Затем встал передо мной на колени и произнес:

– Будь моей невестой.

Три секунды я смотрела на него не моргая, а затем выдала:

– А почему не женой?

Он тихо засмеялся, вставая и отряхивая брюки от песка.

– Невеста – это почти жена.

– И когда свадьба? – настороженно спросила, не отводя от него взгляда.

– Не знаю, можно с ней пока не торопиться. Пока побудем женихом и невестой. – Он взял мою правую руку и надел мне на безымянный палец изящное колечко с прозрачным камнем в форме сердца. – Посмотри, как бриллиант переливается на солнце.

Действительно, было очень красиво, когда бриллиант вспыхнул, казалось, ярким пламенем, стоило подставить его под лучи утреннего солнца.

– А как же банальные фразы про то, что я красивее, чем этот бриллиант? – ехидно поинтересовалась я.

– Наташа, не порть романтику! И ты так и не ответила: согласна ты или нет.

– Согласна, куда я денусь… – Дождалась жаркого поцелуя от него и сказала: – А теперь, жених, пойдем спать, ты похож на панду. Не спал в самолете?

– Нет. Не каждый день делаешь девушке предложение, мне необходимо было подготовиться.

– Кстати, как ты узнал, в какой я стране?

Он рассказал мне, как подкупил сотрудницу аэропорта и как по прилете показал мою фотографию нескольким таксистам, особо не надеясь на успех, потому что вряд ли в числе них мог оказаться именно тот, который подвозил меня. Так и вышло, но те посоветовали ему обратиться в службу безопасности аэропорта, через подкуп которой он нашел номера того такси, а затем и самого таксиста, который рассказал ему все.

– Так я и оказался здесь. Видишь, на какие правонарушения ради тебя я иду? – улыбнулся он, проводя кончиками пальцев по моей щеке.

А еще до того, как мы ушли в город, я успела сфотографировать руку с кольцом в свете взошедшего над океаном солнца.

– Покажи мне «Инстаграм»[9] той девушки из лифта, – попросила я, когда мы вышли с пляжа.

Игорь улыбнулся и вытащил смартфон. Через минуту открыл ее профиль, и я убедилась в том, что эту Розу не интересует Игорь в качестве объекта для отношений. Почти везде она была сфотографирована с одним и тем же парнем, и ко многим фотографиям она писала разные милые подписи в духе «Я и моя любовь» и «Мой луч света». Ладно, одной проблемой меньше.

Когда мы дошли до моего номера, я рухнула на постель не раздеваясь. Сил хватило только на то, чтобы выложить фото кольца в «Инстаграм»[10] с подписью «спасибо @ikorolev за такое чудесное утро. Люблю тебя». Довольно улыбнувшись, почувствовала, как Игорь лег рядом со мной и обнял меня, мягко забирая телефон из моих рук.

– Принцесса, хватит переписываться… А, замечательно, – посмотрел он на экран телефона и покачал головой. – Я хотел сообщить об этом друзьям не посредством соцсетей.

– Извини. – Я поцеловала его в шею и уткнулась носом в плечо. Услышала, как он выдохнул мне в волосы и отложил мой телефон на тумбочку, обнимая меня и целуя в щеку.

– Спи, Наташа.

А утром, едва я подключила интернет, мой телефон чуть не взорвался от бесконечных сообщений и комментариев к фотографии.

Конечно же, первым делом я открыла чат нашего коллектива: ребята были в небольшом шоке.

«Когда вы успели?» – писала Элла.

«Как он тебя нашел? Мы ему ничего не говорили о твоих перемещениях», – а это был Артем.

«Поздравляю», – коротко написал Мэтт.

«Ха, кто-то скоро станет несвободен, не повезло. И это я не о тебе. На свадьбу нас позовешь? Я буду отличным тамадой!» – Алекс, как всегда, в своем репертуаре.

«В смысле – как нашел? Что я пропустил? Они не вместе туда поехали?» – Макс, немного выпавший из реальности.

«Да ты что, тут такое было! Сейчас позвоню, расскажу!» – ответила ему Элла.

Я закатила глаза: сама же виновата, нечего было распускать слезы и звонить из аэропорта Артему и Элле. Но тогда мне это казалось единственным вариантом. Артем к тому же рассказал все Оксане, и та очень громко возмущалась, позвонив мне:

– Нет, какой кретин, а! Нат, если он к тебе приедет, когда вы оба будете в Москве, – смело кидай в него все, что попадет под руку, и посылай! Пусть с кем угодно обнимается и целуется хоть в лифте, хоть на своем столе!

Это кратко. На самом деле она очень долго бушевала и не могла успокоиться. Наверное, даже когда я летела в самолете, то половину этого времени она точно проклинала Игоря.

Тогда я была ей благодарна за поднятие настроения и поддержку. А сейчас увидела кучу сообщений от подруги, в которых большую часть слов составляли нецензурные выражения. Также было несколько пропущенных звонков от нее.

