Ева брезгливым взглядом окинула помещение, в котором сейчас вынуждена находиться, и шагнула к выходу.

Когда она ушла, первым заговорил Ахком.

– Чувствую, плохо это кончится.

Он совсем не обрадовался такой затее заработать. Мужчина был за то, чтобы вернуть мальчишку. На родине в солнечном Таджикистане свой такой же растет, и ему не хотелось, чтобы его сына похитили.

Трое подельников остались одни наедине с ребенком, которого они уже боялись. Каждому очень дорога собственная жизнь, и вознаграждение от Евы их уже не манило так, как прежде.

Джеджик смотрел молча на мужчин. Они на него. У каждого в голове роились мысли, одна печальнее другой. Ева по сравнению с авторитетом по кличке Молот - пшик без палочки. А за пацана, если что, тот на мелкие кусочки порвет.

– Слышишь, ты, малец. Есть хочешь? - неожиданно ласково заговорил Мирзо.

– Нет, сейчас наколмите, чтобы я жилненький стал и бабе Яге сколмите. Я лучше буду худой и не кусный.

Ахком рассмеялся и протянул пирожок с капустой ребенку. Запах напомнил малышу о том, что он очень голоден.

– Ешь, давай, да - подмигнул мальчику Ахком.

Он повернулся к третьему незнакомцу и что-то сказал отрывисто на своем языке. Мужчина резко встал и вышел из помещения.

Джеджику Мирзо не нравился, а вот Ахком казался более добрым. Из рук Ахкома Джеджик пирожок взял. После выпитого горячего чая и съеденного пирожка понял, что теперь, по крайней мере, он не голодный. Вдалеке скрипнула дверь и вскоре в помещение, где держали мальчика, вернулся третий незнакомец.

– Мирзо, какие игрушки купить не знал. Взял машинок разных. Нормально, нет?

– Масинки! Глузовики!

Джеджик подбежал к пакету с игрушками и, незнакомец тут же передал все мальчику. Ребенок забыл, что находится в опасности у чужаков. Он еще так мал и беспомощен, что не осознает всю степень сложности ситуации. Для него сейчас главное, что он сыт и с полным пакетом любимых игрушек.

– Играй, малец, только веди себя тихо, хорошо? Дядя Арчи не любит, когда громко плачут.

– А он и не плакал ни разу, - шепнул подельникам Ахком, - странно, да?

Те с опаской посмотрели на ребенка и согласно закивали. Их страхи еще больше усилились, а бурная фантазия заиграла против них с удвоенной силой.

– Был бы твой отец Молот, ты бы плакал? - шептал тихо-тихо Мирзо, - надо делать по-тихому ноги из этого города.

– А Ева?