья?

Макар Дерьмово.

Макар

Дерьмово.

Макар Из-за тебя.

Макар

Из-за тебя.

Макар Раз уж ты и так многое о нас знаешь, скажу.

Макар

Раз уж ты и так многое о нас знаешь, скажу.

Макар Последний раз я его видел таким, когда он хотел Нике предложение сделать, а она ему изменила.

Макар

Последний раз я его видел таким, когда он хотел Нике предложение сделать, а она ему изменила.

Макар Это так, чтоб ты масштаб представила.

Макар

Это так, чтоб ты масштаб представила.

Вера Предложение? Изменила?

Вера

Предложение? Изменила?

Макар Видимо, ты далеко не все успела узнать))

Макар

Видимо, ты далеко не все успела узнать))

Вера Я хочу объясниться.

Вера

Я хочу объясниться.

Вера Все, что было после клуба, – моя инициатива, а не план Ники.

Вера

Все, что было после клуба, – моя инициатива, а не план Ники.

Вера Я могу к вам приехать, поговорить с Ильей?

Вера

Я могу к вам приехать, поговорить с Ильей?

Макар Нет.

Макар

Нет.

Вера Ты тоже мне не веришь?

Вера