— Это испытание дружбы.

— Этот металл — испытание дружбы? Как? — спросила я, с любопытством глядя на спички и металл, пытаясь понять, к чему он ведёт.

Тьяго повернулся и посмотрел на меня.

— Нет ничего более долговечного, чем татуировка, правда? — сказал он, зажигая спичку.

Наши лица озарились светом маленького пламени.

— А значит, нет ничего, что лучше бы символизировало нашу дружбу, чем то, что невозможно стереть...

— Что ты собираешься сделать, Тьяго? — спросил Тейлор, тревожно глядя на него.

Тьяго не ответил.

Он поднёс маленький металлический треугольник к огню, так близко, что тот раскалился до оранжевого свечения, и затем, не отводя от меня взгляда, чтобы убедиться, что я смотрю, прижал раскалённый металл к своей левой запястью, сбоку.

Он крепко сжал губы и зажмурился, пока металл жёг его кожу.

— Тьяго, остановись! — не удержалась я и закричала, но он не остановился.

Он продержал металл несколько секунд, а потом убрал его. Мы с Тейлором наклонились, чтобы рассмотреть результат. Кожа была красной... очень красной и сморщенной. Он действительно обжёг себя!

— Ты с ума сошёл? — спросила я, не веря своим глазам.

— Сильно больно было? — спросил Тей тогда, поражённый.

— Не так уж и страшно... — ответил Тьяго, поворачивая запястье, чтобы мы могли хорошо разглядеть. Под обожжённой кожей отчётливо виднелся маленький треугольник. — Кто следующий?

Мы с Тейлором переглянулись — глаза были полны страха.

— Я не собираюсь жечь себе руку!

— Запястье, не руку, — поправил его Тьяго, даже не глядя. Он смотрел только на меня. — Ну что, принцесса? Хочешь татуировку на всю жизнь или ты трусиха, как вот этот?

— Я не принцесса, — сказала я серьёзно и, собравшись с духом, села на колени и закатала рукав свитера. — Вперёд, — сказала я, почти не моргнув.

Гордость на лице Тьяго до сих пор ярко стоит у меня в памяти.