Почему я помог Даше первый раз? Попросил Тоха. Ну, мне реально не было сложно. Что послужило причиной помогать ей и дальше? Причем помогать всегда. В магазине, на почте, отвезти, привезти. Я только сейчас осознаю, что вполне серьезно из-за Даши отправил домой Кристину, с которой мы могли бы провести жаркую ночь. Выбрал воющую на плече девушку вместо секса? Леха, ты крупно попал.

Я не знаю, когда это случилось. Такое ощущение, что всегда было. И как избавиться теперь от этого? Я, блядь, не хочу отношений. Я в них не верю. Любовь дерьмовая. Мне было восемнадцать, когда мы поженились, а в двадцать меня бросили ради богатенького Буратино, хотя я искренне верил, что мы любили друг друга, и делал все, чтобы заработать денег для семьи. А меня мордой ткнули в то, что вся забота, любовь и старания – это дерьмо собачье и что всегда найдется тот, кто будет лучше. Я не хочу больше, мне это на хер не надо. Я в двадцать лет это схавал, пострадал и дальше пошел. А в двадцать семь с хвостиком я не хочу, чтобы меня кидали. В двадцать семь я хочу стабильности и уверенности в завтрашнем дне. Мое одиночество стабильно. Зарплата тоже. Мне всего хватает!

Кроме Даши.

Ну бля…

Пересаживаюсь ближе к окну, смотрю во двор спорткомплекса. Наши многие не сели еще. Вон Колос со своей целуется, Сава обратно вышел, на руках свою мелкую держит, другие пацаны со своими. Провожают, обещают скучать.

Тоха стоит. С Крохалевой.

Она мне реально понравилась, когда только пришла к нам. Думаю, не только мне, не считаю Коваля, конечно. Не, ну девчонка красивая, возраст хороший, не малолетка, мозг вроде на месте. Я слишком ухаживать не пытался, сам себе понимал, что ничего серьезного не будет, хотя первое время прям тянуло меня. И даже ревновал, когда видел, как Коваль к ней яйца катает, а она отвечает взаимностью. Мне не отвечала почти никогда.

Смотрю на них сейчас. Стоят от всех подальше, как будто не видит никто, обнимаются, шепчутся. И вот вообще никаких эмоций. Ну, рад за них. Надеюсь, сложится. Больше никаких.

А вот при взгляде на все парочки в целом в груди ноет немного. Идиотское желание, чтобы и меня вот так провожали, встречали. Хочется. Чтобы ждал кто-то.

Закрываю шторку, закрываю глаза, откидываюсь на сиденье. Это точно полный крах.

Надо спать. Просто уснуть и хотя бы пару часов дороги не морочить себе мозг. Не думать о рыжей. В конце концов, может, эти три дня пройдут без встреч с ней, остыну. Дома не смог, потому что ее окна перед глазами были, а тут что? Ни намека на рыжую! Кроме царапин на плечах и спине…

Сажусь поудобнее, дремать начинаю быстро, слышу, как в автобус заходят все остальные, мы едем. Кто-то ржет, кто-то, так же как я, пытается уснуть, в салоне негромко музыка. Нормально. Терпимо. Главное, что нет рыжей. Надо еще думать о ней перестать, и совсем хорошо будет. Главное, чтобы она на эсэмэску ответить не вздумала. Прочитай и забудь, Даш, я тебя очень прошу, я не вывезу этого дерьма в душе, мне оно нахер не надо.

Но Даша не отвечает. Даша звонит.

Твою мать, Рапунцель…

– Алло. – Я беру трубку после раздумий, надо ли оно мне вообще.

– Звоню проверить, точно ли ты жив, а не написал сообщение под давлением Владимира и дулом пистолета, – говорит рыжая очень сонным голосом. Только проснулась, получается.

– Не жив, рыжая, сдох от недосыпа. Нормально все, видишь? Никто меня не тронул.

– Хорошо, – говорит она негромко, а потом замолкает. Неловкость, добрый вечер, тебя не хватало. – Ну, ладно. Тогда хорошо.

– Хорошо, – улыбаюсь в ответ и бросаю трубку.

Прячу улыбку, сам себя заставляю, но тут приходит сообщение, и предательница сама собой на лице тянется.

Рыжик: Удачи на играх! Береги себя.

Рыжик: Удачи на играх! Береги себя.

Да ну, Даша, ну что ж ты творишь…

Глава 24

Глава 24

Леша

Мы выигрываем первую игру с разгромным счетом. Боевой дух как никогда на высоте. Нужно еще выиграть завтра, а послезавтра утром с чистой совестью валить домой.

Игра была тяжелая, но мы справились, это главное. В последнее время команда показывает хорошие результаты, тренер хвалит, побед больше, зарплаты выше. Одни плюсы. А нам много и не надо. Стимул есть, чтобы стараться, мы и стараемся. Ну и за команду, конечно.

Спонсоры какие-то новые, рекламы. Пацаны помладше на популярности среди девчонок выезжают, потому что городок у нас не слишком большой, о команде уже все знают, вот и бегают, на трибунах пищат, футболки скупают. А эти рады стараться.

– Выиграли, малышка. – Слышу голос справа, поворачиваю голову. Колос. Уже воркует со своей по телефону, а мы еще из раздевалки не вышли. Как и половина других мужиков в телефоны лыбятся. Бесят, как никогда раньше. Как будто все назло мне решили тут розовых соплей размазать. Когда я стараюсь внутри себя это все свернуть в начальной стадии. Это как когда решил на диету сесть, а вокруг тебя все с тортами и стейками ходят. Невозможно сдержаться же, хочется плюнуть на все и сожрать этот вкусный торт.

