Это она мне?

Скольжу свободной рукой в карман, но тут чувствую острый, как лазер, взгляд Бастиана.

Он знает.

Он знает, что я готова принять вызов. Он знает, что я сильный противник. Он ценит меня, от чего я готова замурлыкать, как котенок, но глазами он говорит: «Прекрати, богатая девочка. Не связывайся с ней».

Я морщусь.

Он беспокоится об этой сучке или о том, как отреагируют остальные?

Бастиан демонстративно смотрит на мою шею. На ошейник, который сам на мне застегнул.

Что-то шевелится в моей груди, и я отпускаю Ройса.

Драка возобновляется, и мне остается только наблюдать, как они мутузят друг друга. У Бастиана звериная выносливостью. Он может драться весь день.

Бас хватает Ройса за горло и сжимает до тех пор, пока лицо парня не приобретает тревожный фиолетовый оттенок. Учитывая, что мы в меньшинстве, вдвойне тревожный. Но в последнюю секунду Бастиан ослабляет хватку.

Они оба вскакивают, затем раздается нежный голос:

– Ребята, вы закончили?

Мои брови подпрыгивают, это та самая пигалица, которую я зацепила взглядом, и по тому, как каменеет Бастиан, становится ясно, что это Бриэль Бишоп.

Она почти на полметра ниже его, волосы у нее шелковисто-белые – полная противоположность его чернильно-черным. В ней есть какая-то мягкость, беззащитность, что странно, учитывая, в каких условиях она росла.

Она такая же чудесная, какой он ее описывал. И даже лучше. Опыт научил меня, что внешность может быть обманчивой, но сейчас я уверена, что это не тот случай. Она и правда чудесная.

– Ты в его доме… – Голос Бастиана меняется, в нем переплетаются благоговение и ужас, когда он подходит ближе. – Я знаю, что это место значит для них, для него. Если ты здесь, значит, ты…

– В его сердце? – говорит Бриэль. Даже в гневе у нее любящий тон.

Мне становится тепло. Ее брат заслуживает этого.

Я не вижу лица Бастиана, но его плечи начинают напрягаться, отказываясь принимать сказанное.