– Нет. – Даже о его существовании почти никто не знает, что говорить про его досрочный выход из клетки.

– Блейн, милый, скажи мне, какие отношения у тебя с друзьями?

– Нормальные, – не подумав, ляпаю я.

Меньше всего мне сейчас хочется говорить о своих товарищах. Мама понятия не имеет, что они даже не знают меня настоящего, не ведают, какие темные скелеты хранятся в моем шкафу.

– Ты уверен? – с недоверием произносит она.

– Да, мама, я уверен на все тысячу сто процентов!

– Тысячу сто процентов, – хмыкает она. – Ладно, скоро начнется мое любимое шоу, поэтому пора закругляться. Я люблю тебя, дорогой, обещай, что будешь беречь себя, – мягко требует мама.

– Обещаю, – шепчу я, притягивая одно колено к груди и обхватывая его рукой. – А ты обещай, что прямо сейчас закроешь все двери и окна, возьмешь биту и перцовый баллончик и всегда будешь держать их рядом с собой.

Она смеется. Даже не видя ее светлого лица и глаз, наполненных любовью, я догадываюсь, что она качает головой.

– Обещаю, – точно так же шепчет она. – Пока, – и отключается.

Ванная комната снова погружается в тишину. Положив телефон, я упираюсь лбом в колено, прикрыв глаза. Как же хочется избавиться от этого груза. Позабыть обо всех проблемах и обо всем плохом, что когда-либо случалось со мной, и быть простым студентом. Но нет же, мне выпала доля жить с целым багажом секретов.

Кто-то стучит в дверь, и я быстро вскакиваю, вытирая со щек влагу. Я слишком часто плачу, но главное, не делать этого перед другими. Дело не в том, что слезы покажут мою слабость, а в том, что люди начнут задавать вопросы, на которые я пока не готов ответить. Хотя пора бы уже. Как же заставить себя признаться во всем товарищам?

– Заходи! – кричу я, умываясь холодной водой.

Дверь открывается, и сначала показывается голова Ника, а затем и сам он заходит в ванную комнату.

– У меня для тебя чертовски паршивые новости, друг, – заявляет он, смотря в мои глаза через отражение в зеркале.

Самые худшие мысли тут же вихрем проносятся в голове. Все до того запутано, что я теряюсь и на миг забываю, что Ник не знает про Джеза, а значит, новости никак с ним не связаны.

– Но сначала будь так добр объяснить, почему я столкнулся с расстроенной Хейли в коридоре? Хорошо, что Амелия успела одеться и спуститься в кухню, не то, залетев в комнату, Хейли бы поставила нас всех в неловкое положение.

Я выдыхаю и собираюсь сделать первый шаг на пути к истине. Никогда не обсуждал с друзьями девчонок. По крайней мере, тех, которые мне небезразличны. Да и как известно многим, девушек как таковых у меня не было и рассказывать было нечего.