– Я живой мертвец, красавица. А тебе нужна была защита. Я ведь обещал тебе, что моя семья позаботиться о тебе.
– Ты – моя семья!
Я даже не останавливаю Дину, когда та начинает махать кулаками. Бьет меня по груди и плечам, обходит поврежденное место стороной. Удары у неё хорошие, сильные.
Девчонка выплёскивает свою злость, страх, не только за мой поступок – весь день у неё плохой получился. Поэтому я не держу, позволяю это. Только прижимаю, когда начинает снова плакать.
– Ну всё, моя хорошая, - шепчу, глажу по волосам. Целую в висок, а Дина отворачивается, прячет свои слёзы. – Всё закончилось, слышишь? Мамедова больше нет, он тебя не тронет. Никто не тронет.
– Ты… Ненавижу тебя. Очень сильно.
– Знаю, красавица, знаю. Ненавидь.
– Пфф, мне твое разрешение не нужно. Мужа можно ненавидеть просто так.
– Кстати, об этом…
Я вздыхаю, впереди самый сложный разговор.
Слова девчонки, сказанные недавно, очень крепко застряли в голове. Выжигают мозг, подталкивая к непростому решению. Правильному, но… Самое правильное – всегда чертовски трудно сделать.
Я бы с удовольствием похитил сейчас красавицу и увёз так далеко, как только можно. Но стою на месте. Цепляюсь за собственные принципы, чтобы окончательно поехавшим не стать.
– Красавица, - шепчу, на секунду прижимаясь к её губам. Ловлю короткий вздох, втягиваю запах её тела. Моя прекрасная жена. Пока что моя. – С Мамедовым всё закончилось. Помнишь, что мы обсуждали в самом начале? Когда я предложил брак.
– Смутно.
Хочется послать всё.
Замять разговор и жить дальше. Неправильным браком, которого не должно было быть. Но я так не могу, да и сама Дина сказала, что её подобное не устраивает.