Ага, ему больно!
Дергаю сильнее.
– Сиди
– Я и так сижу, – ухмыляюсь, глядя на его лицо в красных пятнах.
Насладиться его гневом я не успеваю, потому что Ройс снова открывает рот:
– Эй, отродье Памелы Андерсон! Убери свои чертовы руки, или у тебя будут проблемы.
Серьезно?
Выпячиваю нижнюю губу:
– Ой, напугал. У меня и так проблем до фигища, еще одна ничего не изменит.
– А как насчет того, что все закончится ножом в чьем-то боку? – достигает моих ушей женский голос, и мы, все трое, одновременно поворачиваемся.
На крыльце стоит очень красивая, но во всех отношениях противоположная мне темноволосая девушка с той вечеринки. Это с ней Бастиан так мило ворковал, а мне отказал даже в секунде внимания.
Рэйвен. Ее зовут Рэйвен.
Я настолько сосредоточена на ней, что едва замечаю пигалицу, стоящую там же, и других братьев Брейшо.
Из упрямства снова дергаю Ройса за вихры, и глаза Рэйвен клещами впиваются в меня. Она открывает нож и проводит им по пальцу.
– Давненько мне не приходилось пользоваться этой штукой, – усмехается она.
Что?