– Откуда такая уверенность?

– Потому что я сам не могу выкинуть тебя из головы и уверен, что чувствуешь то же самое. Мы были рождены, чтобы найти друг друга. Я верю в это. А ты?

Я не могла признать вслух, что тоже верю в эту сказку. Потому что это значило бы, что во мне еще есть надежда, а она порой убивает медленнее и более жестоко, чем любой яд.

– Ты ужасный собственник. – Я закинула руки ему на плечи и выгнула спину, прижимаясь к груди Равиля. – Ты всех девушек, с которыми спал, клеймил «своими навсегда»?

– Только тебя, рыжая. Поэтому даю тебе выбор – останови меня или будь моей. Без остатка.

– Пожалуй, я выберу «без остатка».

Я хотела прильнуть к нему, но Равиль не позволил:

– Это не пустые слова, Тина. Для меня это все равно что клятва. Я спрошу в последний раз и, если хотя бы кивнешь, больше не остановлюсь.

Его пальцы чуть сжались на моих бедрах. Равиль подтянул меня ближе, и я разгоряченным телом ощутила, как он возбужден. Поразительно, как ему до сих пор не сорвало крышу! Моя уже едва держалась.

– Тина, ты согласна быть моей? Сквозь время, расстояние и разлуку? Обещаешь дождаться, когда мы снова сможем быть вместе?

Правильнее было бы промолчать. Нельзя разбрасываться обещаниями, которые не сможешь сдержать. Отношения на расстоянии – это не романтика переписок и ночных чатов. Это сложный путь, который причинит немало боли нам обоим. Но если мы выдержим, то чувства закалятся доверием и верностью, и тогда родится самая крепкая и чистая любовь.

– Да. – Я часто закивала. – Да.

Равиль впился в мои губы яростным поцелуем. Чувства налетели, будто тайфун. Наши тела сплелись, я не заметила, как Равиль успел снять с меня бесполезное нижнее белье. Он задрал юбку, под коленки подтянул ближе к себе, а потом стал наклоняться все ниже и ниже, толкая меня назад.

Я легла на тумбу. Ее столешница приятно холодила лопатки и ягодицы. На контрасте с этой прохладой – горячие касания Равиля. Его губы и язык изучали мой рот, а руки гуляли по телу: грудь, живот, бедра… Он будто пытался удовлетворить желание касаться меня на месяцы вперед.

Губы Равиля опускались все ниже, прокладывая влажную дорожку от губ до груди. Он прикусил один сосок, обвел языком другой, сквозь ресницы наблюдая за моей реакцией. Он заставил меня застонать, когда скользнул в меня пальцем.

– Хватит дразнить, – хрипло попросила я. – Сделай уже это!

Равиль выпрямился, вырос надо мной, будто скала. У меня перехватило дыхание от этого зрелища. Такой высокий и до безумия красивый, будто величайшее творение природы. Он одним движением стянул футболку, оголив безупречный торс, который я готова была от заката до рассвета покрывать поцелуями.