И когда до меня вдруг доходит, что это на самом деле не сон и меня кто-то целует, я оживаю, отталкиваю самозванца и отползаю одним рывком на пару метров от него, загнанно дыша.

Андрей.

Какого черта?

– Ты… – заикаюсь я, трогая губы руками. Он и правда меня целовал? – Ты чего?

Осознание медленно, но верно заслоняет мысли. Я оборачиваюсь на девчонок на мгновение и успеваю заметить, как все они сидят и наблюдают за нами с такими заинтересованными лицами, что им не хватает только попкорна в руках.

Он что, поцеловал меня при подругах? Повел себя так, словно мы чертова парочка?

Если я убью человека и закопаю его в песке, меня выпустят из страны через две недели?

– Я подумал, что тебе стало плохо, и решил сделать искусственное дыхание, – пожимает он плечами. Как всегда улыбчивый и беззаботный, ведет себя так, словно вообще ничего страшного не произошло. А на деле… А стоп. А что на деле?

– Не делай дуру из меня, – фыркаю на него, потирая сонные глаза. Он протягивает мне коктейль, и это невероятно вовремя, во рту пересохло просто ужасно. В три глотка выпиваю ягодное спасение, игнорируя трубочку, и только потом понимаю… – Алкогольный? Серьезно?!

Глаза округляются от неожиданности, в горле происходит что-то похожее на небольшое пекло.

– Черт… – По лицу Андрея вижу, что он не был в курсе такого поворота, а по таким же коктейлям в руках девчонок понимаю, что затейница кто-то из них. Даже знаю кто.

– Крошка, там пару капель, – улыбается Мира. – Для расслабления!

– Да у меня горло сгорит сейчас, – начинаю кашлять и обмахиваться рукой. Я очень редко пью, и обычно это что-то легкое, а тут, готова поспорить, добавлен довольно крепкий алкоголь, и даже в малых дозах я чувствую его остро.

– Надо остудить срочно! – говорит Андрей, и я снова оказываюсь втянута в такой-то сумасшедший водоворот событий. Потому что секунду спустя я уже на его руках и он бежит прямо в море, а я цепляюсь за его шею, чтобы просто не упасть. Боже! Он что, издевается?! Что за резкие повороты сюжета в нашем фильме, я не успеваю переваривать!

Он падает в воду со мной на руках, и нас накрывает теплой волной, а мы все еще не отпускаем друг друга. На пару секунд теряюсь, а потом хватаю ртом воздух, когда мы выныриваем.

– Остыла? – спрашивает Андрей с улыбкой. Он держит меня на руках, крепко прижимая к себе, и…

И снова это чувство. Он близко, очень. Красивый, яркий, всегда с прекрасным настроением и лучезарной улыбкой. Десять лет назад он стал моим первым мужчиной, а еще я провела с ним потрясающую ночь меньше двенадцати часов назад. А минуту назад он меня целовал.

И в этом всем столько странностей, что проще отпустить ситуацию, чем пытаться в ней разобраться.

– Кажется, да, – отвечаю ему спустя несколько секунд. Ловлю себя на том, что смотрю на его губы, и тут же поднимаю взгляд к глазам. Раскусил. – Отпустишь?

– Не-а, – говорит он даже не раздумывая. Ни единой секундочки, ни мгновения. Так просто говорит «нет» и на самом деле продолжает держать на руках.

А раненое сердце бьется в грудной клетке, как лишенная воли птица, услышав эти слова. Потому что эта фраза могла бы нести в себе столько смысла… но.

Но.

– Андрюш…

Я не знаю, что хочу ему сказать, но его имя срывается с губ быстрее, чем я успеваю поразмыслить хоть немного.

– Ну что? – улыбается. Он всегда улыбается! И, глядя на него, мне тоже хочется веселиться. Смотрю в его глаза, замираю, пропадая в них. И внезапно воспоминания начинают накатывать прямо сейчас. Я не планировала так ярко вспоминать наш секс, тем более будучи на его руках, но это просто невозможно контролировать, я словно под гипнозом.

Я чувствую ритм его сердца, оно стучит так же быстро, как и мое. А еще дыхание… медленное и глубокое, и я готова поспорить, что нашу ночь вспоминаю тут не только я.

Руки, губы, тела, стоны, дыхание, шепот и эти чертовы глаза, которые смотрят точно в душу.

– Отпускай, – настаиваю, но шепот настолько хриплый, что просьбу вполне можно списать на шум ветра.

– Не могу, – говорит он так же тихо. – И не хочу, – улыбается, и спустя мгновение я снова чувствую его губы на своих.

