Мгновение она изучала его лицо.

– Нет, не «вы», а мы. – Джон прижал ее пальцы к своим губам. От этого целомудренного жеста по ее телу прошел электрический разряд. Джон сделал глубокий вдох. – Вместе.

Глава 39 Оливия

Глава 39

Оливия

Тайная коллекция политических буклетов и газет была разбросана по кровати Оливии. Хелен читала их, свесив ноги с края постели, и спрашивала Оливию: «А ты знала?..» – всякий раз, когда ее что-то удивляло.

– Как ты все это достала? – спросила сестра.

Оливия попыталась снова привести газеты в некое подобие порядка.

– Буклеты мне обычно приносит Гетти, когда прочитает сама. – Она подвинула бедро Хелен, чтобы достать экземпляр, лежавший под ней. – И не забудь вернуть ту книгу, когда дочитаешь.

– Ну конечно, – сказала Хелен, переворачиваясь на живот.

Она нечаянно задела поднос с чаем, стоявший между ними на козетке. Оливия переставила поднос на туалетный столик, пока сестра его не опрокинула.

– А как же все остальное?

Хелен посмотрела на Оливию, положив подбородок на кулак. Младшая сестра выросла, ее фигура обрела женственность. Хелен больше не скрывала ее в старых рабочих комбинезонах Джона. Ее грудь теснила корсаж, подчеркивая узкую талию, от которой фигура резко расширялась, переходя в широкие бедра. Гордый нос, доставшийся девушке от отца, очень ей шел. Кожа у Хелен была насыщенного коричневого оттенка. А смех у нее был заразительный. Как раз такой, какой может вытащить Джейкоба Лоренса из панциря. Они были отличной парой.

Читая, Хелен шевелила губами, и при виде этой картины на Оливию вдруг накатила волна ностальгии. Ей будет так не хватать сестры. Она завидовала тому, сколько времени Хелен и Джон проводили в гараже вместе, ковыряясь в механизмах и болтая. От этой мысли в груди кольнуло. Столько времени упущено. Но теперь у Оливии и Хелен было немало общих секретов. «А я уезжаю», – подумала она с тяжелым вздохом. Хелен влюбилась. Оливия покачала головой, не веря.

Хелен округлила глаза и вопросительно посмотрела на сестру.

– Ну, большую их часть я получила от Вашингтона и других активистов. – Оливия окинула взглядом беспорядок.

– Жду не дождусь, когда нам уже дадут право голоса. – Хелен отложила в сторону буклет о суфражистках. Ее рука задержалась над фотографией марширующих женщин, держащих высоко над головой плакаты. Хелен подняла взгляд и несколько секунд изучала лицо Оливии.

– Не верится, что ты занималась вот этим, вместо того чтобы ходить по магазинам и волонтерить.

– Ой, по магазинам я ходить не перестала, – засмеялась Оливия. – Просто теперь я не всегда закупаюсь для себя. Моя помощь потребовалась при сборе одежды. В том числе одежды для собеседований, детской. Хорошие, крепкие ботинки тоже пользуются спросом. Кладовые бесплатных столовых пустеют уже через пару дней после воскресной службы. И все это, опять же, считается за волонтерство. В широком смысле. И волонтерам всегда есть что делать. Это бесконечный круг выматывающих задач, которые приносят расстройств не меньше, чем радостей.