Машина останавливается, и из нее выходит не кто иной, как Коннор, мать его, Перкинс, бывший директор нашей школы, бывший друг нашего отца и мой биологический отец.
Я иду к нему, закипая от злости.
– Тебя сюда не приглашали!
– Где она? – выпаливает он, игнорируя меня.
Ах вот как…
– Ты не увидишь мою дочь! – У меня чешутся руки.
– Нет, Кэптен. Ты не так понял. Где Виктория?
Мои мышцы напрягаются.
К нам подходит Ройс.
– Почему тебя это волнует, Перкинс?
Плечи бывшего директора опускаются, взгляд у него растерянный.
– Вы прогнали ее, не так ли?
Мэддок проталкивается вперед.
– А если так?
Перкинс еще больше съеживается.
– Может быть, я совершил ошибку… Наверное, я подумал… – Он замолкает. – Не важно.
– Нет-нет-нет. – Ройс выхватывает у него ключи от машины и кладет в карман. – Не уедешь, пока не скажешь, что хотел сказать. С чего это ты вдруг заботишься о бедной девочке из общаги?
– Думаю, она в опасности, – почти шепчет он.