– А где Даня? – спросила она.

– Рыщет, как гончая, по всей площади зала, – сказал Ваня и показал рукой куда-то в центр танцующих. Нина проследила за его рукой и увидела, как Даня обнял девушку, а она влепила ему пощечину.

– Обознался, – прокомментировал Ваня и тоже, видимо, в знак солидарности, приложил ладонь к щеке.

Вдруг около них оказалась девчонка помладше. С горящими глазами и улыбкой на губах, она смело сказала Ване:

– Молодой человек! Молодой человек! Песня крутейшая, пойдем танцевать! Ну пойдем!

И она утащила обескураженного и растерянного Ваню в гущу толпы, как русалка утаскивает на дно моряков.

Нина посмотрела на Тусю. Она стояла, все так же обнимая себя руками, и кусала губу, глядя пустым взглядом в толпу. Нина коснулась Тусиного плеча, чтобы привлечь ее внимание, и спросила:

– Вы с ним что…

Туся пожала плечами:

– Он слышал то, что я говорила тебе на твоем дне рождения. Помнишь, что я говорила?

– Так…

– Он потом спросил меня об этом… А я стала говорить, что он все не так понял, что, конечно, я нисколько не влюблена в него.

– Зачем?

– Страшно стало, растерялась…

– Так скажи ему. Запинаясь, как можешь, но скажи, что он для тебя не просто друг.

– Да зачем, – она махнула рукой, – лето скоро закончится. Он опять с родителями на другой материк улетит. Толку-то от этого всего… Только разбережу…

Нина ничего не сказала. Лето действительно подходило к концу, нужно будет возвращаться в город… Нина судорожно вздохнула. Боже мой! Как они с Никитой будут?

Когда Никита вернулся к ним, сказал, что пока все тихо, «никакого кипиша не предвидится», и пригласил потанцевать, Нина решила выкинуть из головы мысли о будущем. К ним она вернется в конце августа. Еще три недели спокойствия у нее есть – это уже немало.

– Подожди, – сказала Нина, когда Никита потянул ее к танцующим, – Тусю одну не хочу оставлять.

Никита кивнул. Он всегда с пониманием относился к Тусе.

– Все хорошо, – улыбнулась Туся. – Идите, правда все хорошо. Я тут постою. Кажется, Ваня должен скоро вернуться. Иди, – добавила она с улыбкой, видя Нинины колебания.

Нина наконец успокоилась и позволила Никите увести ее в центр зала. Играющую песню Нина не знала, но, когда Никита крутанул ее, она рассмеялась, запрокинув голову, и перестала обращать внимание на окружающий мир. Танцевали они всегда с Никитой особенно: полтанца просто целовались.

Вдруг Нина почувствовала, как напряглись Никитины руки, лежащие на ее талии. Нина быстро обернулась и успела заметить только, как Даня вышел на улицу. Если Никита напрягся, значит, Даня был не один.

Никита пошел следом. Нина – за ним. На улице они услышали женский крик и перешли на бег. Даню и Настю они нашли за «Клубом». На земле валялся Настин парень. Нина вдруг поняла, что так до сих пор и не знает, как его зовут. Губа у него была рассечена, а сам он выглядел ошеломленным. Похоже, не ожидал, что Даня его с ног свалит. А Даня всегда был спортивным парнем, лучше всех нормативы в школе сдавал, хоть и лентяй.

Никто из них не обратил на Нину и Никиту внимания.

– Ты че, дачник, охренел?

Настя выглядела раздраженной.

– Я прошу тебя, уходи! – сказала она.

Нина ничего не поняла. Почему Настя говорит это Дане? Может быть, хочет защитить его? Но тон и взгляд…

Даня, еще секунду назад взбешенный, как бык во время корриды, вмиг стал растерянным.

– Насть, ты чего… Я же помочь пришел.

– Да кто тебя просил помогать? Защитник, блин, – она присела около своего парня. – Не нужна мне помощь. Не люблю я тебя. И переезжать ни в какую квартиру ни в каком городе я не хочу.

Даня схватил Настю за плечи и поднял.

– Это он тебя запугал, да? Насть, я тебя защитить могу! Правда могу! Пошли его к черту, Насть, ничего не бойся!

Настя забила кулаками по его груди.

– Да я русским языком сказала, что не хочу! Отцепись ты!

– Настя!

Тут Настин парень резко вскочил, оттолкнул от нее Даню, размахнулся и ударил. Даня не был готов отразить удар. Он упал.

Нина взволнованно вздохнула и прижалась к Никите, который был весь напряжен и внимательно следил за происходящим.

– Слушай, – сказала Настя Дане, видимо, пожалев, – ты симпатичный парнишка. Я виновата, не устояла. Кто ж знал, что ты так серьезно все воспримешь! Попритворялась немного кисейной барышней, а ты поплыл. Я Федю люблю… – Ах вот как его зовут! Нина бы со смехом заметила, что имя слишком милое для главного бандита деревни, если бы могла сейчас смеяться. – Федя меня уже простил за тебя. Отстань!

Даня поднялся, сжал кулаки и бросился на Федю.

– Сделай что-нибудь, – прошептала Нина Никите.

– Один на один. Все честно. Разнимать бесполезно. Другу твоему надо поставить точку в этой истории. Если будет опасность для жизни, вмешаюсь, – ответил Никита.

