До предела, насколько это возможно, вхожу в нее. Касаюсь ее сосков, и она задыхается, тянет меня за волосы, но я не сбавляю темп.
– Я ждала этого очень долго, Тобиас, очень…
Она еще выше приподнимает бедра, ища облегчение. Но я хочу растянуть удовольствие.
Упираюсь коленями в матрас и отрываю ее попку от дивана. Осторожно вынимаю член и вновь ввожу его, ускоряя темп. Правая рука опускается на клитор, левая тянется вверх и захватывает сосок. Мейер извивается подо мной, а когда я снова нахожу нужную точку, стонет на грани исступления.
Что-то в ее глазах меняется.
Все меняется.
Интуитивно тянусь за одеялом позади себя. Нащупываю край и накрываю нас с головой. Опускаюсь на нее, не оставляя свободного пространства. Грудь к груди, глаза к глазам.
– Мейер, – шепчу, прижимаясь к ней лбом. Ее губы изгибаются в нежной улыбке. Она слегка приподнимает подбородок и шепчет в ответ:
– Тобиас…
Трахаю свою малышку не спеша, пока она не начинает кусать губы, чтобы не закричать. Но мне это и нужно. Я хочу слышать ее.
Прижимаюсь к ее рту, и она стонет во мне. Ее тело содрогается подо мной, и она рассыпается на тысячу частей. Пульсирует и сжимает меня, а я рычу, погружая руку в ее волосы.
– Кончи в меня, – умоляет она.
– Хорошо, малышка.
Вхожу настолько глубоко, насколько возможно, и заканчиваю в ней.
– Ты дрожишь, – шепчет она.
– Мне так же хорошо, как и тебе, – говорю я и делаю несколько завершающих толчков под свой собственный рык.