А где мой торт-то? Который сожрать хочется. Торт дома. Под охраной собаки, здорового мужика и вредного отца, который меня возненавидел за то, что я на его дочери деньги отказался зарабатывать. Бинго, блядь, просто. Тут даже если решишься плюнуть на все и себе этот торт забрать, подобраться к нему почти нереально.

Другой вопрос – надо ли самой сладости, чтобы я ее забирал?

По-хорошему надо бы признаться во всем и не ходить вокруг да около, как подростку. Чего ждать-то? Нравится девчонка – надо забирать.

Но гребаные тараканы в моей голове просят попробовать о ней забыть. А еще очень тупо и по-детски не хотят слышать отказа. Да, травмы, связанные с разбитым сердцем и предательством, бывают не только у маленьких и хрупких девушек. И чувствуется это очень и очень дерьмово. Поэтому я переодеваюсь чуть быстрее остальных и сваливаю в гостиницу, что находится через дорогу. С удовольствием пошел бы прогуляться по городу и подышать воздухом, но у нас запрет на прогулки на выезде, поэтому придется торчать в номере с Серым. Этот тоже кислый ходит, как Аленка наша уехала. Герой-любовник, блин.

– Лех, стой! – Я слышу голос Коваля сзади, как только выхожу из ледового дворца. Оборачиваюсь, жду, пока догонит. Интересно, че ему надо вдруг от меня? Как с Ольгой Сергеевной нашей связался, так мы вообще почти перестали общаться, хотя раньше, можно сказать, дружили. – Подожди. Чего надо, Коваль? Я в гостишку, ты туда же?

– Было бы куда еще, – усмехается он. Это точно. Все хотели бы после игры отдохнуть, расслабиться, в кафешку сходить, но сидим в номерах, как мыши в норах. – Слушай, – продолжает он, когда мы вместе по тротуару идем, – у нас не заладилось с тобой в последнее время, признаюсь, ревновал как идиот.

– Меня? – Я ржу. – Милый, я люблю только тебя, ну чего ты.

– Тогда я счастлив, – отвечает он и сразу спокойнее становится. Терять друзей из-за девчонок не очень весело, особенно когда предпосылок нет к этому. – С Дашкой общаетесь, да? – вдруг спрашивает Коваль, а мне врезать ему хочется. Всем миром будем надо мной издеваться? Мало того, что все идиоты влюбленные, так еще и разговоры о рыжей. Этого не хватало только.

– Ревнуешь?

– Ну тут точно только тебя, – усмехается он.

– Общаемся немного. – Я киваю. Ну а че скрывать? Общаемся же. Без подробностей, конечно. Я понимаю, что их связывало, но к Ковалю не ревную. Он так в свою Кроху врезался, что не удивлюсь, если ее фотку под подушкой держит.

– Дашка хорошая девчонка, – говорит он как бы невзначай. Как будто о погоде.

– Сватаешь?

– Просто говорю. – А сам ржет. Ну конечно, просто. А я тут идиот, стою и ничего не понимаю, да. – Ей по жизни одни идиоты попадаются.

– Вроде тебя? – Ржу, когда он кивает. Признаётся, уже хорошо. – Я такой же идиот, Коваль. Ни хуже, ни лучше. А рыжая и правда хорошая.

Желания обсуждать Рапунцель на самом деле больше нет. Особенно с Ковалем. Просто потому что это по отношению к Даше некрасиво. Бывший, недо-настоящий. А она одна там, надеюсь, в порядке.

Падаю на кровать в комнате после душа, открываю мессенджер, сразу на сообщение Дашки натыкаюсь. Вчерашнее, что в автобусе мне пришло. Мы не общались больше. Целые сутки тишина. Я не пишу, она молчит. Надеюсь, с ней все хорошо и она тупо обо мне не вспоминает. А если нет?

Да твою мать, а!

Уверяю себя, что пишу ей для того, чтобы удостовериться, что она жива и здорова. Учитывая ее ситуацию, случиться может что угодно. Но с порога спрашивать, в порядке ли она, наверное, очень тупо. Подумает еще что, испугается сильнее.

Смотрю на последнее сообщение, удачи на играх желала. Содержание сообщения само собой на ум приходит.

Чудовище: Мы выиграли.

Чудовище: Мы выиграли.

Жду не больше минуты, как сообщение галочкой «прочитано» отмечается, а потом вижу, что Дашка печатает.

Рыжик: А я знаю, на вашем сайте результаты полчаса назад выставили:) Чудовище: У нас есть сайт?!

Рыжик: А я знаю, на вашем сайте результаты полчаса назад выставили:)

Чудовище: У нас есть сайт?!

Оказывается, есть. И фотки там тоже есть. Мне даже прилетает одна от Дашки, где меня хорошо видно. Она говорит, что я очень серьезный и это совершенно на меня не похоже.

Спрашиваю, как дела. Рассказывает про Вольта, дразнит печеньем, что испекла. Жалуется на Владимира и одиночество, спрашивает про хоккей. Просит подождать полчаса, убегает в душ, а я сижу и как идиот пытаюсь отогнать от себя все те воспоминания из душа с ней. Как забыть-то? Непосильная задача какая-то, я о ней сутками уже думаю.