Нина затаила дыхание и иногда закрывала глаза. Сложно и страшно смотреть на насилие. Даня был расстроен Настиными словами, ослеплен яростью, не мог сосредоточиться и постоянно пропускал удары. Через несколько минут он упал, а Федя стал бить его ногами в живот. Нина посмотрела на Никиту. Когда же он вмешается? Наконец Никита бросился к Феде и оттащил его от Дани.

– Все! Хватит! – сказал он громко. – Он уйдет и точно больше здесь не появится.

– Я уже его, суку, предупреждал! – орал Федя с налитыми кровью глазами.

– У парня знаешь какие родители? – спокойно, но громко продолжил Никита. – В уголовку захотел? Он сейчас свалит.

– Еще хоть раз увижу тебя, урою на хрен! – Федя тяжело дышал от бешенства.

Нина решилась подбежать к Дане и помочь ему встать. Из носа и рта у него текла кровь. Даня не мог выпрямиться, и хрупкая Нина сама сгибалась под его весом.

– Ваня! – крикнула Нина, когда увидела друга у входа в «Клуб». Наверно, он искал их.

Ваня подбежал к ней, взял Даню под другую руку и помог завести в помещение. Даня морщился и прижимал ладонь к животу, но молчал. Нине почему-то казалось, что его мучает совсем не физическая боль…

– Живой? – спросил Никита, вдруг появившись рядом. Он оставался и держал Федю, пока Нина уводила Даню. Видимо, хотел убедиться, что тот не нападет со спины. – Живой! Ничего, до свадьбы заживет! Ваня, веди его к Жекиной машине, помнишь ее? Я сейчас позову его.

Нина решила не терять времени и найти Тусю. Она стояла в углу, глядя в пол, где они ее и оставили.

– Куда вы все пропали? – спросила Туся взволнованно, когда Нина взяла ее за руку.

– Пойдем. Нужно убираться отсюда!

Добежав до машины, девочки увидели, что Даню уже усадили. Но мест в автомобиле по-прежнему не хватало. Решили, что поедут Туся, Ваня и Даня. Даня – потому что пострадавший, Туся позаботится о нем дома, Ваня поможет дотащить до комнаты, а Никита проводит Нину. Все согласились, и машина тронулась.

Глава двадцать пятая

Глава двадцать пятая

«Лада» скрылась в лесу, и Нина с Никитой быстрым шагом направились следом. Нина нервничала и постоянно оборачивалась.

– Как думаешь, он не догонит нас?

– Нет, – сказал Никита спокойно, но тоже обернулся. – Он выпустил пар. Повезло твоему другу, что сегодня Федя был без своих головорезов.

Нина промолчала.

– Не понимаю, что с Настей не так?

Никита пожал плечами:

– Просто такой тип. Постоянно хвостом перед чьим-то носом покрутит, а потом начинается…

– Так он все-таки не бьет ее? Зачем про такое врать? И Даня говорил, что видел синяки…

– Кто знает. Видимо, она считает, что это любовь. Ты же видела… Некоторых просто не нужно спасать, потому что они не хотят. Жалко ее, конечно, неправильно это, но такой тип… – Никита еще раз обернулся, потом достал сигарету и зажигалку, на секунду его рот и пальцы осветились, а потом пропали в темноте.

– Ничего не понимаю… Зачем же ты тогда Дане такой хороший совет дал, если знал?

– Ну, во‐первых, чтобы он слоном не был. Ты же притчу знаешь, да? А во‐вторых, хотел, чтобы он держался отсюда подальше. Пусть лучше занят будет, пытаясь ей помочь, чем пытается набить морду Феде. Я тебе говорю, – Никита выдохнул сигаретный дым, – его бы пырнули, если бы он продолжил лезть. Просто повезло, что вот так все получилось сегодня. Охренеть, как повезло.

Оставшуюся дорогу они почти не говорили. Только у ворот своего дома Нина спросила:

– Сколько времени?

В августе темнеет уже рано, поэтому Никите пришлось поднести руку с часами прямо к глазам.

– Одиннадцать. Ты молодец, – Никита обнял ее, – хорошо держалась.

– Очень страшно было, – Нина коснулась носом Никитиной шеи и замерла.

Она почувствовала, как Никита хохотнул.

– Что такое? – спросила Нина.

– Не получается у нас с тобой «просто потанцевать».

– Зато интересно.

– О да, – протянул он. – Какое счастье, что не каждое наше свидание проходит по такому сценарию. Я бы уже двадцать один раз поседел.

Нина улыбнулась, еще крепче прижалась с Никите, поцеловала его и заставила себя отстраниться:

– Меня уже, наверно, ждут. Пока. И спасибо за Даню.

Никита кивнул. Взбежав на крыльцо, Нина обернулась, чтобы помахать ему, а потом зашла в дом. Здесь стояла тишина. Неужели все уже легли спать? Даже пол нигде не скрипел. Нина поспешила на цыпочках к лестнице, но вдруг услышала из кухни мамин голос:

– Нина, подойди сюда.

Нина прикрыла глаза и сказала громким шепотом:

– Я устала, мам. Не сегодня, – и поднялась к себе.

Но стоило ей накинуть на себя халат, как дверь комнаты открылась и вошла мама. Она никуда не села. Так и осталась стоять в двери.