Она обхватывает мои ноги своими, я поднимаю ее, поддерживая под ягодицы, и прижимаю к себе; она ахает.

Нет, не здесь…

Вылетаю из душа и несу ее на кровать. Мы падаем на шелковое покрывало, ее ноги сомкнуты вокруг меня, а руки скользят мне в волосы у основания шеи.

Виктория приподнимается и целует меня, ее бедра сжимаются, и я толкаю свой член внутрь.

Он погружается в упругий жар, и я кричу:

– Черт возьми, детка…

Толкаюсь снова и снова, стараясь не спешить. Ее голова откидывается назад, и я пользуюсь этим – мой рот прокладывает дорожку поцелуев по ее шее. С каждым моим поцелуем ее спина выгибается сильнее, вгоняя меня глубже, а я, пробежавшись губами от ключицы до соска, втягиваю ее сосок.

– О-о-о… – хрипит она, двигая бедрами, и я слегка кусаю ее. Моей малышке нравится, когда с ее сосками играют.

Ноги Виктории поднимаются, она начинает тяжело дышать.

– О-о-о… Кэптен, м-м-м, – стонет она, ее руки скользят по моей спине, притягивая к себе.

Я ложусь на нее, продолжая работать бедрами, и ее стоны летят прямо мне в ухо, зажигая меня все больше.

– М-м-м… Сильнее… Еще…

Ее ноги раздвигаются шире, и я толкаю член так глубоко, как могу. Стенками влагалища она сжимает его.

Вдавливаю ее в матрас, наши стоны наполняют все вокруг. Огонь распространяется по моему паху, мышцы напрягаются, теперь я двигаюсь все быстрее и быстрее. Когда ей становится слишком хорошо, чертовски хорошо, она не пытается меня остановить, и я продолжаю, зная, что ее оргазм уже подступил.

Вонзаюсь глубже, толкаясь, и ее громкий стон летит мне прямо в ухо.

Дергаюсь, наполняя ее, и мой лоб прижимается к ее лбу.

– Черт, м-м-м… – Толкаю сильнее, и она окончательно улетает. Как и я.

Медленно ее мышцы расслабляются, и я собираюсь слезть с нее, но она обхватывает меня руками, удерживая на себе.

Руки рисуют маленькие круги на моей спине, дыхание приходит в норму.

– Эй, Кэп? – шепчет она.