На самом деле я знаю, как поступлю. И это единственно верный вариант. Других попросту не может быть. Мне не хватит ни смелости, ни сил, чтобы подставить Ярослава. Не после того, сколько всего он для меня сделал. И не после того, как я без памяти влюбилась.

В офис снова прихожу раньше всех. Сегодня, правда, причина очевидна – бессонница. Нужно утонуть в работе, чтобы потом выбраться из нее. Я даже написала несколько постов на пару дней вперед, теперь только дождаться согласования от Игоря, и можно будет идти с повинной к Евсееву.

Может, даже уволиться одним днем, чтобы потерять доступ к данным и чтобы Артур не мог меня шантажировать.

– Так и знал, что ты снова придешь первой. – В коридоре меня перехватывают сильные руки. Я улыбаюсь, потому что прекрасно знаю, кто их хозяин.

Ярослав затаскивает меня в кабинет и щелкает замком. Здесь темно, я тут еще не была, а вот Ярик ориентируется превосходно. Усаживает меня на стол и расстегивает пуговицы на пальто.

– Рабочий день еще даже не начался, а у меня уже испортится прическа, – смеюсь. А еще здесь немного душно. Или это я от волнения. Думала ведь, что у меня еще несколько часов в запасе, а теперь получается, что считаные минуты.

– Я постараюсь аккуратно. – И правда, как фарфоровой касается. Невесомо почти, но мне хватает, чтобы вспыхнуть.

Сегодня я чувствую все особенно остро. Возможно, это все в последний раз. Я бы на месте Ярослава предпочла держаться от меня подальше. Так хлопот меньше, а спокойствия больше. Молчу. Думаю, думаю, думаю. Сейчас или позже. Оттянуть казнь и предаться сладкой неге или все-таки рвануть резче, чтобы меньше мучиться?

– Что-то мне подсказывает, что ты постараешься меня убить после того, что я тебе расскажу. – Уворачиваюсь от поцелуя. Яр настырно чмокает меня в щеку. В глазах щиплет. Я сейчас как маленькая девчонка. Как же тяжело ломать идеально выстраивающуюся жизнь!

– Ни фига себе прогрев, Яна. – Ярик не отступает, наоборот, оказывается еще ближе, скользит ладонями по спине. – Давай, жги. – Он спокоен, хотелось бы взять немного непоколебимости себе.

– Вчера ко мне приходил Артур. – Останавливаюсь. Дышу. Вдох. Выдох. Прикрываю глаза, боюсь посмотреть на Ярослава. Я чувствую, как он напрягается. Спасибо, что не торопит и ждет. – У меня есть часть разговора, я записывала до твоего звонка. В общем, он знает, что мы были женаты. Понятия не имею, как он добыл эту информацию, но он готов пустить ее в ход, если я не пришлю ему все внутренние документы «Монолита».

Ярик молчит. Тишину выдержать труднее, чем крики. Я вся сжимаюсь. Не смогу принять его решение уверенно. Меня уже выворачивает наизнанку, хотя не произошло ровным счетом ничего.

– Сколько времени он тебе дал? – единственный вопрос, который он задает.

– Он не сказал, – растерянно качаю головой. И я не спросила, тоже молодец.

– Значит, еще с тобой свяжется. Либо ждет, пока на связь выйдешь ты. – Хмурится, но не прекращает меня трогать.

– Прости, что из-за меня столько проблем. Я все пойму, Яр, и, если надо, напишу заявление, чтобы Артур до тебя не дотянулся. – Ерзаю, надеясь сползти. Ярослав мягко подталкивает меня обратно.

– Так, страдальческие настроения мы отодвигаем, – произносит строго. Что он имеет в виду? Я ничего не понимаю и не соображаю. Ярик осторожно касается подбородка и поднимает мою голову. – Ян, посмотри на меня. – Не могу отказать в простой просьбе. В его взгляде нет осуждения, и от этого чуточку легче. – Я люблю тебя, Яна, и не собираюсь от тебя отказываться из-за какого-то самодура, возомнившего себя царем.

Любит. Он сказал это. Вот так просто, честно и открыто. У меня дыхание перехватывает. В глазах стоят слезы, мир размывается. После всего, что я рассказала, следовало вообще уйти и откреститься от меня, а Яр… любит.

– Ну все, иди сюда. – Прижимает к своей груди и целует в макушку, а я всхлипываю. Ярослав гладит меня по голове, баюкает в объятиях. Я слышу, как быстро стучит его сердце, и радуюсь, что в нем нашлось место для меня. – Ты правильно сделала, что рассказала мне. Плохо, что не сделала это сразу, но на первый раз простительно. Скинь мне запись потом, я послушаю.

– Хорошо.

– И еще. Тебе нужно переехать. Пока мы не разберемся с Артуром, оставаться в квартире ты не сможешь, это небезопасно. После работы поедем к тебе, заберем собаку и самое необходимое.

– А потом?

– А потом ко мне. Шутки кончились. Ты плохо себя вела, буду перевоспитывать любовью.

– Ты правда не злишься?