Я осторожно выбралась из-под руки Игоря, чтобы не разбудить его, выскользнула в ванную и перезвонила Оксане. Подруга почти сразу же взяла трубку.

– Окс, что такое? – прошептала я.

– В смысле – что?! – вопила подруга так, что мне пришлось уменьшить громкость динамика. – Почему я узнаю о помолвке не от тебя лично, а из «Инстаграма»[11]?! И почему ты согласилась, раз он тебе изменил?

Пришлось рассказать ей, что произошло, выслушивая ее комментарии во время повествования. Она, конечно, скептически отнеслась к объяснению Игоря, но моя фраза о том, что я видела аккаунт Розы, убедила ее.

– Жесть, – только и смогла сказать Оксана, когда я закончила говорить о произошедшем на пляже. – Определенно стоило уехать только ради такого извинения.

– И не говори, сама не верю, – вздохнула я, любуясь кольцом на пальце. – Ладно, мне пора, я тебе потом позвоню.

– Давай, до связи, невестушка. Чур, я буду свидетельницей на вашей свадьбе!

Я отключила связь и с улыбкой покачала головой.

– Принцесса, – раздался хриплый голос за спиной. Я вздрогнула и обернулась, с нежностью глядя на сонного Игоря, стоящего передо мной в одних брюках.

– Завтра утром мне нужно улетать обратно, давай проведем как можно больше времени вместе. Желательно в одной постели, нужно отпраздновать помолвку, – широко улыбнулся он, заключая меня в объятия и унося на кровать.

Глава 24

Глава 24

В Вегас я так и не поехала, а полетела сразу в Нью-Йорк за два дня до первого концерта.

Города бешено сменялись один за другим: Нью-Йорк, Чикаго, Сиэтл, Олимпия, Салем, Сакраменто, Сан-Франциско, Лос-Анджелес, Лас-Вегас, Финикс, Санта-Фе, Оклахома, Даллас, Джексон, Атланта, Таллахасси, Майами… Помимо концертов мы также работали над песнями для нового альбома, часть из которых дополняли, а две песни полностью переписывали несколько раз.

В этом калейдоскопе я едва находила время для коротких разговоров с Игорем, а еще реже могла посвятить разговору с ним очень много времени, например, часа два. Один раз он осторожно спросил, как отреагировала моя родня на нашу помолвку. Я вздохнула и пообещала рассказать ему о своей семье, когда вернусь. Больше этот вопрос он не задавал: знал от Миши, что если на меня давить в чем-то, что я не хочу рассказывать, то я еще глубже уйду в себя.

– Мне кажется, нужно было делать круг по часовой стрелке. Тогда после Флориды нам не пришлось бы перелетать в Иллинойс: мы уже были бы там, – ворчал Мэтт при переезде из Сиэтла в Сан-Франциско.

– Достал ты уже! – крикнул на него Алекс, которому порядком надоело ворчание друга. – Теперь мы будем при формировании туров обзванивать каждый международный фестиваль и спрашивать, планируют ли они нас пригласить, чтобы не совершать лишних перелетов!

В каждом городе публика встречала нас очень тепло, и мы старались ответить им тем же. Например, в Сиэтле фанаты устроили флешмоб во время одной из наших баллад: достали светящиеся сердца и раскачивали их под ритм гитары. А в Финиксе они развернули огромный плакат с нашими фото и надписью о том, что они нас любят. Таких флешмобов было много, их устраивали практически на каждом концерте.

Очень порадовали японские фанаты, специально приехавшие на встречу с нами перед концертом в Сакраменто: они подарили каждому из нас по дереву бонсай, которые, как нас уверили, подбирались индивидуально, исходя из наших образов и характеров. Мне досталась дикая азалия, Элле – фиолетовый клен, Максу – черная японская сосна, Мэтту – вишня, а Алексу – криптомерия.

В ответ на их гостеприимство мы вызывали кого-нибудь из публики на сцену на время одной песни или я прыгала со сцены в руки фанатов для краудсерфинга. И конечно, Алекс чаще радовал своих «личных» поклонниц отсутствием футболки.

Финальный концерт в Майами прошел отлично: ван Дейки договорились о том, что для желающих все-таки будут продаваться билеты на встречу с нами, так что нам не пришлось разочаровывать фанатов. А на выступлении мы постарались выложиться на все двести процентов и покинули сцену под восторженные крики толпы.

– Вот и все, ребят, мы справились! – воскликнула Элла, пританцовывая на месте, будто бы не она только что играла на сцене полтора часа.

– Слышите, как они до сих пор кричат? – спросил Алекс, улыбаясь. Со лба у него лился пот, который он вытирал полотенцем, принесенным кем-то из персонала концертного зала.

За кулисами Илона подошла к нам с молодым человеком в черной майке и черных джинсах, которого мы все очень хорошо знали.

– Я думаю, представлять его вам не нужно, – подмигнула нам Илона, – поэтому осталось раскрыть ему ваши имена.

– Вы здорово выступили, – похвалил нас Джейми Коул вместо приветствия и светло улыбнулся, пока мы млели от его британского английского.