Как раз в тот момент, когда я опускаю голову, в поле зрения появляется еще одна пара ног.

– Ты идиот, ты это знаешь.

Я вскидываю голову, широко раскрыв глаза, когда вижу Кэптена, стоящего там с жестким взглядом.

– Открой глаза, Мэддок.

– Мои глаза открыты, Кэп. – Я вскидываю руки. – Я принимаю то, что есть.

– Забыв, кто мы такие, – рычит он.

– Что это вообще значит, брат?

– Если тебе нужно спрашивать, может быть, это и к лучшему. – Он делает шаг ко мне, Ройс за его спиной. – Я просил тебя доверять мне. Ты сказал, что доверяешь.

– Думаю, я не предусмотрел, что ты будешь так готов и рад, не говоря уже о том, что так быстро, но, может быть, я был слеп, брат. Может быть, я все это время предвидел. Вот почему ты не поцеловал ее в домике? Боялся, что не сможешь отпустить, как только попробуешь?

Его правый хук попадает мне в лицо, и моя голова откидывается в сторону, кровь течет из губы, но я даже не морщусь.

Я знаю, что это причинило ему больше боли, чем мне, он даже еще не должен был выписываться из больницы.

Он проносится мимо меня, толкая тем же плечом, в которое его ранили, даже не поморщившись.

Ройс в мгновение ока останавливается передо мной.

– Я должен выбить тебе зубы, – выдавливает он, но затем его глаза опускаются, и он отводит взгляд.

– Дерзай, брат. – Я сплевываю кровь на землю, но вместо этого она попадает мне на ботинки. – Держу пари, что сейчас самое время.

Его челюсть дрожит, и он смотрит вслед Кэптену, но шипит мне:

– Зачем соглашаться вернуться, если ты планировал забыть все, за что мы боремся?

С этими словами он уходит, и в следующую секунду меня окутывает рев двигателя и пыль от стертых шин.

Я опускаю голову на руки и сажусь на ступеньки крыльца.

– Ты знаешь, – раздается у меня за спиной, и я опускаю голову, – раньше я думала, что ты самый умный.