– Ой-ёй-ёй, малявка, ну дай мне, дай! Покажи, что ты можешь?

***

Когда Громовы оказались дома, на часах уже было десять вечера. Кратковременный моросящий дождь сделал воздух невероятно тяжелым.

Малыш уснул еще в машине. Громов аккуратно уложил его на кровать, а Марьяна начала раздевать и укрывать покрывалом. Ваня что-то несвязное бормотал, чем вызвал тихий смех взрослых.

– Анютины пацаны, - прошептала Марьяна, - кого угодно вымотают в хлам.

– Похоже, Иван, - ответил ей Дима, - все еще никак не расстанется с друзьями и во сне продолжает играть.

– Пошли, не будем ему мешать. Он не проснется до утра теперь.

Когда Громовы вышли из детской, Дима сказал.

– Все, я в душ.

Он очень устал, и сейчас мечтал помыться, поесть и забыться сном. Так он поступал, когда жил один, но сейчас задумался о том, что неплохо было бы попробовать Марьяну раскрутить на близость. Он думал об этом днем все время. Ему так понравился маленький Макарон, что очень захотелось себе такого же крохотулю. Громов решил, что, если выйдет в одном полотенце в комнату, ничего страшного не случиться, ведь он же муж.

«Пусть привыкает» коварно про себя заключил Дмитрий.

– Я тоже, - ответила ему жена и закрылась в душевой в спальне.

Для ужина было поздно, но они проголодались. Громов обожал то, как готовила его молодая жена.

– Потрясающе вкусно. Как я голоден ты бы только знала.

– Ешь на здоровье.

Когда ужин был окончен, Громов протянул руку.

– Идем.

– Может мне с Ванечкой остаться, - замялась Марьяна от нахлынувшего внезапно волнения, - чтобы ты нормально выспался?