Они дома вдвоем…

— Хочешь я тебя поцелую? — шалея от собственной смелости, выдохнула Янина и, не дожидаясь ответа Касьяна, забралась к нему на колени верхом.

— Спрашиваешь.

Его руки тотчас легли на талию и сжали ее.

Янина действовала. На импульсе, на адреналине, на этой дикой, окрыляющей смелости, которая вдруг на нее нашла. Она оказалась выше него, теперь она смотрела на него сверху вниз. Видела, как расширились его зрачки, поглощая радужку, видела, как дрогнули его ноздри. Его дыхание стало частым и горячим.

Она положила руки ему на плечи, ощутила под ладонями твердые мышцы.

Не разрывая зрительного контакта, она склонила голову. Касьян и не думал перехватывать инициативу. А правильно… Нечего. Сама предложила.

Его губы были чуть шершавыми, обветренными. Но теплыми. Он, черт побери, всегда был теплым! Иногда ей казалось, что у него такая особенность организма, повышенный градус тела. Может, кстати, так и есть.

— Касьян… У меня вопрос…

— Давай.

Янина чуть ощутимо боднула его.

— Ты так быстро прервал поцелуй…

— Это и есть вопрос?

— Нет. Я про твое имя. Оно же славянское, правильно?

Касьян откинулся на спинку дивана.

— Да.

— И… как?

В голове стоял легкий туман. Янина и сама не ожидала от себя подобного. Она предполагала, что возбудится. Она даже рассчитывала на это!

Но то, что она сейчас испытывала… Было куда большим!

Даже слова толком не формировались. И спрашивается, зачем тогда вообще начала говорить.