Это неправильно. Так не должно быть. Мы договорились забыть все, что было, и просто дружить. Общаться, иногда видеться, раз уж оказались в одном месте. Никаких поцелуев и тем более повторных ночей допускать нельзя, но какого-то черта он плюет на все наши договоренности и целует, а я по той же причине целую в ответ и даже не собираюсь отталкивать. Руки не слушаются, а эмоции берут верх в управлении телом. Потому что остатками сознания я пытаюсь дать команду оттолкнуть его или сделать хоть что-то, чтобы это прекратить, но эмоции кричат «продолжай». И вот я обнимаю его за шею, прижимаясь всем телом, и, кажется, снова теряю голову…

– Привет, – отрывается он от моих губ на пару миллиметров и шепчет так тихо и соблазнительно, что у меня мурашки огромной толпой собираются внизу живота и разбегаются по всему телу, задевая каждый сантиметр кожи.

– Андрюш, что мы делаем? – спрашиваю сразу, все еще при каждом слове касаясь его губ.

Были ли случаи смерти от переизбытка эмоций? Если нет, я буду первой. Прямо сейчас. В его руках.

Во мне бушует все и сразу, я не справляюсь. Долгое время я была эмоциональным инвалидом и ледышкой рядом с мужчиной, потому что чувствовала себя одиноко, даже будучи невестой. А тут, с ним… Он словно обволакивает собой каждую клеточку моего тела, заполоняя все свободное пространство. Не дает быть одной, не дает скучать, заменяет толпу, и я совершенно не понимаю, как ему это удается.

– Целуемся.

– Зачем?

– Потому что мы взрослые люди и если хотим целоваться, то вполне можем себе это позволить, – говорит он и в подтверждение своих слов снова нежно целует меня в губы, задерживаясь на пару секунд. – Видишь? Имеем право, море не высохло от этого, земля не разверзлась.

– Мы обсудили все вчера, – хмурюсь.

– А я проснулся и понял, что мне необходимо тебя увидеть. А когда увидел, понял, что необходимо поцеловать.

Эти слова… Я никогда такого не слышала, это что-то из красивых романов и мелодрам, но точно не из моей жизни. Из романтичного у меня за последние несколько лет целое ничего, поэтому я просто не знаю, как реагировать сейчас. Я не умею! Комплименты, красивые слова – это из чужих будней, а не из моих.

Я смущаюсь очень и опускаю взгляд, чувствуя, как на смену горящему горлу приходят горящие щеки. Да я просто к черту сгорю в этой Испании, да и все!

Я на самом деле не понимаю, что чувствую и что должна чувствовать. Ну должна ведь что-то, да? Расставание после нескольких лет серьезных отношений совершенно не может пройти без следа, но по приезде в Испанию мои чувства словно атрофировались. Насколько плохо мне было в первые сутки, настолько сейчас мне… пусто? Я не понимаю, действует так на меня эта страна, подруги и, что скрывать, Андрей, или это просто пока моя нервная система меня оберегает? Бомба замедленного действия, которая потом взорвется и мне придется идти к психологу? Надеюсь, что нет… Но я, странно, не страдаю, и мне даже стыдно за это. Ведь я любила Марка и… люблю? До сих пор. От расставания-то всего несколько дней прошло. И я не осознала еще до конца, наверное, поэтому так…

– Кареглазка? – Андрей касается пальцем кончика моего носа и опускает на ноги прямо в воде. – О чем задумалась?

Обо всем, если честно. В секунду даже о том, что я ужасно веду себя, прыгая в койку к другому мужчине сразу после расставания…

– Я не знаю, – качаю головой, признаваясь ему в своих чувствах. – Я, кажется, чувствую укол вины за ночь, что провела с тобой. Я же только рассталась, это неправильно, а я повела себя как…

– Неправильно бить девочек, Яна, – нервничает Андрей. – Не делать их счастливыми неправильно. Доводить до истерик и нервных тиков. Это неправильно. А… тебе было хорошо?

Он спрашивает это так внезапно, что я замираю и округляю глаза. Краснею снова, легонько киваю. Мне хорошо от одних только воспоминаний, в тот момент было просто восхитительно.

– Да…

– Ну вот. И это – правильно. Поэтому выкинь чушь из головы, пожалуйста. И давай еще раз все обсудим и поговорим, да?

Я не знаю, о чем он хочет поговорить, но тоже чувствую эту потребность. Мы встретились, воспоминания о хорошем общем прошлом не дало нам подумать над поступками, мы поддались страсти и моменту и потом, разговаривая, все еще были на этих эмоциях. А сейчас нам нужно говорить с холодной головой, все обсудить и расставить все точки там, где они требуются. Потому что он пока не понимает моего поведения, а я – его. Он ведет себя так, словно мы завтра женимся! Я не была готова к такому…

– Давай, – соглашаюсь с ним.

– Тогда пойдем прогуляемся? Есть тут одно красивое место… – Он улыбается очень искренне. Всегда. Сколько помню его. Его улыбка отражается в глазах, они никогда не обманывают, и, даже не глядя на губы, можно понять, когда Андрей веселится. Сейчас именно этот момент.

Мы выходим из воды, и я подхожу к девочкам, чтобы забрать свои вещи и сказать им, что мне нужно отлучиться ненадолго.