– Злюсь, но не на тебя, а на него. Только мудак станет шантажировать женщину. Насчет ситуации я проконсультируюсь со знакомым адвокатом, с остальным разберусь сам. – По коже бегут мурашки от решимости в голосе Ярика.

– Каким образом?

– Закажу киллера, блин. – Яр закатывает глаза, а потом стирает слезы с моих щек. Собирает их губами. – Все, не реви. Я уже испортил твою прическу, не издевайся и над макияжем. – Щелкает меня по носу указательным пальцем и улыбается. – А проблемы решим исключительно на законном уровне. Я легко могу до него докопаться, тем более у меня есть свидетель. Судя по описанию, Артур сам договаривался со строителем о провокации. Так что киллер – это крайний вариант.

Глава 23 Переезд

Глава 23

Переезд

Весь день провожу на эмоциональном подъеме. Ярик умудряется раскрасить день, который я заранее считала одним из самых ужасных в своей жизни. Он заваливает меня кучей сообщений, интересуется даже, что я хочу на ужин. На провокационный ответ «тебя» получаю «это само собой, а поесть что?».

Я не успеваю задуматься, как круто меняется моя жизнь. Три недели назад я плакала по вечерам, считая, что не заслуживаю любви, что я слишком черствая для нее. А сейчас мой мужчина готов защищать меня в любой ситуации и поддерживать, выкраивая минуты в плотном графике, чтобы написать пару милых сообщений.

Это смелое предположение, но сейчас я самая счастливая на планете. Ладно, хотя бы в пределах «Монолита». Ну точно самая счастливая на этаже. На обеде нам с Ярославом не удалось пересечься, поэтому к вечеру я немного волнуюсь. Жить вместе – это не периодически ночевать друг у друга. Позволить человеку стать первым, что он видит утром, и последним – вечером – очень ответственно. Это раз в неделю можно лицезреть другого человека в своей постели, не испытывая особых переживаний, потому что знаешь, что скоро останешься один на своей территории. В совместном проживании все наоборот. Нужно учиться сосуществовать, смешивать две агрессивные среды, в которых действуют свои, давно устоявшиеся, законы, и контролировать реакцию, чтобы не вспыхнуло и не взорвалось в самый неподходящий момент.

Как только стрелки оказываются на шести и двенадцати, я выключаю ноутбук, надеваю пальто и спускаюсь в лифте на первый этаж. Мы не договаривались, что Ярослав будет меня встречать, я все еще не хочу, чтобы кто-то знал о нас. Конечно, все стали шептаться активнее, потому что Ярик часто бывает на нашем этаже, хотя раньше подобного не замечалось. Самарин бросает на меня многозначительные взгляды, но ситуацию никак не комментирует. В дурацком голосовании – за которым я теперь активно слежу – мы сравнялись с Мирославом и Ксенией.

Коллеги, ранее интересовавшиеся моими кофейными предпочтениями и приглашавшие на обед, больше ко мне не подходят. Мы просто здороваемся и перебрасываемся последними новостями в компании. Я знаю больше, чем остальные, поэтому я ценный источник информации, а все «старички» рассказывают, как было раньше, и помогают мне ориентироваться среди сотрудников других отделов.

Вот даже сейчас Юра, активно звавший меня на бизнес-ланч целых четыре раза, сейчас просто проходит мимо, кивнув на прощание. А Олег, который, как оказалось, живет в соседнем доме, вообще делает вид, что меня не существует. Я не обижаюсь, этому есть логичное объяснение – Евсеев Ярослав Станиславович. Он негласно прочертил границы, за которые никто, кроме него, не перешагивает. Будь я на месте коллег, тоже не решилась бы, от фаворитов начальства вообще стоит держаться подальше. Они мастерски втираются в доверие, а после сливают всю информацию наверх.

Выхожу на улицу, в холле я как бельмо на глазу. Отхожу ближе к парковке. Здесь меньше людей, основной поток прошел еще пять минут назад, так что тут до меня никому нет дела. Поглядываю на время. Десять минут седьмого. Ярик вообще не торопится. Знаю, что у него дел выше крыши, просто ворчу – ничего не могу с собой поделать.

Нервничаю. Мы будем вместе жить, надо же. Скажи мне кто-то, что спустя две недели после «знакомства» стану жить с мужчиной, я бы покрутила пальцем у виска. Теперь же меня смело можно записывать в ряды сумасшедших. Я ведь знаю, что не подарок – ворчу по утрам, оставляю немытые кружки возле раковины и ненавижу убирать волосы из слива. Мне нужно свое пространство тишины, куда никто не будет вторгаться, я люблю пить кофе в одиночестве и могу торчать в ванной по два часа, делая массажи и пробуя новые масочки. И при всем этом я хочу попробовать. Не задумываться, не анализировать, не высчитывать, получится ли на этот раз? Просто безрассудно впустить Ярослава в свой мир и посмотреть, как он в нем устроится. Будет ли доставлять кружки в стройный ряд, который перед сном мы обязательно разберем? Выдержит ли двухчасовые концерты в ванной и сможет ли перетерпеть ПМС, когда я завожусь с пол-оборота и много плачу, объедаясь вредной сладкой и жирной, но такой вкусной едой?